Последний реанорец. Том IX - Вел Павлов

Само собой роду Лазаревых сейчас ничего не угрожало, и озабочен в данный момент я действительно был Алиной и будущим ребенком.

‒ Какое всё-таки блаженство, ‒ в довольной улыбке расплылся Костров, сбив меня с нужных мыслей.

‒ Будешь много болтать и мне придется тебе что-нибудь отрезать, ‒ усмехнулся злорадно я, потянувшись к джаду. Но затем мой взгляд упал на окровавленного цесаревича вдали, который пытался вырезать нечто нужное у чудовища Катаклизма. ‒ Шагай к Кертайсу и остальным. И помоги Соловью. Иначе с его венценосным усердием от нашего кочевника ничего не останется.

‒ Так точно, шеф! ‒ мгновенно отрапортовал парень, улыбнувшись еще шире, и рванул в сторону Романова, который с самого начала похода в стигму находился в образе Вадима.

Как бы то ни было, но частично Лёня всё-таки оказался прав. Порой скука меня одолевала, но лишь из-за того, что мы находились в относительно безопасной и уже зачищенной ранее зоне. Однако главным в форпосте оказался Мирослав, а приказы начальства не обсуждались. К тому же все государственные изгои составляли одну обоюдную и связанную цепь, а мы были звеном той самой цепи. Твари сюда накатывали с завидной частотой во время магических выбросов, отчего те становились агрессивными, но проблема была далеко не тварях. Основной проблемой оказался британский форпост и британские изгои. И на их радикальные действия по истреблению русских изгоев Мирослав нашел противодействия. Точнее нужен кто-то с многообещающей репутацией по уничтожению тех самых форпостов. И этим кем-то был я. По крайней мере, такой договор мы заключили с Романовыми. Именно поэтому мой отряд располагался где-то между полисом изгоев правящей династии и малым форпостом Ин-Дар.

Правда, от всех вялотекущих мыслей меня вдруг отвлёк далёкий шорох, а если быть точнее, то в нашу сторону направлялся кто-то достаточно сильный. Даже удивительно, как он смог пройти сквозь заслон британских изгоев.

Сучья кровь! Наконец-то! Бездна, неужели ты тоже заскучала и, сжалившись надо мной, послала кого-то для развлечения?

‒ Кертайс, Лёня, Герман, ‒ повысил я вдруг голос, привлекая всеобщее внимание и с интересом глядя вдаль, где и ощущалось присутствие могущественной твари, а затем подле меня мгновенно сформировались силуэты названых изгоев. ‒ Займитесь круговой обороной и тылом. Мне нужно отлучиться на некоторое время, ‒ скомандовал им я, а после обратил взор на остальное наше пополнение. ‒ Бетал, Кира, привал. Заночуем здесь.

‒ Будет исполнено, зять! ‒ отозвался за всех тотчас альв, пока остальные утвердительно кивнули и рассеялись по округе.

Герман Древесный ‒ архимаг первой степени магии земли и старший витязь. Немногословный русоволосый одарённый лет сорока. Был выходцем из какого-то угасшего западного клана, остатки которого перебрались на территорию Российской Империи более сотни лет назад.

Бетал Каберский ‒ самый молодой из всей троицы. Улыбчивый светловолосый парень лет тридцати. Воитель-духовник. Младший сконатель со вторым спектром. Пробудившийся простолюдин.

И последняя Кира Ветроградова. Зеленоглазая целительница-архимаг третьей степени с длинной гривой черных волос и приятными чертами лица. Официально числится в Плеяде Амурского княжества, как дорогостоящая магиня жизни по срочным запросам дворян. Младший витязь.

Во многих случаях и для разномастных командиров изгоев эти люди были бы просто идеальными кандидатами для вступления в любую группу. Правда, если бы не одно «но». Все они поголовно хунхузы с отменной, а главной чистой репутацией. Как я и рассчитывал, у клана Е были превосходно отобранные кадры. В моём случае это оказалась жизнючка-отравительница, земляк, специализирующийся на засадах и скрытых дел мастер.

Само собой вначале мой выбор пал на Долгорукова, Пожарского, Морозову или того же Орлова, Огинскую и Корецкого, но после пришлось провести работу над допущенными ранее ошибками. Их кандидатуры не годились. Сейчас мне не требовалась охота, как раньше. И посему наш отряд значительно увеличился до необходимой по договору с Мирославом нормы. Да и за этот месяц мы уже трижды тесно сотрудничали с отрядом Долгорукова, когда количество тварей превышало определенные нормы. Правда, у них. Ведь они располагались позади и чуть левее нас, пока наша группа была на острие того самого противостояния с британскими изгоями.

К тому эти трое были первыми, кто сам изъявил желание последовать со мной в стигму после прохождения обучения у Вадима, Леонида и Ванессы. Тем не менее, после смерти Эйгоу тёмный клан ослаб и заметно уменьшился. Многие попросту подались, а точнее сказать сбежали на вольные хлеба. Но после выполнения всех моих планов существование хунхузов более не требовалось. Шумиха уляжется и со временем тёмный клан навсегда исчезнет и останется от него лишь древний клан Е с разнообразными воителями и многообещающими магами для выполнения различных задач и скрытых операций на благо рода Лазаревых. Убивать таких мастеров своего дела оказалось бы расточительством. И это я молчу о том, что они всегда были на связи с Русланой и прочими вольными отрядами хунхузов-изгоев, которых я распорядился разместить в стигме для определенных целей. Если кратко, то при любом нашем возвращении в форпост Романовых, свежие данные о происходящих внутри осколка телодвижениях я получал из первых рук.

‒ Соловей, а ты…

‒ А я с тобой! Твоего сражения я не пропущу, ‒ прогудел возбужденно парень и, оглядев округу, рванул впереди меня, попутно с этим быстро утирая кровь с лица. ‒ Ты кого-то почувствовал, да? Кого-то сильного? ‒ догадался внезапно цесаревич с широкой улыбкой.

Сучья кровь! Еще один фанатик на мою голову. Бездна, ему бы и вправду в изгои податься, а не в императоры.

После слов Ростислава весь отряд моментально оживился и с интересом уставился вначале на Романова, а после и на меня. Лишь Костров и Кертайс резко остановились и с надеждой посмотрели в мои глаза.

‒ Шеф, а можно я…

‒ Зять, можно мне…

‒ Нет! ‒ отрезал холодно я. ‒ Устроили балаган, мать вашу! Еще хоть одно слово и в Царицын отправлю обоих туалеты драить в корпусе! А ты за мной, Соловей, ‒ и махнув согласно тому рукой, неспешно зашагал в нужном направлении. ‒ Не отставай…

* * *

‒ Кого почувствовал? ‒ с нетерпением спросил цесаревич, когда мы покинули пределы огромной разрушенной скульптуры. ‒ Кого-то сильного? Порождения Катаклизма? Изгои?

‒ Это тварь. Причем относительно сильная. Небольшую группу из шести архимагов она бы разорвала весьма легко, ‒ отозвался я, спокойным шагом продолжая свой путь прямо навстречу чудовищу.

И в это же время реанорское чутье начало о чем-то беспокойно сигнализировать.

‒ Настолько сильная тварь? ‒ невольно нахмурился юноша, а взгляд его стал угасать. ‒ Как британцы его пропустили? Ведь их форпост в нескольких часах пути отсюда.