Близкие звезды - Людмила Макарова

– Спасибо.

Врач нехотя протянул руку в ответ.

– Не за что. До свиданья.

– Он усами похож на Айболита, – еле слышно сказала Кэтрин, когда хлопнула входная дверь.

– Ага, – подтвердил Рэд. – А характером – на гоблина. В рубашке и джинсах я совсем не внушаю людям доверия, – задумчиво добавил он. – Собирайся, Кэтрин.

– Куда?

– Еще недавно тебе было все равно.

Девушка потерла красные от слез глаза, послушно выскользнула из-под пледа и, слегка пошатываясь, вышла в другую комнату. Рэд порылся в Кирином домашнем справочнике. Большинство перечисленных людей Гардон не знал даже по рассказам. Он уже начал склоняться к мысли забрать дочку Изметинской с собой и сдать по утру Стивенсу, как специалисту по реабилитации, и тут наткнулся на домашний номер доктора Кейси. Рэд нажал вызов.

– Добрый день, профессор. Извините, что побеспокоил.

– О! Рэджинальд! Здравствуй-здравствуй, творенье рук моих. Наслышан о твоих подвигах. Какими судьбами?

– Доктор, мне надо с вами срочно увидеться. Речь пойдет не обо мне и не о травматологии, но…

– Что ж, адрес на дисплее. Приезжай, посидим за бутылочкой коньяка, составишь компанию. Семья уже спать собирается…

– Спасибо.

Рэд помог Кэтрин спуститься к машине, откинул сиденье и включил обогреватели на полную мощность. Девочка всю дорогу вздрагивала в полусне. В конце концов она крепко уснула. Рэд на руках отнес ее в дом, оставив на попечение профессорской жены, украдкой смахнувшей слезу с уголка глаза.

– Ну и новости у тебя, – вздохнул Кейси, узнав от Гардона подробности уходящей ночи. – Оставляй ее здесь, Рэд. Я что-нибудь придумаю. Неведомые психологи суицидального центра не вызывают у меня большого доверия. Ты куда? Садись. Выпьем по рюмочке. Все уже в порядке. Как ты догадался?

– Никак… – пожал плечами Рэд. – Просто совпадение.

– Знаешь, капитан, я не верю в совпадения, – вдруг сказал профессор Кейси. – И Изметинская действительно вытащила тебя тогда с того света, вопреки прогнозам. Но если я буду постоянно думать о том, что был знаком с Кирой двадцать лет, что мог бы дежурить в тот день в соседнем отделении или просто заехать посмотреть тяжелых больных, что мог заняться анализом реализации наркотических веществ на досуге, я оперировать не смогу. И около сотни мо-лодцев, вроде тебя, никогда не встанут на ноги. Понимаешь, к чему я?

Рэд молча кивнул.

– То, что случилось с Изметинской, случилось не по нашей с тобой вине. Так что давай выпьем, помянем ее и оставим в покое. Кэтти я помогу, а ты съезди в столицу, раз уж оказался на Аналоге-2, посмотри. Там такого понастроили… Девочке сейчас с тобой общаться ни к чему. Не каждому выпадает счастье в семнадцать лет быть дважды спасенным капитаном АСП. Или несчастье – называй, как хочешь. А ей еще с ровесниками предстоит гулять звездными ночами и влюбляться без памяти…

Гардон, конечно, не позвонил, хоть и обещал. На ближайший уикэнд Валерия пригласила Клэр к своим знакомым с таможенной развязки, где на журналистку откровенно запал замначальника службы. А после выходных на Клэр свалилось столько работы, что разбираться в собственных эмоциях стало просто некогда.

В понедельник произошла крупная авария в альфа-радиусе, прямо под носом орбитального космопорта. Служба безопасности двое суток тянула с официальным заявлением, испытывая терпение общественности и журналистов. Дело кончилось тем, что цензура зарубила все, кроме фразы: «Обстоятельства случившегося выясняются», а служба движения ограничилась словами: «Не разглашается в интересах следствия».

После этого Валерия сжалилась. Вместо обещанной командировки на дрейфующую обсерваторию она отправила Клэр на конференцию «Телепатическое влияние открытого космоса. Мифы и реальность», проходящую в Звездном зале Психологического университета. Радоваться особенно было нечему, поскольку шеф убедительно попросил не писать подробностей обо все этой галиматье, а сделать только краткий обзор, дабы избежать конфронтации с остальным научным миром. Понятно, что, прежде чем сделать обзор, надо было хоть немного разобраться в предмете. В пятницу, около пяти вечера, когда Клэр ощутила на себе значение слов «запредельное торможение», заседание круглого стола наконец закончилось. Она вылетела из здания, сорвав свое раздражение на операторе: почему он снимал ее с нижнего ракурса?!

– Мисс Адаме, – окликнул ее портье, скользнув взглядом по экипировке, украшенной крупным логотипом «Галактики», – вас спрашивали. Вот номер парковки и машины.

Клэр взяла карточку. Кивнув ребятам из съемочной группы и твердо решив (назло Валерии) устроить сцену навязчивому таможеннику, она быстро пошла к стоянке.

Рэд стоял, облокотившись о капот своего «хайвэя».

– Привет.

– Привет! – плохое настроение мгновенно улетучилось, но Клэр все равно надула губы, заставив себя идти медленно. – Во-первых, ты не позвонил, капитан. Во-вторых, я еще на работе. А в третьих, какая сволочь на нашей студии выложила мое местонахождение первому встречному?

– Я прикинулся рекламодателем. – Рэд надел темные очки, которые держал в руках, и брелоком открыл двери машины. – Рабочий день уже заканчивается, а позвонить я не смог по уважительной причине, но мне бы не хотелось о ней распространяться.

– Еще один тест-драйв? Думаешь, я теперь сяду к тебе в машину? – Клэр уже улыбалась, не выдержав тон праведной обиды.

– Выбора нет. Твоя съемочная группа здесь с трех часов, ты устала и хочешь есть, а у меня как раз возникло желание пройтись по столичным кабакам с красивой женщиной. Садись смело. Я две недели учил правила дорожного движения.

– Вот это самомнение. Ты даже не спросил меня о моих планах! – Клэр уселась на сиденье рядом с водительским. – Кстати, мы здесь с двенадцати.

– Тем более. Так каковы твои планы?

– Рэд, мне и правда надо заскочить на работу, глянуть материал и кое-что разметить, а то монтажеры испортят. А потом я совершенно свободна до вечернего воскресного выпуска. Зайдем вместе, а? С нашего этажа народ уже разбежался.

– Что я там делать буду?

– Я тебе студийный архив открою.

Рэджинальд согласился. Клэр убежала в монтажную, оставив его в аппаратной с инструкцией пользователя поисковой системой. Рэд порылся в файлах со старыми записями, не зная, что выбрать. И тут его взгляд упал на заголовок: «Исходные материалы отдела новостей космоплавания». Рэд ввел дату.

– Тема репортажа?

– Теракт на пассажирском лайнере «Радуга».

На экране ожили события двадцатилетней давности, круто изменившие его жизнь. Крупный план – погибший звездолет. Пассажирский отсек. Горстка тех, кто остался в живых, крики, слезы. Кадры внутри, которые не попали в эфир, страшные кадры… Камера, опущенная в пол, вздрагивает и покачивается. Взволнованные голоса и непрекращающийся женский плач за кадром.