Не считая собаки - Конни Уиллис

Правил никаких нет, а если и есть – они не соблюдаются. Просто невероятно, до чего трудно вести игру, когда все вокруг живое.

«Алиса в Стране чудес»

Вероятность дождя – Еще лебедь – Что покупают на барахолках – Номера три, семь, тринадцать, четырнадцать и двадцать восемь – Мне предсказывают будущее – Впечатление бывает обманчивым – Я отправляюсь на Ту Сторону – Сражение при Ватерлоо – О важности чистописания – Судьбоносный день – Число пятнадцать – План – Непредвиденный визит

– Ты не виноват, – доказывала Верити на следующее утро. Мы раскладывали товар на барахольном прилавке, впервые улучив минуту для разговора после того «ошеломляющего», по версии миссис Меринг, известия. – Это все из-за меня. – Верити выставила фарфоровый голландский башмак с нарисованной на нем бело-голубой мельницей. – Не надо было соглашаться на столько перебросок.

– Ты трудилась для пользы дела, искала зацепки, – возразил я, разворачивая яйцеварку. – Это я оставил Тосси с Теренсом без присмотра. И подал идею. Ты же его слышала вчера. Он подождал бы с предложением, не напугай я его своими «время быстротечно» и «упущенного не вернешь».

– Ты действовал по моей указке, – вздохнула она, раскрывая японский веер. – «Поворачивай “Титаник”, Нед, ничего не случится, мы обойдем айсберг»…

– Все еще возитесь? – раздался над ухом голос миссис Меринг, и мы дружно вздрогнули. – Пора бы уже открывать.

– Сейчас закончим, – пообещала Верити, выставляя супницу в форме салатного кочана.

Миссис Меринг озабоченно посмотрела на затянутое тучами небо.

– Ах, мистер Генри, дождя ведь не будет, верно?

Разумеется, будет. Удача от нас отвернулась.

– Нет, – ответил я, разворачивая гравюру с Паоло и Франческой – еще одни страдальцы.

– И то хорошо, – сказала миссис Меринг, обмахивая от пыли бюст принца Альберта. – О, а вот и мистер Сент-Трейвис. Я должна поговорить с ним о катании на пони.

Я с интересом посмотрел вслед хозяйке, нацелившейся на Теренса. На ней было синее праздничное платье со всеми полагающимися викторианскому наряду буфами, рюшами, розетками и кружевными вставками, однако поверх него она набросила летящую мантию в красно-желто-фиолетовую полоску, а лоб ее перехватывала широкая бархатная лента с большим страусиным пером.

– Она сегодня гадалка, – объяснила Верити, выкладывая швейные ножницы в форме цапли. – И когда она будет мне гадать, я намерена спросить, где епископский пенек.

– Вполне может быть где-то здесь. – Я поискал, куда приткнуть банджо вдовы Уоллис. – Среди этого барахла ему самое место.

Верити посмотрела на пеструю мешанину вещей на прилавке.

– Да, барахолка в чистом виде, – протянула она, добавляя в общую кучу чашку для усачей[41].

Я окинул кучу-малу критическим взглядом.

– Чего-то все же не хватает. – Утащив с прилавка Тосси перочистку, я воткнул ее между пресс-папье и набором оловянных солдатиков. – Вот! Теперь все в порядке.

– Если не считать помолвки Теренса с Тосси, – возразила Верити. – И как только я могла поверить, что она действительно пробудет у Каттисборнов до вечера?

– Вопрос не в том, по чьему недосмотру состоялась помолвка, а в том, как теперь быть.

– И как теперь быть? – переставляя фигурки Арлекина и Коломбины, вздохнула Верити.

– Может, Теренс выспится, одумается и поймет, что совершил ужасную ошибку? – предположил я.

Верити покачала головой:

– Это нас не спасет. Помолвка в викторианскую эпоху уже почти что свадьба. Разрыв помолвки грозит джентльмену жутким скандалом. Так что Теренсу не выпутаться, если только Тосси сама не освободит его от обязательств.