Оборона Дурацкого замка. Том 4 - Макар Ютин

— …Учту, — Он посмотрел на него грустным, слезящимся взглядом, но Саргон остался глух к его невербальной мольбе. Потому что, дай ему волю, и фармацевт пол лагеря распотрошит себе на подарки под Новый Год. Ему-то что, Ксин ведь будет спрашивать с вменяемых, а не социопатов, тем более таких полезных.

— В общем, насчет таблицы совместимости. Ты же наверняка помнишь кучу разных рецептов в голове, верно? — Юншэн кивнул, — Вот. И ингредиенты к ним нужны разные, да? Но некоторые из компонентов могут использоваться в нескольких зельях, правда? Часть из них — основа, а другие нужно добавлять в очень малом количестве и так далее. Пока следишь за мыслью?

Юншэн сосредоточенно кивнул.

— Есть зелья легкие, из двух или вовсе одного компонента, а есть сложные. Плюс, каждое из них изменяется при добавлении Ци. Я предлагаю подойти к твоему делу более фундаментально. Сначала описать все, что ты знаешь про свойство каждого растения и его реакции на другие. А потом сделать таблицу. Смотри…

Саргон нашел палку, после чего принялся с энтузиазмом чертить ей таблицу прямо в грязи у дороги. По Облачной Артерии к господину распорядителю или в сторону госпиталя время от времени шли люди. Некоторые из них с недоумением смотрели на тройку пошатывающихся новобранцев, а также их ходячий бочонок. Некоторые — смеялись. Некоторые — косились или недовольно поджимали губы.

А двое огромных бойцов из другого отряда даже решили подойти и отжать выпивку. Вот только они не взяли в расчет одно маленькое обстоятельство: вошедший в раж Саргон как раз доделывал свое творение, и ему очень не понравилась грязная, обутая в сандалий стопа прямо посередине его сложного рисунка.

Поэтому он как стоял на четвереньках, так в этой позе и вцепился пальцами в голень нахала, после чего без труда опрокинул его на землю. Не обращая внимания на крики второго громилы на заднем фоне, парень тем же самым хватом взял противника за горло, а затем принудительно подал Ци в глаза. Просто, чтобы они выглядели крутыми и светящимися. Почему-то в тот момент ему это казалось важным.

Действие далось ему куда сложнее, чем любая другая практика с Ци в этот день. Пришлось одновременно обволакивать нейтральной энергией спящие каналы, принудительно создавать внутри них эдакий кабель, по которому потекла смесь лунной Ци с его телесной, причем определенного эмоционального окраса.

Внутри головы, а также шеи и в районе ключиц все закололо, будто он отлежал себе участок тела и теперь к тому возвращалась чувствительность. А хрипящий под пальцами ублюдок вдруг вылупился на лицо своего противника, после чего быстро потерял волю к победе и противно заскулил от ужаса.

— Либо вы уби, эм, убираетесь отсюда, — То и дело сбиваясь и пошатываясь произнес Саргон, — Либо я выдергиваю тебе, тебе… Эм, кадык, вот! — И он легонько потянул за кожу на шее.

После этого парочка словно испарилась, а попаданец быстро восстановил участок рисунка. А затем начал объяснять осоловело моргающим Камею и Юншэну, что конкретно имел в виду. Нападавших он выбросил из головы быстрее, чем они скрылись с горизонта.

Сама таблица состояла из двух рядов, как ось координат: ось икс по вертикали и игрек — по горизонтали. Только вместо чисел — схематичные изображения трав. А на том месте, где они пересекались — попаданец нарисовал небольшие квадратики.

— Видишь? Вот, например, зрелолист, — Он ткнул пальцем в первую же пиктограмму на "оси Х", — Он может пересекаться со всеми этими травами по верхнему ряду. На каждое пересечение я начертил по ячейке. Туда нужно вписать, как они реагируют друг с другом. Потом это все нужно будет усложнить, добавить Ци, температуру… Ну ты понял, — Неопределенно помахал рукой Саргон.

— Ты не. Можешь. Быть. Чело. Веком. Ты. Сын. Пра. Мате. Ри! — Благоговения в голосе, позе и глазах Юншэна хватило бы на всю Папскую Область. Попаданец только криво улыбнулся и списал его впечатлительность на алкоголь. Однако фармацевт все не утихал и продолжал петь своему другу дифирамбы. Даже Камей чесал головой и признавал, что это — высший класс. Вроде понятно и легко, но чтобы до такого додуматься, нужно быть мудрым старым пердуном, а его товарищ — пердун вполне себе молодой, даже слишком. До такой степени, что хочется глаза протереть.

— Или залить, — Закончил свой монолог довольный Камей, произнес очередной невнятный тост типа: "чтоб руки не дрожали и шоб работа спорилась", после чего осклабился и предложил идею:

— А пошли, баб найдем!

— Компо. Ненты. На. Зелье, — не согласился Юншэн с его предложением.

— Для тебя это одно и тоже, — Отмахнулся здоровяк.

— Тогда. Ладно.

Следующий час или полтора Саргон помнил смутно. Кажется, им хватило ума не идти в людную часть лагеря новичков. Поэтому они двинулись к перелеску, где обычно пытались поймать себе обед или занимались сбором трав. Кто — лекарственных, а кто — съедобных. Камей почему-то вбил себе в голову, что именно в лесу его ждет знойная красотка с зеленой кожей и огромной грудью. Заглядывал под каждый куст, но набрел только на здоровенную кучу другого новобранца.

Юншэн же занимался систематизацией. За неимением свитков и письменных принадлежностей, он снял с себя халат и принялся зарисовывать растения на его внутренней стороне с помощью маркого сока какого-то чахлого растения. Там же пытался давать пояснения, однако Саргон ни черта не понял в его мелких рисунках к пиктограмме каждого ингредиента.

Фармацевт оказался еще и талантливым художником. Правда, каким-то избыточным. Собственного халата ему едва хватило на растения, а он собрался заполнять будущую таблицу и животными ингредиентами. Поэтому снял с себя сначала пояс, а затем и штаны. Так они и бродили по перелеску: Камей бегал между мелких, чахлых деревьев и то и дело орал: "опять куча!", Юншэн шел в одних сандалиях с перекинутым через плечо халатом и строчил заостренной палкой по грязным штанам. Свой срам он и не думал как-то прикрывать, захваченный идеей полной систематизации собственных знаний.

Сам Саргон тоже нашел себе занятие. Он вовсю пытался подобрать ключик к ходячей бочке рядом с ним. Точнее — вовсю практиковал у нее условный рефлекс и обращался скорее как с необученной собакой. Задавал разные вопросы, а затем кидал ей ягоду, если она хотя бы пыталась ответить неформально. Вскоре, ему пришла в голову светлая идея разнообразить вкус довольно горьких ягод. Ничтоже сумняшеся, он кинул их в бочонок с варевом, после чего вылавливал и скармливал ей по одной.

Очень скоро бочонок затрясся, а сама Айра помягчела лицом, оттаяла и даже осмелилась задать ему вопрос:

— Господин, вы такой умный… Скажите, а почему небо голубое?

— Чтобы голубые на земле не возникали, — Моментально отозвался он.

Таким Макаром они обогнули перелесок и вышли к тому же самому месту, где попаданец чертил свою таблицу.

— Господин, а почему трава зеленая?

— Потому что внутри у них есть такая штука, с помощью которой они могут получать энергию из света. Прямо как практики, ага, — Пьяно захмыкал Саргон, — Вот они-то и вызывают зеленый…