Тайна Бреши - Ли Патрик

Трэвис почувствовал, как соединяются две половины разводного моста – вот они с лязгом сомкнулись. Он посмотрел на Пэйдж и Бетани, зная, что они думают о последних словах послания:

Некоторые из нас уже среди вас.

– Кому, как не себе, лучше всего доверить послание? – сказал Гарнер.

Пэйдж хотела ответить, но потом передумала и нахмурилась, словно ее что-то тревожило в последние несколько минут, и только сейчас она сумела сформулировать свой вопрос:

– Да, можно отправить послание через Брешь, но зачем было присылать такие опасные вещи, как объекты? Если они создали червоточину для того, чтобы что-то сообщить…

– Они ничего такого не делали, – перебил ее Гарнер. – Они не создавали червоточину. И не отправляли через нее объекты. Все они архаичны с точки зрения возраста Вселенной. Те, кто создал червоточину, давно исчезли. Возможно, миллиард лет назад. От них остались лишь старые транзитные туннели, полные реликвий. Исходное назначение «Глубокого неба» состояло в том, чтобы изучать такие туннели – речь шла о целом лабиринте, который обнаружили ранее при помощи зондов-роботов, отправленных к соседним звездам.

«Глубокое небо» построили как исследовательскую лабораторию, чтобы изучить и взять под контроль червоточины. В конце концов команда использовала возможности корабля, чтобы открыть Брешь в наше время на Земле. Они немного перенаправили один из туннелей, чтобы первый Гигантский ионный коллайдер, запущенный в семьдесят восьмом году, соединился с ним, а вовсе не с исходным туннелем, полным паразитных сигналов. Они потратили огромное количество энергии, перемещая туннель, и как только они это сделали, им пришлось производить и запасать еще больше энергии, чтобы снова его сдвинуть – на сей раз с целью добраться до его конца со своей стороны. Процесс накопления энергии потребует более тридцать восьми лет и будет завершен пятого июня две тысячи шестнадцатого года по нашему календарю. Однако они не смогли остановить поток объектов через червоточину. Им удалось лишь создать эффект реверберации, который позволил им отправить закодированное послание.

– Голоса Бреши, – сказала Пэйдж.

Гарнер кивнул.

– А также исходный импульс, оказывающий воздействие на человека, который оказался ближе всего к Бреши в момент ее открытия. Нейротехнология, опережающая нашу на несколько столетий, – очевидно, она не доведена до совершенства, ведь Уард получил повреждения, несовместимые с жизнью.

Трэвис попытался осмыслить новую информацию.

– Туннели заброшены? – спросил он.

Гарнер снова кивнул.

– Древние руины. Тем не менее многие их части продолжают функционировать. В том числе ряд защитных мер. Нечто вроде предохранителей.

– Например? – спросила Пэйдж.

– В послании об этом говорилось вскользь. У меня сложилось впечатление, что потребовался бы учебник, чтобы все объяснить, но основы понятны. Одна из мер безопасности состоит в том, что мы не можем попасть в Брешь с нашей стороны. Туннели обладают защитой от посторонних – вроде нас – на случай, если кто-то попытается проникнуть туда в каком-то случайном месте. Вполне разумная предосторожность. Если вы построили такие туннели, которые пронизывают всю Вселенную, то представители враждебной расы могут ими воспользоваться и внезапно оказаться на вашем заднем дворе.

– Ну и как же можно ими воспользоваться? – поинтересовалась Бетани.

– Для этого необходим тумблер, – ответил Гарнер.

Все выжидающе уставились на него.

– Это лучшая попытка перевода с языка тех, кто построил туннели. Что-то вроде механизма внутри замка. Вот как он работает: чтобы попасть из одной точки туннеля в другую, необходимо получить разрешение. Можно называть данное действие отпиранием. Единственная возможность проделать это для мыслящего существа – одного сознания – подумать одинаково сложные мысли у каждого входа. Теперь вы понимаете, как оно работает? Получается, что хотя бы одно существо должно совершить традиционное путешествие в другой конец – на корабле, – и только после этого кто-то сможет войти в туннель. Таким образом, чтобы его открыть, нужно подумать некую мысль возле него – к примеру, диалог из «Двенадцатой ночи», – после чего промчаться по космическому пространству к другому входу, а там снова вспомнить тот же диалог. Тот же разум, та же мысль – вот что слушает туннель. В противном случае он не откроется.

Трэвису показалось, что он понял идею и почему она использована.

– Получается, что никакая новая цивилизация, появившаяся внезапно, не сумеет быстро освоить туннели? Они смогут расширять границы своего присутствия только с той скоростью, на которую способны их корабли.

Гарнер кивнул:

– А человек, который должен отпереть туннель с двух концов, и есть тумблер. В данном случае это ты. Я уверен, что тебе понятна причина.

Трэвис задумался, посмотрел на противоположное сиденье, потом повернулся к Гарнеру:

– Потому что я уже проделал данное путешествие. Один я уже находится на той стороне, а другой я – на этой.

Еще один кивок.

– Неужели у нас получится? – спросил Трэвис.

– Один и тот же разум, одна и та же мысль.

– И какая же мысль? Они сформулировали ее в своем послании?

Гарнер покачал головой.

– Они сообщат ее тебе лично. После того, как ты окажешься на том конце.

Он смотрел на Трэвиса, ожидая увидеть в его глазах недоумение. Чейз заметил, с каким удивлением уставились на Гарнера Пэйдж и Бетани.

– Но как ты пройдешь через туннель, не открыв его? – продолжал президент. – Еще одна мера предосторожности – для защиты тумблера. Термин переводится как «разведка». Ты должен проделать это один раз, туда и обратно. Вот какова логика: сначала тумблер должен открыть один конец туннеля, затем в течение очень длительного времени путешествовать через пространство, ко второму. Но перед тем, как он его откроет, он может войти в туннель там, всего один раз, чтобы снова хорошенько разглядеть первый конец. Произвести разведку.

Трэвис понял идею; во всяком случае, так ему показалось.

– После того, как потребовалось много времени на пересечение всего этого пространства на корабле, рискованно слепо открывать дальний конец туннеля. А что, если существа, которые остались на первом конце, изменились? Если там ждет нечто опасное?

Гарнер сумел улыбнуться.

– Проклятье, можно открыть туннель и получить в ответ поток магмы. Или морской воды глубиной в милю, находящейся под огромным давлением. Очень многое может произойти за такой значительный промежуток времени, ведь существует вероятность, что потребуется тысяча лет для преодоления пространства, разделяющего концы туннеля. Или даже больше. Очевидно, в данном случае экипаж «Глубокого неба» о таких вещах не тревожится. Насколько мне известно, они лишь хотят поговорить с тобой перед тем, как окончательно открыть туннель. И я понятия не имею, о чем.