След крови - Стивен Эриксон

– Крошке горы нипочем! – рявкнул его брат. – Штурмуем, и дело с концом. Преодолеваем стены, а потом всех убиваем!

– Эй, – спросил Малыш, – а где Кулик, Гиль и Френ?

– Видать, сбежали с твоей новой шапкой, Крошка, – сказал Коротыш.

– С ними разберемся позже, – бросил Крошка.

Малыш подошел к двери и распахнул ее.

– Большей глупости и придумать было нельзя, – прошептала Подлянка, сидевшая вместе с остальным отрядом, не считая Пташки Пеструшки, в придорожной канаве в тридцати шагах от ворот крепости, перед которыми стоял одинокий стражник.

– Вечно у тебя дурное настроение, Подлянка, – негромко сказал Биск Молот. – Тебе всегда хотелось считать себя особенной, не такой, как все. Думаешь, ты умнее других, да?

– Красивее уж точно, – заметил Хек Урс.

– Заткни пасть, Хек, – прорычал Биск. – Слушай, Подлянка, это дурно влияет на боевой дух подразделения.

Она изумленно уставилась на него:

– Боевой дух подразделения? Да ты никак совсем спятил, капрал?

– У нас все получится, – сказал Биск, вглядываясь во мрак. – Там всего лишь один стражник, во имя Худа.

– Но он плошто там штоит, – прошипел Густ Хабб. – Штолм, ветел – а он прошто штоит там ш мечом в луках как ни в чем не бывало.

Подлянка увидела, как Лишай придвинулся ближе к Густу и стукнул того по голове рукой в перчатке.

– Хватит уже нести всякую чушь!

Густ дернулся в сторону:

– Я вовше не нешу чушь, плидулок. Плошто язык полезан.

– А еще один глаз поврежден, нет ни носа, ни ушей и следы укусов на ногах, – рассмеялся Лишай.

– Плошто штоял шлишком близко к Манши, вот и вше.

– Пожалуй, я дам тебе прозвище, – продолжал Лишай. – Густ Хабб Неудачник. Извини – Неудашник, – хихикнул он.

– Кто бы говолил, швиномолда лябая!

– Заткнитесь оба! – приказал Биск. – Кто-нибудь, швырните камнем в стену. Пусть стражник обернется, и тогда мы на него набросимся.

Подлянка снова взглянула на караульного и покачала головой:

– Что-то с ним не так, капрал. Слишком уж он бледный. И распухший какой-то.

Хек Урс придвинулся ближе к ней и прищурился:

– Некромантия! Это мертвец. Один из наших утонувших матросов с «Солнечного локона», Брив.

К ним присоединился Густ Хабб:

– Котолый именно Блив: помощник плотника или плетельщик канатов?

– Не важно, – прошептал Хек. – Это работа Корбала Броша.

– И что? – произнес позади них Биск. – Живой или мертвый, это всего лишь один человек. – Он поднял со дна канавы камень. – Приготовьтесь.

Медленно выпрямившись, он бросил камень. Тот пролетел над головой стражника и с грохотом ударился о деревянные ворота.

Караульный повернулся.

– Пошли!

Отряд поднялся из канавы и устремился вперед.

Но стражник каким-то образом продолжал смотреть на них, поднимая меч.

Атакующих охватило замешательство.

– Как это он сумел? – спросил Лишай.

– Это не один и тот же человек! – заявил Хек. – Это какой-то другой Брив!

– Он шшил их вмеште! – завопил Густ Хабб.

Отряд остановился в пятнадцати шагах от охранника, оторопело уставившись на него.

Мертвец проворно поднял меч.

– Стражник, к которому не подберешься сзади! – крикнул Хек Урс.

– Боги, – сказала Подлянка, – ничего глупее я еще не видела.

– Ты говоришь так только потому, – возразил Хек, – что тебя не было на «Солнечном локоне»!

– Лишай, вы с Биском заходите справа. Хек и Густ – слева. За мной!

– Вообще-то, здесь я капрал, Подлянка…

– Просто – за мной, капрал.

Остальные рассыпались полукругом. Подлянка направилась к стражнику.

– Эй! – крикнула она.

Как она и подозревала, стоявший лицом к воротам стражник решил повернуться. Второй стал сопротивляться, и у них заплелись ноги.

Издав боевой клич, Биск атаковал сбоку. Лишай последовал за ним, в то время как Хек действовал с другой стороны. Споткнувшись, Густ Хабб растянулся на дороге и тут же вскрикнул, приземлившись на собственный меч.

Стражник семенил на месте, размахивая мечами, которые с лязгом ударялись друг о друга.

Пригнувшись, Подлянка подрезала ему сухожилия. Он упал как раз в тот момент, когда Биск, завопив, замахнулся своим громадным двуручным мечом. Тяжелый клинок просвистел над стражником и, вылетев из рук капрала, вонзился в правое бедро Густа Хабба. Тот снова взвыл.

Подбежав к упавшему стражнику, Хек Урс отсек ему обе головы.

– Брив и Брив! Сдохни! Сдохни, сдохни и снова сдохни!

Подлянка отошла назад:

– Лишай, посмотри, что там с Густом. Насколько он плох?

– Насколько плох? – рассмеялся Лишай. – Этому придурку насквозь пронзило ногу! И он свалился на собственный меч! Кровь так и хлещет!

– Так перевяжи его, чтоб тебя!

– Нечего тут командовать! Ты не капрал…

– Нет, – бросила она. – Вот только Густа проткнул именно наш капрал, так что я понижаю его в звании. Чей это был план? И как, сработало? Естественно, сработало. Почему? Да потому, что это был мой план! Слушайте все – я теперь капитан.

– Может, все-таки сержант? – уточнил Хек, все еще тяжело дыша после того, как размозжил головы Брива и Брива.

– Капитан! У Сатер давно была мысль меня повысить.

– С чего мы вдруг должны тебе верить? – поинтересовался Биск.

– Да с того, что я вам об этом сказала.

Густ продолжал выть.

В это мгновение ворота распахнулись, и в них появился высокий мужчина с раздвоенной бородкой.

– Ага, – проговорил он, бросив взгляд на Густа Хабба. – Отважные солдаты покойной капитана Сатер… и ее друзья. Что ж, вы идеально рассчитали время. Я как раз приготовил печенье.

Эмансипор Риз сидел напротив Корбала Броша, глядя, как рослый здоровяк слизывает глазурь с одного из творений Бошелена. В животе у него забурчало, а потом забулькало.

– Кто бы мог подумать, что вы любите сладкое, – заметил Риз.

Корбал в ответ лишь моргнул и промолчал.

В дальнем конце обеденного зала поднялась какая-то суматоха, а затем на фоне топота сапог, вздохов, шепотов и стонов вновь появился Бошелен. За ним шли женщина и трое мужчин, которые несли четвертого: из бедра его торчал массивный меч, а другой воткнулся под мышку. Забинтованное тело было забрызгано кровью.