Тени и химеры - Тифен Сиовель

Фу Цзи настоял на том, чтобы принцессы потратили время на подготовку. Даже после землетрясения необходимо было соблюдать этикет.

Три больших разноцветных флага у входа во владения генерала были сорваны.

– Землетрясение? – спросил Эней, высунувшись из окна повозки, чтобы изучить клочья ткани, все еще свисающие со столбов.

– Я так не думаю, – сказал Энндал, покачав головой и указывая на другую сторону аллеи.

Там собрались люди, чтобы расчистить въезд в квартал, башни которого обрушились. Они прервали свою работу, когда увидели генерала Чу, выезжающего на своей большой пятнистой лошади, и молча смотрели, как он проезжает мимо, его лицо было замкнуто.

– Слухи здесь распространяются быстро. По крайней мере в этом Фу Цзи не солгал.

Давайте подождем и посмотрим на все остальное…

Фу Цзи сопровождал их, но у ворот дворца Менг попросил его вернуться. Он не хотел, чтобы его сын оказался в ловушке между лагерями Элиты и Сопротивления. Он приказал ему идти домой и готовиться к побегу, если все пойдет не так. Фу Цзи сначала отказывался, желая присутствовать рядом с отцом, но в конце концов согласился. Они обнялись в последний раз, и Фу Цзи отправился домой.

– Ах, генерал Чу, вы как раз вовремя, – воскликнул император, как только Менг вошел в тронный зал. – Министр Сяо до сих пор не найден, и в его отсутствие вы мне понадобитесь, чтобы организовать мой конвой к горе Шеваль-Нуар. Я отправляюсь сегодня вечером.

Вокруг трона было открыто несколько сундуков, и магистраты входили и выходили с документами в руках.

– Разве вы не хотите взять с собой указы для южных провинций? – спросил канцлер Ли, внезапно вспылив.

– Нет, я уже говорил вам, что на этот раз я буду путешествовать налегке.

– Но…

– Позже, канцлер, я занят! Ну, генерал, вы ничего не скажете?

– Ваша Благородная Ясность, – ответил Менг, глубоко поклонившись, – не лучше ли сначала обезопасить город?

– Город может восстать из пепла, генерал, если только он не потерял свое сердце.

– Так что не отнимайте у него сердце, Ваша Благородная Ясность. Ваша Светлость был очень занят в последнее время, и, возможно, он не осознавал важности кризиса…

– Я не слепой, генерал.

– Город сильно пострадал от пожаров, но это не самая большая опасность. Люди встревожены, ходят невероятные слухи – Ань Лушань готовится к захвату города. Я знаю точно, что он прибудет завтра. Чанъань и империя нуждаются в вашем присутствии, чтобы вновь обрести спокойствие. Отправьте наложницу Ян Гуйфэй и вашу семью в безопасное место на горе Шеваль-Нуар, а сами оставайтесь, чтобы публично поддержать мои указания.

– Вы имеете в виду, что империя должна снова доверять вам, – сказал император.

Менг продолжал молчать.

Канцлер Ли не двигался. Жест императора привел его в чувство, и он приказал магистратам и мастерам фэн-шуй, которые все еще возились, перестать наводить порядок. Император сидел на своем троне.

– Есть те, кто утверждает, что вы ответственны за исчезновение министра Сяо, генерал. Они даже утверждают, что дракон пробудился, чтобы отомстить вам за посягательство на символ власти империи.

– Ваша Благородная Ясность, смею надеяться, что подобные сплетни не дойдут до Вашего Превосходительства…

– Мне также сказали, что Ань Лушань никогда не представлял реальной угрозы. Что вы придумали его нападение, чтобы собрать южную армию от моего имени. Что вы планируете завтра вторгнуться в Чанъань и занять мой трон.

– Ваша милость! Это безумие!

Брисеида напряглась. Был ли это тот слух, над которым Элита работала все это время?

– Вы отрицаете, что отозвали сюда несколько полков с Юга еще до получения моего одобрения?

– Ваша Благородная Светлость, – вмешался канцлер Ли, низко поклонившись, – это я предложил генералу Чу…

– Канцлер Ли, пожалуйста, – прервал его Менг, подняв руку, чтобы попросить тишины. – Я – генерал армии. Я беру на себя полную ответственность за любое перемещение моих войск.

Канцлер с уважением кивнул.

– Вы признаетесь, – сказал император, сжимая руками подлокотники своего трона.

– Только потому, что хотел защитить вас, вашу…

– Защитить меня от кого? Сегодня утром я получил письмо от самого Ань Лушаня, присланное с северо-востока, где он пишет, что отправился по вашему приказу к вашему сыну Девэю! Вот почему генерал не мог прислать мне ваш знаменитый голубой мак!