Префект - Аластер Рейнольдс

– Дельфин! – закричал Дрейфус.

– Том Дрейфус, помогите мне… – Речь Дельфин стала тягучей, как патока, голос упал почти до порога слышимости.

– Дельфин, помочь вам я могу, лишь призвав убийцу к ответу. Для этого вам нужно ответить на последний вопрос.

– Том, помогите!

– Вы упоминали гостей Энтони Теобальда. Кто его навещал?

– Том, помогите!

– Кто гостил у Энтони Теобальда? Кто его навещал?

– Энтони Теобальд сказал…

– Дельфин, говорите со мной!

– Энтони Теобальд сказал… Мы принимали гостя. Он жил на первом этаже. Мне запретили задавать вопросы.

– Допрос на паузу! – сказал Дрейфус в браслет.

– Том, помогите!

* * *

Дрейфус навестил Траянову. Она злилась, что ее отвлекли от текущей работы. На невесомом тросе она спустилась в шахту из турбины и повисла спиной к прозрачному кожуху аппарата.

– Дело серьезное, – заявил Дрейфус. – Я только что вызывал бету, и она рассыпалась посреди допроса.

Чтобы переложить инструмент из руки в руку, Траяновой пришлось ухватить его зубами.

– Повторно активировать пробовали?

– Пробовал – ничего не вышло. Система твердит, что копия невосстановима.

Траянова заворчала и устроилась поудобнее, сдвинувшись чуть в сторону.

– Невероятно. До середины допроса состояние беты было стабильным?

– Да.

– Значит, ядро копии не повреждено.

– Бета чувствовала, как что-то ее разъедает. Она так и сказала: «Что-то меня ест». Словно ощущала, как ее стирают часть за частью.

– И это невероятно, – заявила Траянова, но тревожная мысль тотчас заставила ее нахмуриться. – Если только…

– Если только что?

– Мог кто-то заразить твою бету кибервирусом?

– Теоретически да. Хотя, когда привезли регенерируемых с Раскин-Сартория, мы поставили все стандартные фильтры и провели все стандартные тесты. Регенерируемые были сильно повреждены. Талия работала сверхурочно, буквально по кусочкам их собирала. Кибервирус или самоликвидатор любого вида она бы заметила.

– Нг ни о чем подозрительном не сообщила?

– Сказала, что полноценно восстановила трех регенерируемых. Больше ничего.

– Ты уверен, что она ничего не просмотрела?

– Абсолютно.

– Тогда вариант только один: до симов добрались уже на «Доспехах». Технически тут ничего сложного: находишь в архиве кибервирус и вставляешь в копию. Может, вирус запрограммировали так, чтобы запустился с началом допроса, а может, привязали к конкретной фразе или жесту.

– Господи! – воскликнул Дрейфус. – Так остальные… Я хочу и с ними поговорить.

– Это может быть опасно, если вставлен тот же код. Лишишься двух последних свидетелей.

– Что значит лишусь? Разве у меня нет резервных копий?

– Том, нет у нас резервных копий. Мы все потеряли, когда турбина взорвалась.

– Это все специально подстроено.

– Слушай! – с неожиданным пылом заговорила Траянова. – Здесь у меня работы еще на пару часов. Первым делом я должна вернуть этой турбине нормальную скорость вращения. Закончу и сразу гляну на регенерируемых. Проверю, можно ли восстановить первый сим и нет ли кибервирусов. До тех пор не активируй их ни при каких обстоятельствах.

– Не буду, – пообещал Дрейфус.

– Я свяжусь с тобой, когда проверю всех троих.

Лишь после разговора с Траяновой Дрейфус проанализировал свои чувства. Результат поражал, даже шокировал. Пару дней назад гибель симулякра бета-уровня ощущалась бы как потеря рядовой улики. Том досадовал бы, даже злился, но исключительно из-за того, что стопорилось расследование. Сам утраченный артефакт особых чувств не вызвал бы: ведь это просто артефакт.

Сейчас все воспринималось иначе. Перед глазами стояло лицо Дельфин в последние секунды, когда сознание еще не полностью разрушилось и она понимала, что обречена.

Но симулякры бета-уровня априори неживые. Как же они могут погибнуть?

* * *

Первой мыслью Гаффни было, что Клепсидра мертва или по крайней мере в коме. Он даже вздохнул с облегчением – не нужно снова брать грех на душу, – но тут вскрылась правда. Сочленительница дышала, а похожая на смерть неподвижность была лишь отдыхом, естественным в отсутствие посторонних. Лицо с острыми скулами и подбородком уже поворачивалось к Гаффни с плавностью ракетной установки, наводящейся на цель. Глаза, еще недавно сонные щелки, раскрывались.

– Не думала, что вы так быстро вернетесь, – сказала Клепсидра. – Хотя, может, это и к лучшему. Я думала о нашей последней беседе…

– Это хорошо, – перебил Гаффни.

– Я ждала Дрейфуса, – сообщила Клепсидра после долгой паузы.

– Дрейфус занят, не смог прийти. – Гаффни остановился, с ювелирной точностью рассчитав свои движения. – Надеюсь, вы не очень расстроились.

Взгляд Клепсидры впивался в лицо, проникал под кожу, ощупывал кости. Череп зачесался. Никогда в жизни Гаффни не рассматривали так скрупулезно.

– Я догадываюсь, зачем вы здесь, – заявила сочленительница. – Пока меня не убили, хочу сказать, что знаю, кто вы.

Заявление обескуражило Гаффни. Может, Клепсидра блефовала, может, нет. Если она впрямь заглядывала в архивы «Доспехов», то могла видеть досье префектов. Хотя какая разница? Пусть хоть на весь Блистающий Пояс его имя кричит, никто ее не услышит.

– Разве кто-то говорил об убийстве? – тихо спросил Гаффни.

– Дрейфус приходил без оружия.

– Вот и дурак. Я не вошел бы к сочленителю в камеру без оружия. Или я должен верить, что вы не убили бы меня в мгновение ока?

– Я не собиралась убивать вас, префект. До этой минуты.

Гаффни развел руками.

– Так убейте! Или скажите то, что хотели сказать Дрейфусу, а потом убейте.

– Что говорить? Вы и так все знаете.

– Ну, может, не все. – Гаффни отстегнул хлыст-ищейку и, нажав на кнопку, привел в состояние боевой готовности. – С превеликим удовольствием отпустил бы вас отсюда живой к вашему народу. Вой свидетель, вы заслуживаете награды за свои деяния. Но это просто невозможно. Если отпущу, вы поставите под угрозу важный план. И тогда будете косвенно виновны в ужасах, о которых мечтал ваш народ, – в ужасах, которых я стараюсь не допустить. – Гаффни нажал на другую кнопку, ищейка изготовилась к броску. В невесомости пузыря хвост раскачивался взад-вперед, как длинная водоросль в штиль.

– Вы понятия не имеете, что мы видели в «Прологе», – сказала Клепсидра.

– Мне и не надо, это Аврорино дело.