Фрагменты - Дэнни Уоллес

– Кажется, это действительно работает на твою гипотезу, – признал Сэмм.

– Да, – согласилась Кира. – Мы знаем, что Совет встроил РМ в геном партиалов, и, судя по письму Фримена, руководство было в курсе этой части проекта. Но еще мы знаем, что Совет встроил и лекарство от вируса, правда, втайне. Оно ни разу не упоминается в переписке Совета с начальством. А из этого письма исполнительного директора следует: начальство знало, что Совет пытался саботировать разработку Предохранителя, но не знало, как именно. Этот «саботаж» – наверняка лекарство. Оно упоминается членами Совета всего пару раз и под защитой сложнейшего шифра. Если бы Афа не взломал его, мы бы ни в жизнь их не прочитали.

Афа оживился:

– Они использовали программу-обходчик Паоло-Скалини шестого уровня с диахроническим…

– Да нам побоку, – перебила его Герои. – Главное, они шифровались, что довольно странно. Ребята не хотели, чтобы начальство узнало про их Предохранитель к заказанному большому страшному Супер-пупер-предохранителю.

– И это вроде как подтверждает предположение, что первый Предохранитель разрабатывался целенаправленно против людей, – повторил Сэмм. – В случае мутации заранее сделанное лекарство не могло бы справиться с вирусом.

– Точно! – Кира согласно кивнула. – Фрагменты головоломки слишком хорошо подходят друг к другу, чтобы это оказалось совпадением.

– А что со сроком действия? – спросила Герои. – Это ж вроде вторая причина, почему мы сюда пришли, нет? Там говорится, как его отключить?

– Еще один вопрос, который, как кажется, решался в тайне, – рассказала Кира. – Зашифрованные письма и все дела. Часть членов Совета знала о нем, другие, как Морган, по-видимому, нет. Не потратив несколько недель на чтение переписки членов Совета, я не могу сказать, почему.

– Наверное, кто-то из них был против, – предположил Сэмм. – Ты говоришь, по поводу Предохранителя велись споры, так? Значит, как я понимаю, нашлись люди, которым идея пришлась не по душе.

Кира кивнула:

– Нашлись. Мой отец, например, считал «вопиюще бесчестным» создание новых жизненных форм со встроенной «кнопкой смерти». – Девушка не могла сдержать улыбки при мысли об отце, сопротивлявшемся тому, что она ненавидела всей душой. Даже зная, что биологически они никак не связаны, а возможно, именно поэтому, такие – духовные – связи Кира считала особенно ценными.

Афа, беспрерывно кивая, как страдающий тремором, и чертя что-то пальцем на полу, подал голос:

– Итак, Совет разработал план, о котором не сообщил «ПараДжену», но и между самими членами не было согласия. Или же у каждого были свои собственные планы, которыми они не делились друг с другом. Или и то, и другое, или же нечто промежуточное.

– Согласна, – кивнула Кира. – План был – по крайней мере, один.

– Но что со сроком действия? – снова спросила Герои. – Ты сказала, про него что-то есть. Что?

– Только теоретизирование и проекты, – Кира повернула экран. – Можешь сама прочитать, если хочешь. Долгие дискуссии о необходимости ограничения времени жизни партиалов: и каким должен быть срок хранения, и как все должно работать, и кто будет этим заниматься. И так бесконечно. Но никаких тебе формул, никакой генетики, никаких медицинских подробностей – ничего такого.

– Как и с вирусом, – пробормотал Сэмм. – Я думал, в этом инфоцентре хранятся все парадженовские данные?

– Я тоже так думал, – произнес Афа, не переставая калякать пальцем по полу.

– А где же остальные? – спросила Кира. – На другом сервере? Не уверена, что мы сможем снова запустить генератор.

– Я просмотрел весь каталог файлов, – покачал головой Афа. – Все парадженовское только на этой машине.

– Но это же явно не все! – воскликнула Герои. – ГДе же остальное?

– Не знаю, – признался гигант.

– Может, надо просмотреть этот каталог еще раз? – предложил Сэмм, но Кира замотала головой.

– Очевидно, они не хотели сгружать самые важные части своего плана в «облако», как называет его Афа. Остальные файлы именно там, где мы думали, – она со свистом втянула воздух, страшась продолжения: – и мы идем туда.

Герон вскинула голову:

– Ты не о Денвере.

– Разумеется, о Денвере.

– В Денвер мы не пойдем, – отрезала Герон. – Мы поставили на эту карту, но она не выиграла. Пришло время обратиться к здравому смыслу, развернуться и пойти домой.

– Дома нас ничто не ждет, – возразила Кира.

– Там нас ждет жизнь! – повысила голос Герон. – Ждет спасение, ждут разумные поступки. Мы уже говорили об этом…

– И решили идти в Денвер, – напомнила Кира. – Именно таким был наш план с самого начала. Потом мы подумали, будто сможем получить все, что нужно, здесь, но не смогли – попробовали, и не получилось. Что же, пойдем дальше.

– У меня сломана нога, – пожаловался Афа.

– Знаю.

– Пуля попала в бедренную кость.

– Знаю, – повторила Кира, – и мне жаль. Что еще я могу сделать? Просто развернуться и сдаться, потому что одна рискованная карта оказалась бита?

– Это Денвер – рискованная карта. Почти без шансов на выигрыш, – возразила Герон. – Чикаго был единственной разумной частью плана.

– Мы пришли сюда, чтобы найти Совет, – упиралась Кира. – Найти «ПараДжен», найти их планы, их формулы – все, что позволило бы вылечить обе болезни.

– Мы можем вылечить их, вернувшись.

– Нет, не можем! Только оттянуть развязку, походить вокруг да около. Допустим, доктору Морган повезет со мной, и она сумеет что-то сделать со сроком действия. Но FM-то останется, и дети будут умирать, и мы по-прежнему ничего не сможем с этим поделать.

Голос Герон был холоден как лед:

– Если не можешь спасти тех и других, пусть сдохнут все?

– Я могу спасти и тех, и других, – горячилась Кира. – Мы можем спасти обе стороны, если пойдем в Денвер и отыщем файлы.

Герон покачала головой:

– А если они не там?

– Они там.

– Тогда куда? Дальше до побережья? Через океан?

– Они там, – повторила Кира.

– Но что, если нет?

– Тогда мы пойдем дальше! – закричала Кира. – Потому что где-то там они есть, я знаю.

– Да ничего ты не знаешь! Твоя отчаявшаяся и запутавшаяся душа только хочет в это верить.

– Это единственное объяснение, согласующееся со всем, что мы пока обнаружили. Я не сдамся и не поверну назад.

Воцарилась тишина. Кира с Герон обжигали друг друга пылающими взглядами, разъяренные, словно львицы.

– Я не хочу отправляться в ад, – подал голос Афа.

– Ты что, угробить нас хочешь? – уже тише сказала Герон.