Дикие карты. Книга 6. Туз в трудном положении - Джордж Мартин

Спектор несколько мгновений постоял молча.

– Думаю, над этим еще стоило бы поработать.

– Не проблема. Главное, я нашел тему. Слова придут.

Тони начал писать.

– Я постараюсь привезти твои вещи как можно быстрее.

Покачал головой Спектор уже за дверью.

18.00

Вирус дикой карты на экране электронного микроскопа демонстрировал свою характерную кристаллическую структуру.

– Господи! – выдохнул Экройд. – Какая красота!

Тахион отбросил челку со лба.

– Да, наверное. – Он поморщился. – Как это по-такисиански: создать вирус, соответствующий нашему идеалу прекрасного.

Он развернулся вместе с вращающейся табуреткой – и увидел, как Хирам начал сползать вниз вдоль стены.

– Экройд!

Они схватили каждый по руке, но с тем же успехом можно было попытаться остановить сход лавины. В результате все трое оказались сидящими на полу. Хирам провел рукой по глазам и промямлил:

– Извините. Кажется, на секунду отключился.

Тахион извлек свою фляжку и поднес ее к губам Хирама. Уорчестер глотнул бренди – и его голова завалилась набок, словно шея оказалась слишком непрочной, чтобы удерживать ее вес. У него на шее оказался громадный уродливый струп. Тах осторожно дотронулся до него кончиком пальца – и Хирам резко выпрямился.

– Эй, а мне глотнуть дашь? – Джей кивком указал на фляжку. – Неделя выдалась ужасная.

Сыщик глотал бренди, судорожно дергая кадыком, а потом шумно выдохнул и вытер губы.

– Сомнений нет?

Хирам посмотрел на Тахиона с мольбой.

– Никаких.

– Но просто из-за того, что он туз… Это ведь ничего не доказывает! С его стороны было бы безумием признаваться в том, что у него вирус. И, может, у него латентная фаза.

Трое мужчин погрузились в неловкое молчание. Сев на пятки, Тахион задумчиво вперился в потолок. Тремя этажами выше Эллен Хартманн лежала в больничной палате. Видела сны о своем погибшем ребенке. Не подозревала, что ее муж – тайный туз и, возможно, безжалостный убийца. Или она это давно знает?

Джек откашлялся и спросил:

– И что мы будем делать теперь?

– Хороший вопрос, – вздохнул Тахион.

– То есть ты не знаешь?

– Что бы ни думали окружающие, я не знаю ответов на все вопросы.

– Нам нужны более убедительные доказательства, – заявил Хирам, поднимаясь на ноги.

Экройд ткнул пальцем в сторону экрана:

– Какое еще доказательство тебе требуется?

– У нас нет сведений о том, что он совершал что-то дурное.

– Это он заказал Кристалис!

Двое мужчин встали нос к носу, разгневанно пыхтя.

– Я требую доказательства преступлений!

Хирам ударил кулаком себе по ладони.

– Вот тебе доказательство! – взвыл Экройд, снова указуя на экран.

Тахион закричал:

– Прекратите! Прекратите!

Хирам стиснул Тахиону плечи:

– Пойди к нему. Поговори с ним. Должно быть какое-то разумное объяснение. Вспомни, сколько добра он сделал…

– А как же! – с горьким скепсисом бросил Экройд и снова присосался к фляжке.

– Подумайте, что мы можем потерять! – вскричал Хирам.

– Так он просто соврет Тахиону. И что нам это даст?

– Мне он солгать не сможет. – Хирам поспешно убрал руки с его плеч и отступил на шаг. Тах выпрямился во весь свой, пусть и небольшой, рост. Величественность и властность окутали его плащом. – Если я к нему пойду, то вы сами знаете, что я сделаю. – Во взгляде Хирама появилось невыразимое страдание, но он медленно кивнул. – Вы поверите истинности того, что я прочту в его разуме?

– Да.

– Хоть суд и не сочтет это доказательством?

– Да.

Инопланетянин резко повернулся к Экройду.

– А вы, мистер Экройд, заберите пиджак. Уничтожьте его.

– Эй, но это наше единственное доказательство!

– Доказательство? Вы действительно предлагаете нам объявить об этом во всеуслышание? Включите мозги! То, что мы узнали, может означать гибель всех носителей дикой карты в Америке.

– Но он убил Кристалис, и если мы его не разоблачим, все свалят на Элмо.

Тахион причесал волосы пальцами, впиваясь ногтями себе в кожу.

– Черт, черт, черт!

– Слушайте, я тут ни при чем. Но будь я проклят, если пойду на мерзкий сговор, из-за которого убийца Кристалис останется безнаказанным.

– Клянусь честью и кровью, что не допущу, чтобы Элмо пострадал.

– Вот как? И что ты сделаешь?

– Пока не знаю!

Тахион отключил микроскоп яростным нажатием кнопки, отнес предметное стекло к раковине и отправил пропитанные кровью волокна ткани в сливное отверстие, после чего направился к двери.

Хирам пристроился к нему, но Тах остановил его, прижав ладонь к его груди.

– Нет, Хирам. Я должен сделать это один.

– А если он напустит на тебя Мальчика-Пилу? – поинтересовался Джей.

– Мне придется пойти на этот риск.

19.00

Спектор погладил пальцем бейджик «Привилегированный гость» и мысленно рассмеялся. Еще пару дней назад он ради вот такого убивал бы, пока вокруг не выросла бы целая гора трупов. Теперь же пропуск был ему больше не нужен. Гребаная жизнь – она такая.

На этаже Хартманна оказалось неожиданно тихо. Он ожидал увидеть тут толпы помощников и агентов Секретной службы. Спектор вытащил ключ от номера Тони и мысленно принялся отсчитывать номера дверей. Он решил, что ему пора убираться из страны. Может, он поедет в Австралию или куда-нибудь еще, где говорят на чем-то похожем на английский. Остановившись перед номером Тони, он вставил ключ в дверь. Толкнув ее, он почувствовал, что кто-то тянет ее на себя с другой стороны.

Спектор отступил на шаг. Какой-то джокер, одетый как агент, посмотрел на бейджик гостя и жестом велел ему входить. Чешуйчатые выпуклые надбровные дуги и уродливые шишки на лбу были единственными видимыми признаками джокерства. Спектор подумал, что должны быть и другие, однако это его не настолько заинтересовало, чтобы спросить.

– Ты кто? – спросил джокер бесцеремонно.

– Друг Тони Кальдероне. Он прислал меня за своими материалами. – Спектор указал на черный кейс, лежащий на кровати. – Думаю, это они и есть.

– Ясно. Вы не положите руки на затылок, сэр?

Спектор послушался и был быстро, но тщательно обыскан. Спектор напрягся. Если этот тип присмотрится к нему внимательнее, то может его узнать. Он не сомневался, что в самых разных организациях на него давно заведена пухлая папка с надписью крупными буквами «Несущий Гибель».