Сады пяти стремлений - Вадим Панов

Цель будет достигнута.

–У меня хорошие новости,– громко произнёс Наамар, едва Крачина ввели в кабинет.

–Приятно слышать,– улыбнулся Аксель.

Из комнаты его сопровождали два рослых фага, войдя в кабинет, они остановились у дверей. В комнате же помимо сенатора находились ещё два телохранителя, однако присутствие такого количества «зрителей» Крачина не смущало. Во-первых, их пистолеты лежали в кобурах, пусть и расстёгнутых. Во-вторых, даже если бы они держали оружие на изготовку, это изменило бы лишь порядок достижения цели. И только.

–Твой помощник проявил благоразумие и согласился заключить сделку.

–Он получит взыскание,– ровным голосом ответил Крачин.

Фраза заставила сенатора расхохотаться. А отсмеявшись, весело осведомился:

–Ты хотел быть распиленным на куски? Живьём?

Несколько мгновений Аксель смотрел Наамару в глаза, после чего дал ему последний шанс спастись:

–Мы прибыли на Траймонго с миром. С плохими новостями, но с миром. Я пришёл к тебе без оружия, как парламентёр. И я хочу, чтобы ты сейчас объявил, что я свободен и свободен делать всё, что захочу.– Аксель выдержал короткую паузу и веско закончил:– Прямо сейчас.

И дальше всё было бы именно так, как хотел Наамар: показав себя человеком чести, хоть и немного сбившимся с пути, он поднялся бы на борт «Амуша» как гость. Но сенатор Фага полагал себя в безопасности и выбрал другой путь.

–Мы тебя не звали, капитан Крачин, и мы не обещали тебе безопасности.

–Безопасность парламентёра свята. Для адигенов.

–Не выводи меня из себя, простолюдин.– Наамар чуть повысил голос.– Я позвал тебя не обсуждать законы чести, в которых ты не разбираешься, а сообщить, что мы выезжаем через тридцать минут, чтобы встретиться с кораблём за пределами города…– Сенатор замолчал и прислушался к доносящимся из внутреннего двора крикам:– Что это за тревога?

–По всей видимости, нашли стражника,– ответил Крачин.

–Какого стражника?– не понял сенатор.

–Который меня охранял.

И прежде чем до Наамара дошёл смысл ответа… Наамар умер.

Если обстоятельства позволяли, главная цель достигается в первую очередь, поэтому первая пуля достаётся сенатору Фага – пуля точно в голову, в лоб.

Уже мёртвый Наамар делает шаг назад, словно запоздалая реакция способна ему хоть как-то помочь, а развернувшийся и присевший Крачин стреляет в охранников у двери. До них метров десять, что для бамбадира всё равно что в упор. Даже из чужого оружия. Выстрел. Пуля входит в шею. Выстрел. Пуля входит в голову. Кувырок вперёд, сразу же – переворот влево и ещё два выстрела. Два, потому что телохранитель начал двигаться и первая пуля пробила ему не грудь, а плечо. Вторая завершила работу. Крачин катится под стол, уходя от огня последнего противника. Тот устремляется вперёд, поскольку увидеть Акселя ему мешает столешница, но Крачин обманывает, выкатывается обратно, вскакивает и всаживает в телохранителя три последние пули.

Быстро перезаряжает оружие, одновременно прислушиваясь к происходящему в коридоре, обыскивает телохранителей, разжившись вторым пистолетом и ещё тремя магазинами, и выходит из кабинета.

* * *

–Их много!– выкрикнул Занди.

И они, к сожалению, полны решимости любой ценой добраться до пробравшихся во дворец «мародёров»– стражники не знали, с кем имеют дело, и пока определили нарушителей именно так.

–Но они тебя боятся!– приободрил юношу сидящий у радиопередатчика Бабарский.

–Вы уверены?!

–Да.

В этот момент стражники отправили по назначению почти десяток пуль и пригнувшийся Занди прокричал:

–Что мне делать?

–Стреляй в ответ! Только нечасто – экономь патроны! И не мешай мне!

–Слышу, у тебя весело,– заметил Дорофеев.

–Стараемся, капитан.

–Кто с тобой?

–Смышлёный местный мальчик. Он в военной форме, так что не убивайте того, кто будет бежать к «корзине грешника» вместе со мной.

–Я обязательно предупрежу пулемётчиков.– Базза помолчал.– Ты успеешь?

–Я постараюсь, капитан.

–Удачи, ИХ.

–Она мне пригодится,– не стал скрывать Бабарский.

Большую часть рассказанного Акселем пути до радиорубки они с Занди преодолели без проблем – помогали гвардейская форма и накопленная юношей наглость. Однако в последнем коридоре наткнулись на слишком рьяного охранника, который сразу же потребовал документы и предписание. Охранника пришлось убить, на шум сбежались его коллеги, но к этому моменту они уже ворвались в радиорубку. ИХ прильнул к передатчику и принялся вызывать «Амуш», а Занди встал у дверей.

–Патроны кончаются!

–Заканчиваются,– машинально поправил юношу Бабарский.

–Какая разница? Они совсем рядом!

Занди отступил от двери. Он не собирался сдаваться, но в магазине осталось всего пять патронов и юноша хотел потратить их с толком – стрелять в тех, кто появится в проёме. Он направил пистолет на дверь и процедил:

–Они приближаются.

–Не они, а он,– уточнил ИХ, внимательно прислушиваясь к доносящимся из коридора звукам.– Не стреляй.

–Почему?

–Два тела только что упало.

–И что это значит?

Ответ на этот вопрос пришёл через секунду – из коридора послышался уже знакомый юноше голос:

–Бабарский!

–Я здесь,– отозвался ИХ, заставляя Занди опустить пистолет.

–Ты договорился?– осведомился появившийся в дверях Аксель.

–Нам нужно на крышу северного крыла.

–Это над нами.

–В таком случае – вперёд. Не будем задерживать друзей!

* * *

–Я их вижу!– крикнул вперёдсмотрящий.– Они на крыше!

–Экстренное снижение!– распорядился Дорофеев.– Опустить «корзину грешника»!

–Их трое!

–Так и должно быть!– Базза вновь склонился к переговорной трубе.– Пулемётчики! Повторяю: прикрывать этих троих! Два офицера и местный в военной форме! Это наши!

Дорофеев прекрасно понимал, что возвращение «Пытливого амуша» вызовет в городе волнения: кто-то решит, что пришельцы собираются мстить и попытается спрятаться; кто-то начнёт стрелять; кто-то бросится к месту предполагаемой посадки, чтобы умолять взять его на борт. Перепуганные, потерявшие ориентиры люди были готовы на всё, поэтому Базза хоть и подвёл цеппель к дворцу, до последнего момента держал большую высоту и, лишь увидев своих офицеров, повёл «Амуш» вниз. К счастью, крыша северного крыла оказалась плоской, а само здание – довольно длинным, метров семьдесят, не меньше, что позволяло не зависать над ним, а медленно проплыть – и людей забрать, и скорость не потерять. Потому что с земли уже начали стрелять.