Пыль дорог - Кирилл Шарапов

Константин свистнул, парень остановился, нашел его взглядом и взлетел по ступеням. Получив самую мелкую монету — пол серебряной куны, он положил на столик газету, и тут же еще двое посетителей решили ознакомиться с новостями.

Воронцов быстро пробежал передовицу, нашел заметку про королевство, открыл сразу на третьей странице и чуть не заржал, прочитав в шапке новости из-за границы. Прям повеяло Фарадой из «Тот самый Мюнхгаузен». Улыбнувшись шутке, которую местные не смогли бы оценить, он быстро пробежался взглядом по статье Тьма над Туроном.

Что ж, в короткой заметке из пяти абзацев информации было маловато, получена она посредством радиотелеграммы из соседнего королевства, часть от разведчиков-магов, которые просочились под тьму, часть от беженцев, которым удалось вырваться через порт и на паре леткоров. Армия нежити обрушилась в начале второго дня тьмы, захватив пригород столицы буквально за считанные часы. Ни руны, ни солнце, которое там называлось «Оком богов», ничего не остановило. С нежетью шли черные ведуны невиданной силы. Столица пала к утру следующего дня, династия погибла, король, обращен в проклятого, как и большинство жителей, кого твари не сожрали. Но не стремительное падение Турона пугало читателя, а что теперь над горами висит тьма. В заметке подробностей было мало, до аналитики тут еще не дошли, новость и новость, а учитывая, что это где-то далеко, то и волноваться особо не о чем. Люди предпочитают не видеть и не знать то, что их пугает, таковы жители его старого мира, точно такие же и в новом. Вот только Константин знал, об этом говорил Страж, там, далеко на западе, началась война. Он припомнил карту над столом в княжеском дворце. Туронское королевство было самым маленьким и, не сказать, что сильным, какие-то шахты в горах, морской промысел, кое-какое сельское хозяйство, виноградники. Людей там жило немного, оно не годилось ни для чего, кроме базы, находящееся в кольце гор, всего с парой перевалов, это превращалось в природную крепость.

Закрыв газету, Воронцов, затушил сигариллу и бросил взгляд на улицу, где показался «Империал».

Аукционный дом выглядел крайне представительно, не чета почти заброшенной герольдии.

— Что вам угодно? — вежливо поинтересовался молодой человек, стоящий за конторкой. Затем он заметил перстень с гербом и быстро добавил: — Ваше сиятельство.

— Боярин Воронцов, — представился Константин. — Мне угодно выставить на торги один предмет.

— Одну минуту, — тут же произнес парень в ливрее и вытащил артефакт мыслесглас, как называли его местные, точно такой же, как был у дуболома, охраняющего двери Базыра.

Что он сказал абоненту, бывший детектив, естественно не слышал, но уже через двадцать секунд на лестнице, ведущей на второй этаж, появился представительный мужчина средних лет, с хищным лицом и очень живыми глазами.

— Агапий Прокофьевич, — представился он, — главный распорядитель торгов, оценщик. Рад видеть боярина Воронцова. Уже наслышан о вашем посещении Росского банка. Надеюсь, вы останетесь довольны посещением нашего аукционного дома, самого уважаемого в вольных землях. Прошу вас в мой кабинет.

Константин кивнул и пошел следом за широко шагающим распорядителем.

— Присаживайтесь, — указывая на мягкое и явно дорогое кресло, попросил он. — Хотите что-нибудь выпить? Вина или чего покрепче? Есть замечательная настойка на клюкве. Могу предложить новинку, которое входит в моду, называется кофе.

— Кофе, — согласился Воронцов, — крепкий, без сахара.

Агапий приложил артефакт мыслегласа к виску, отдавая распоряжение, затем посмотрел на Константина.

— Итак, что привело вас в наш аукционный дом?

— Имею желание продать предмет. К нему прилагается история.

— Ооо! — протянул оценщик. — Я смотрю, вы знаете толк в продажах, предмет с историей стоит гораздо дороже, чем просто украшенный камнями перстень.

Воронцов кивнул.

— Верно сударь, — он запустил руку в сумку и извлек кортик, который положил на стол перед Агапием. — Что скажете об этом предмете?

Тот не спешил брать оружие в руки, пока только смотрел.

— Наградной, не артефактный. Судя по оттиску герба, принадлежал кому-то из правящей династии, но явно не князю. Изготовлен в конце прошлого века, до тьмы.

— Верно, — согласился Константин.

В этот момент дверь распахнулась, и приятная молодая женщина в красивом и даже слегка фривольном платье вкатила в комнату столик, на котором стояли две небольшие чашки, сахарница и кувшинчик со сливками или молоком. А бонусом — на тарелочке лежали два небольших эклера.

— Благодарю, Ива, — улыбнулся помощнице Агапий, — пока больше ничего не нужно.

Девушка развернулась, смерив заинтересованным взглядом Воронцова, и удалилась.

— Вот бесстыжая, — прокомментировала ее уход Юлия, — она из платья чуть ли не выпрыгнула.

— Да ты, никак, ревнуешь, — мысленно рассмеялся Константин.

— А вот и нет, просто так себя вести — крайне неприлично, для помощницы такого важного человека.

Но Воронцов уловил, что боярышня смутилась. Если бы мысленно можно было покраснеть, она бы наверняка это сделала.

Распорядитель встал и лично подал Константину чашку с кофе, указав на эклер.

— Еще одно веяние моды — пирожное, внутри масляный крем.

— Не буду отказываться, — улыбнулся бывший детектив и откусил сразу половину, правда, слегка отклонился, чтобы крошки не попали на камзол.

— Вкусно, — прожевав, сообщил он, и отхлебнул кофе. Нет, точно надо закупиться, и попросить Ладу сделать кофемолку. И чаю купить. Ладно, что-то он отвлекся. — Итак, почтенный Агапий, назовите цену этой вещи.

— Сначала история, — напомнил распорядитель.

Константин улыбнулся и принялся за рассказ, как был найден кортик, где конкретно это произошло.

— Говорите, кабинет по пути к тронному залу? А на плане дворца сможете показать?

— А откуда у вас, уважаемый, план дворца? — в свою очередь задал вопрос Константин.

— Достался с оказией, — уклончиво ответил Агапий и взялся за мыслеглас. — Сейчас принесут план, — после коротких переговоров сообщил он. — И, если это тот кабинет, про который я думаю, цена этого клинка существенно возрастет. А пока, ежели не возражаете, я осмотрю ваш трофей.

Константин лениво махнул рукой и взялся за второй эклер.

— Я для этого его сюда и принес.

Агапий кивнул и, выставив на стол лупу на подставке, включил на ней фонарь направленного света и принялся изучать рукоять, потом ножны и только после этого вытащил клинок.

— Великолепная работа, — спустя пять минут произнес он. — Да, действительно наградной кортик, только на них гравировали девиз — «честь, превыше славы». Всего таких было изготовлено двадцать пять штук, им наградили генералов и полковников за Аракскую компанию. В настоящий момент я знаю всего о двух таких. Один находится в роду боярина Аксакова, чьи земли от нас в десяти днях пути на запад, наградили дядю теперешнего боярина. Второй на юге у графа Степнова. Но ваш, если, конечно, подтвердится владелец, гораздо ценнее.