Предел обороны - Игорь Огай

Воин распахнул дверь кабинета и отступил. Павел вошел. Оба врача были заняты, один — инком, другой — гипербореем. Хорошо иметь неограниченные страховки. Этак можно не только инфаркт, но и геморрой подлечить задарма…

— Снова Головин, — произнесла с сильным акцентом ближайшая атлантка. — Не удивлюсь, если скоро буду работать только на вас.

Павел скромно потупился. Что ни говори, а в этом кабинете он был не самым редким гостем. Зачастую поступая к тому же в бессознательном состоянии.

— Сегодня я ни при чем. Неспровоцированное нападение…

— Да-да, знаю. — Врач согласно качнула головой, — У вас по-другому и не бывает…

Она скомкала плотное облако голубого света, что держала над головой инка. Один за другим сдернула с пальцев металлические — орихалковые? — наперстки.

— На сегодня все, уважаемый. Если боли в шейном отделе продолжатся, запишитесь на следующую неделю. Повторим сеанс.

Так ни слова и не произнеся, краснокожий кивнул и, высокомерно косясь на землянина, покинул кабинет.

— Боевое? — осведомилась врач.

— Как обычно, — вздохнул Павел. — Затылок. Неопасно, но болит сильно…

— В палату, — скомандовала атлантка, распахивая дверь смежной комнаты.

Градобор был здесь. Главный дознаватель сидел в электрическом кресле на колесиках. На правом подлокотнике кресла лежал некий артефакт, в сиянии которого была намертво зафиксирована рука гиперборея. Взгляд его, устремленный в окно, был тосклив, как теплый до слякоти серый зимний день за стеклом.

Потом Градобор среагировал на шум и повернулся… Какое счастье, что при нем не было меча!

— Тихо, больной! — строго выговорила врач. — Вам нельзя так резко двигаться… Головин, садитесь сюда.

Под красноречивым взглядом сохранявшего молчание гиперборея Павел приблизился и сел на указанную койку. Атлантка сложила руки каким-то замысловатым образом и провела ими над его затылком.

— Что-то скромно сегодня, — прокомментировала она. — Раньше без черепно-мозговой и не поступали.

— Неправда! — оскорбился Павел почти искренне. — Три недели назад — переохлаждение и пара царапин на груди.

— Инфицированных и токсифицированных! — обрезала атлантка, доставая из стенного шкафа что-то вроде большого комка спутанных металлических нитей, потрескивающих электричеством.

— А вот в прошлом месяце…

— Ожог второй степени, перелом ребер, поверхностные ранения, — отчеканила врач. И — показалось с размаху — припечатала металлическую «губку» к пострадавшему затылку. — Сидим и ждем. Через десять минут зайду — сниму.

— Да я мог и вообще не приходить… — буркнул Павел ей в спину, но дверь палаты уже закрылась.

Терпеливо дожидавшийся этого момента Градобор повел джойстиком на подлокотнике кресла и развернулся лицом к Павлу. Тот отвел глаза. Но через секунду поднял их снова и твердо встретил взгляд гиперборея. Если он и чувствовал какую-то вину за руку главного дознавателя, то это не было поводом отказываться от задуманного.

— Ну и к чему этот спектакль? — произнес Градобор. — Говори, что тебе нужно, или уходи.

Павел хмыкнул и насупился.

— Не уйду. Десять минут — ты же слышал.

— Тебе и впрямь пробили голову? Опять?

— Да уж постарался ваш меченосец! Налетел у лифта, как шальной!

Градобор очень быстро справился со своим лицом — выражение мстительного удовлетворения задержалось на нем лишь на миг.

— Зачем он это сделал? — произнес главный дознаватель.

— Да черт его знает. — Павел пожал плечами. — Говорит, что перепутал с кем-то… Как рука?

Градобор покосился на свое предплечье. Новое предплечье.

— Обещают, что будет как прежняя. Пару недель только физраствором подкачивать…

Павел вздохнул.

— За каким дьяволом тебе понадобилось его ловить! — выговорил он с чувством, и гиперборей не стал переспрашивать, что именно. Только уточнил:

— А тебе — кидать?

Павел секунду смотрел ему в глаза, затем поднял руки.

— Ладно, дурак… Сдаюсь. Есть пара вопросов.

— Говори, — произнес главный дознаватель, похоже, ни секунды не сомневавшийся, что землянин пришел не за медицинской помощью.

— Сперва хочу напомнить кое-что. — Павел склонил голову набок, оценивающе осмотрел собеседника. — Хочу напомнить, как один гиперборей обещал кое-что одному землянину…

— Я понял, — перебил Градобор, пошевелив скулами. — Говори дальше…

— Патомский кратер, — брякнул Павел. — Что вы о нем знаете?

Показалось, или гиперборей действительно вздрогнул при этих словах?

— Почему я должен… — начал было он и осекся, отведя глаза. — Я прошу понять, Павел. Даже во исполнение долга… Даже нарушив слово… Я далеко не обо всем вправе говорить.

Павел вздохнул. Произнес, отвернувшись к окну:

— Я тоже не вправе, Градобор. Прежде всего не вправе лгать своим же… Но Ассамблея так и не узнала, откуда у меня взялся камень ящеров, о твоем брате-отступнике, о позоре Общины… Это не угроза, я отлично понимаю, что ты можешь убить меня, не вставая с кресла, хотя бы этой ручкой от джойстика. Но все же я еще раз напоминаю тебе о долге и о том, что мне, возможно, еще предстоит отвечать на новые вопросы о камне, когда смарры снова пустят его в дело.

Градобор задумался на целых три секунды. Потом произнес:

— Почему ты считаешь свой вопрос настолько серьезным, что я должен преступить свои обязательства перед Общиной?

— Это ты мне скажи. Ваши сегодня спустили заказ на билеты до Бодайбо. Ты ведь знаешь, где это, не так ли? И зачем понадобился самолет, если у краснокожих можно попросить «летатель»?

— Самолет? — На миг Павлу показалось, что Градобор удивлен еще больше, чем шеф, когда тот узнал о билетах. — Летняя тьма, и всего-то на два дня из коллегии отлучился! Раздолбаи… — Он вдруг осекся и моментально сменил тему: — Не могу я ничего сказать, Павел, во всяком случае, пока ты не имеешь доступа к сто пятому файлу седьмого раздела базы. Проси в качестве долга что-то другое.

— Ну что ж, спасибо и на том, — пробормотал землянин.

На большее у него времени не осталось, за дверью послышались шаги атлантки.

— Кстати, о твоем затылке, — сообщил вдруг Градобор. — Спроси еще раз у воина, почему он напал на тебя.

— Его комиссия спросит, — нахмурился Павел. — А в чем дело?

— Так, деталь одна… — Главный дознаватель поморщился, будто решая, говорить или нет. — Как-то месяц назад в коллегию поступил сигнал, что тебя видели шатающимся вокруг фабрики. С фотоаппаратом в руках — мол, периметр снимал. Я проверил и забыл: у тебя было железное алиби на указанное время. А теперь вот думаю… Не слишком ли часто тебя стали путать в последнее время?