Сады пяти стремлений - Вадим Панов

* * *

Об атаке на «Пытливый амуш» Акселю рассказал охранник. Не сдержался. Как и многие его коллеги, стражник обрадовался нападению, почему-то считая, что на захваченном цеппеле с обречённой планеты смогут улететь все траймонгорцы. И возможно, со всеми пожитками, включая недвижимость.

О том, что захват «Амуша» иего использование для бегства будет иметь лично к нему весьма опосредованное отношение, стражник почему-то не задумывался. Но нападению обрадовался.

Сначала он, глядя в небольшое окно, подробно пересказывал Акселю ход сражения, не забывая сопровождать их ехидными комментариями, но постепенно они – комментарии – становились всё более скромными, затем и вовсе прекратились, и на некоторое время их небольшой коллектив погрузился в грустное молчание. Которое яснее ясного сказало Крачину то, в чём он не сомневался: атака отбита с высокими потерями для траймонгорцев. Аксель уселся в кресло, догадываясь, что в ближайшее время его захочет видеть кто-нибудь из сенаторов, но вместо вызова услышал глухой стук в коридоре, после чего дверь открылась и в комнату, которую временно превратили в камеру, вошёл Бабарский.

И сразу оценил обстановку:

–А тут неплохо. Мебель не то чтобы изящная, но не безвкусная.

–Ну, наконец-то,– протянул Аксель, продолжая сидеть в удобнейшем кожаном кресле.– Ты не торопился.

–Я бы пришёл раньше, но на улицах не протолкнуться. Все куда-то спешат…

–Догадываюсь.

–Меня, кстати, тоже потряхивает,– сообщил ИХ.– Ты ведь знаешь – нервы давно расшатаны, всему виной альпенканское сумеречное расстройство. А таблетки остались на «Амуше».

–Хасина очень о тебе беспокоился – не на ком стало испытывать новые препараты.

–Рад, что с ним всё в порядке.

Тем временем юноша втащил в комнату оглушённого стражника и закрыл дверь.

–Это кто?– поинтересовался Крачин.

–Стражник. Тебя стерёг.

–Я про пацана.

–Зовут Занди, он с нами.

–Хорошо.

Юноша неуверенно улыбнулся. Он думал, что Бабарскому придётся долго объяснять, кто его спутник, и возможно, ещё дольше уговаривать взять его на борт, а получилось всё неожиданно просто и обыденно: «Он с нами».– «Хорошо». Судя по всему, на «Пытливом амуше» было принято доверять офицерам, и если суперкарго сказал: «Он с нами»,– остальные соглашались, оставляя расспросы на потом.

–Переоденься,– велел ИХ Крачину, указав на форму стражника.– Так ты будешь меньше привлекать внимание.

–Мундир жаль,– вздохнул Аксель, начиная расстёгивать пуговицы.

–Надо было ехать в чём попроще,– съязвил Бабарский.– И давай быстрее, у нас мало времени. А я, как известно, хромаю и одышка.

–Знаешь,– задумчиво произнёс Крачин, разглядывая пистолет стражника.– Мы, пожалуй, поступим иначе.

–Что ты хочешь сделать?– прищурился Бабарский.

–Кое с кем расплатиться.

–Мессер одобрит?

–Наамар, сенатор Фага, взял в заложники парламентёра, то есть меня, и приказал атаковать «Амуш».

–Полагаю, мессер одобрит,– хмыкнул ИХ.

–Тогда поступим так.– Аксель вновь застегнул мундир, спрятал под него пистолет и разложил по карманам два запасных магазина.– Меня скоро потащат на аудиенцию, и там я разрешу все накопившиеся вопросы. Стражника свяжем и спрячем, чтобы не мешал. Занди постоит вместо него у двери, а ты спрячешься. Когда меня заберут – бегите в радиорубку, я скажу где она, договоритесь с «Амушем» оместе встречи и ждите меня.

* * *

Столицу Стремления Харо постепенно затягивал дым. Не накрывал слегка, готовый улететь под дуновением любого ветерка, а именно затягивал, устраиваясь по-хозяйски надолго. Не весь город, конечно,– порт, железнодорожный вокзал и центральные районы гвардейцы удержали, однако окраины сдали почти все.

Хаос. Паника. Насилие.

–Вы действительно хотите взять на борт этого урода?– негромко спросила Кира, останавливаясь рядом с разглядывающим Каслиди капитаном.

–Боюсь, у нас нет выбора, адира,– ответил Дорофеев.

–Потому что Аксель в его руках?

–Потому что Аксель в его руках, а нас поджимает время: нужно забрать мессера, Бабарского и Мерсу до того, как…

Базза замолчал.

Всё и так понятно. До того, как цветущие Сады обратятся в прах.

–Это ужасно,– прошептала рыжая.

–Мы ничем не можем помочь,– так же тихо сказал Дорофеев.

–Вы этим себя успокаиваете?

–Мы все сейчас чувствуем примерно одно и то же, адира. И эта фраза не успокаивает, а объясняет.

–Мы никогда этого не забудем.

–Да, адира, никогда.

Наверное, они могли приземлиться и забрать хоть кого-то, но Кира прекрасно понимала, что начнётся в этом случае, как поведут себя перепуганные жители, как будут рваться к ним вооружённые мародёры и как поведут себя те из них, кто не сумеет попасть на «Амуш»– начнут стрелять по кораблю из всего, что у них окажется. Понимала, что Дорофеев не станет рисковать, и не спрашивала его об этом. Не мучила сильнее, чем он мучился сам.

–Каковы наши действия?

–Наамар выберет место за городом и приедет в него с Акселем. Мы поднимем их в «корзине», разоружим и… возьмём с собой.

–Вы сдержите слово?– удивилась рыжая. И лишь спросив, поняла, что спрашивать не следовало.

–Я его дал,– скупо ответил капитан.

Кира хотела извиниться, но не успела: поднявшийся на мостик радист радостно сообщил:

–Капитан, прошу вас немедленно пройти в рубку. Бабарский в эфире!

* * *

Хоэкунс.

Высокое искусство достижения цели.

Говорили, что попасть в знаменитые школы могут исключительно адигены, что только они способны выложить гигантскую сумму за обучение, больше похожее на пытку. За обучение, по итогам которого половина поступивших покидала планету, проклиная своё желание прикоснуться к Высокому искусству, а другая половина становилась отличными стрелками, треть из этой половины – выдающимися и единицы – непревзойдёнными.

В действительности аристократов среди учеников хоть и было много, но меньше половины. Долгое время Хоэкунс действительно считался искусством адигенов, но многие планеты выбрали другие формы правления, и постепенно бамбальеро начали становиться простолюдины – был бы талант.

У Крачина талант был.

Базовое обучение Акселю оплатила эрсийская армия – вечно грызущиеся маршалы нуждались в отлично подготовленных бойцах и не жалели денег на обучение способных юношей. Пройдя через все испытания, Крачин получил титул бамбини – самый младший из существующих, а затем, уже перейдя на службу к Помпилио, вернулся в школу и стал бамбадиром. При этом он трезво оценивал свои способности и понимал, что бамбадао ему не стать никогда. Зато бамбадиром Аксель был отличным, регулярные тренировки проходил под руководством опытнейшего дер Даген Тура, лучшего, по общему мнению, из живущих бамбальеро, и потому в зал, где его ожидал Наамар, вошёл, не испытывая ни робости, ни сомнений. Крачин знал, что за цель перед ним стоит, и знал, как её достичь. И с каждым шагом он становился спокойнее и спокойнее, полностью отрешаясь от всего, что могло ему помешать. И даже тот факт, что стрелять придётся не из идеально подготовленной, сделанной под него бамбады, а из оружия стражника, ничего не менял. Ведь оружие – это всего лишь средство достижения цели, инструмент, а любой инструмент мастер сумеет использовать наилучшим образом.