Я всегда буду с тобой - Владимир Козюра

Виктор чуть приоткрыл дверь, и в ту же секунду резким рывком со стороны лестничной площадки её распахнули настежь, и в квартиру влетели трое солдат. Лица ворвавшихся рассмотреть было невозможно – на голове у каждого был шлем с непрозрачным стеклом, напоминающий шлем космического скафандра. В остальном их обмундирование было вполне привычным для военных: камуфляжного цвета штаны, куртки, рюкзаки за спиной.

Солдаты направили на мужчину оружие, от неожиданности и нереальности всего происходящего Виктор не смог понять, какое, и заорали:

– К стене, быстро! Кто ещё есть в квартире?

Один из военных грубо схватил его за шею и прижал лицом к стене. На крики из комнаты выбежала Надя, а следом за ней и испуганная Аня.

Солдаты перевели стволы в их сторону и громко скомандовали, чтобы те отвернулись к стене. Аня вскрикнула и кинулась обратно в комнату, Надя дёрнулась за ней, но была схвачена солдатом за волосы и брошена к стене. Ещё двое солдат, вбежав в квартиру, вытащили обеих девочек из комнаты и, не обращая никакого внимания на крики и слёзы детей, вынесли их на лестничную площадку. Виктор попытался развернуться и закричал:

– Что вам надо? Я умоляю, не трогайте детей! – такого ужаса и отчаяния от осознания собственной беспомощности он не испытывал никогда в жизни. – Там, в комоде, лежат деньги, забирайте все, только не трогайте детей!

Получив удар в живот, Виктор упал на пол. Один из военных уселся ему на спину, грубо заломил руку и за волосы поднял голову так, чтобы тот мог видеть, что происходит с его дочерями.

Двери всех квартир на площадке были распахнуты, но оттуда не доносилось ни единого звука. Виктор видел, как к солдатам, удерживающим его кричащих от страха и вырывающихся девочек, подошёл ещё один военный. От остальных его отличало лишь наличие на левой руке повязки с красным крестом. Он достал какой-то прибор, по форме и размеру напоминающий мобильный телефон. Солдат, держащий Настю, ещё плотнее прижал её к себе, а военный с «мобильником» присел и левой рукой раздвинул веко ребёнка. Из прибора в глаз малышки устремился красный луч. Ту же процедуру повторили с Анной.

Аня, не переставая, звала на помощь папу, но ни одного из военных детские крики не трогали, они их просто не замечали.

Военный с красным крестом на рукаве, очевидно, врач, снял рюкзак, достал оттуда медпистолет и вставил в него какую-то ампулу. Солдат освободил плечо старшей девочки, и врач, прижав к нему пистолет, ввёл препарат, затем вынул ампулу, вставил другую и сделал ещё один укол в другое плечо ребёнка.

Аня взвыла от боли, казалось, её голосовые связки вот-вот разорвутся, но сил вырываться уже не было, и ребёнок просто рыдал навзрыд.

Две инъекции сделали и младшей девочке, затем доктор встал и направился к Виктору с Надеждой.

Солдаты поставили их на ноги.

– Я думаю, вы поняли, что сопротивляться бесполезно, этим вы только причините себе боль и страдания, – проговорил врач.

– Кто вы такие? Что вам нужно? – сквозь слезы прокричал Виктор.

– Раскройте глаза пошире и попытайтесь не моргать! – скомандовал один из солдат, игнорируя вопрос.

Врач направил луч прибора по очереди в глаза мужчины и женщины. Оценив результат на электронном табло, он перевёл взгляд на военных:

– Здоровы!

Военные, как по команде, отпустили супругов.

– Отдайте наших детей! – дрожащим голосом, едва слышно проговорила Надя. Её лицо, ещё совсем недавно молодое и нежное, теперь напоминало восковую маску.

Врач развернулся и кивнул солдатам. Они отпустили детей, осторожно поставив их на пол.

Девочки бросились к родителям, не обращая никакого внимания на людей вокруг. Аня пулей влетела на руки отца, а маленькую Настю подхватила мама и разрыдалась, как можно крепче прижимая к себе своё дитя.

Виктор через распахнутую дверь заметил, как с верхнего этажа спустились несколько военных, среди которых был ещё один врач.