Вечный день - Эндрю Хантер Мюррей

Потрясенная появлением собственного брата, Хоппер на секунду лишилась дара речи. Затем выдавила:

—Надо уходить!

Однако Дэвид, уже успевший выглянуть в окна задней части дома, сообщил:

—Не выйдет, Элли. Солдаты уже повсюду. Прячь отчет!

Спрятать его можно было только в кабинете. Хоппер бросилась к столу, запихала бумаги обратно в полиэтиленовую упаковку и сунула ее в ящик. Затем вернулась в прихожую и стала нервно ждать, словно хозяйка перед приемом высоких гостей.

Кто-то из троицы отстучал по двери короткий ритм: тра-та-та-та. Блейк, наверное, решила про себя Элен, живо представив, как он барабанит своей лапищей, привнося потеху в серьезнейшую ситуацию. Впрочем, дожидаться, когда ему откроют, инспектор не стал — просунул руку через разбитое стекло и отомкнул замок сам. Первой вошла Уорик, стуча каблуками по полу и отряхиваясь от дождя.

—Доктор Хоппер, мистер Гэмбл. Здравствуйте. Пожалуйста, проходите и садитесь.

«Проходите». Она как будто приглашала их на чашку чая!

Все прошли в ближайшую гостиную, где над видавшими виды диванчиками стояли облачка пыли. Испещренный подтеками потолок прогибался: очевидно, крыша рухнула в комнате выше этажом. Блейк остался стоять в дверях. Под глазом у него красовался новый синяк, пока еще багровый, не расцвеченный синевой и желтизной. Возможно, заработал в магазине Фишера, предположила Хоппер.

—Перво-наперво, доктор: снаружи грузовик солдат. О побеге и думать забудьте. Ничего хорошего этим вы не добьетесь,— Хоппер теперь и сама услышала крики и топот во дворе.

—Садитесь же, пожалуйста,— Уорик заняла одно из кресел с прямой спинкой. Хоппер и Дэвид пристроились на покосившемся диванчике, тут же потерявшем устойчивость, так что они, словно в какой-то комедии-фарсе, закачались вверх-вниз. Марк встал у камина и уставился в пол, определенно мечтая оказаться где угодно, лишь бы не здесь. Смотреть в глаза Элен он избегал.

Хоппер указала на брата:

—А он что здесь делает?

—Присутствует, чтобы образумить вас. На случай, если до вас не дойдет вся тяжесть вашего положения.

—Поскольку он шпионил за мной с момента моего приезда в Лондон, боюсь, особой пользы он вам не принесет. Марк, думаешь, поступаешь по-честному?

Тот молчал, все так же не поднимая взгляда.

—Рады видеть вас снова,— продолжала Уорик.— Кое-кому из моих коллег не терпелось арестовать вас при первой же возможности — еще на том складе, например. После вашего бегства оттуда мы весьма обеспокоились, что потеряли вас,— она выдержала драматическую паузу.— Но, к счастью, как только вы вернулись в дом своего брата, мне удалось уговорить коллег проявить немного терпения.

—И зачем?

—В итоге мы решили, что у вас неплохие шансы отыскать припрятанное наследство Торна. И потому предоставили вас самой себе. И только полюбуйтесь, куда вы нас привели!

У Хоппер засосало под ложечкой.

—Как вы нас здесь нашли?

—Это оказалось не так уж и сложно. В доме мистера Гэмбла мы вас не застали, что нас несколько встревожило. Но затем один из наших источников сообщил по телефону о вашем прибытии в Оксфорд. Полагаю, на дочь профессора Хиткот внимания вы не обратили?

Хоппер вспомнила женщину в резиденции ректора, ее необъяснимо ожесточенное выражение лица, и ей все стало ясно.

—У нас имелись подозрения, что вам поможет кто-то из колледжа, но, к счастью, мисс Хиткот наравне с нами осознает всю важность эффективного управления. И вот мы здесь,— Уорик улыбнулась.— И теперь перед нами открывается возможность наконец-то закончить свою работу.

—Да. Пожалуй, вы правы.

—Доктор Хоппер, нам известно, что вы ищете. Где это?

Лжецом Элен всегда была получше своего брата — во всяком случае, так она считала, пока не обнаружила его секретную картотеку,— но все же не настолько хорошим, чтобы ее слова прозвучали убедительно:

—Мы ничего не нашли. Нет здесь ничего.

Блейк выглянул в коридор и буркнул пару слов. Ответом ему послужил топот ботинок, удалившихся в другую часть дома, однако в сторону не кабинета, а второй гостиной. Практически сразу оттуда донесся грохот ломаемой мебели. Если солдаты и дальше не утратят рвения, поиски бумаг много времени у них явно не отнимут.

Уорик вздохнула. Ее показная суровость сменилась разочарованием, и на какое-то мгновение, между двумя этими выражениями, Хоппер вдруг заметила, какой же поразительно пустой выглядит эта женщина. Затем она вспомнила Торна на смертном одре, переполнявший его страх, и, чтобы перестать думать о нем, снова обратила свое внимание на происходящее в комнате.

—…именно вы надеялись найти?— Уорик выжидающе смотрела на нее.

—Прошу прощения?

—Я говорю, доктор, мне интересно, чего именно вы ожидали.

—На Холодной стороне живут люди.

Это сказал Дэвид. Тут уж и Марк поднял взгляд, и внимание Уорик тоже переключилось — на мгновение рот ее скривился в отвращении. Единственным, кто никак не отреагировал на заявление Дэвида, был Блейк. Инспектор по-прежнему стоял возле двери, лишь переводя взгляд с одного на другого.

—Не несите чушь, мистер Гэмбл.

—Миллионы людей. Возможно, десятки миллионов. Перед увольнением Торн запустил спутник. Об этой операции имеется отчет — неоспоримое доказательство.

—Это все выдумка, бессмысленная попытка навредить интересам нашей страны. Как и прежде, Британия — единственная спасшаяся страна.

Хоппер задумалась, действительно ли Уорик не знает о предмете своих поисков и просто выполняет приказ, либо же знает, но ей совершенно плевать.

—Неважно, во что вы там верите,— заговорила она, стараясь говорить спокойно.— Вы… Давенпорт лгал людям, когда утверждал, будто для другой стороны нет никакой надежды.

—Надежды не было и нет,— закивала Уорик.— Эти люди в бывшей Америке — просто несколько миллионов человек, которым не повезло оказаться в неправильном месте. Скоро они все умрут… если уже не умерли. И это только к лучшему.