Будущее 2 - Алекс Каменев

Все это глобальный план. Уверен, ученых, участвовавших в разработке проекта перебили вовсе не страшные специальные агенты из секретных правительственных агентств, а свои же, чтобы замести следы, и чтобы никто не смог остановить заранее разработанный сценарий.

Мы присутствовали при историческом моменте, мы сидели в передних рядах на шоу, которое вскоре сотрясет всю планету.

— В борьбе рождается совершенство, — словно поняв, о чем я думаю, медленно произнесла цифровая личность. — Мы мечтали о светлом будущем, но его не оказалось. Только смерть, боль и разруха. Тогда мы придумали другой путь.

— Вы затеяли новую войну, — жестко возразил я. — Отсев, чтобы избавиться от всех неугодных.

— Величие — сильным, забвение — слабым, — парировала она.

Шуша шумно выдохнул, Анастасия и Лерка скривились, только Хейко со своими сопровождающими болванчиками осталась бесстрастной.

— Слышь, железяка, нас это не волнует. Плевать мы хотели на ваши замыслы, — слегка грубовато откликнулся Шуша.

Женщина на стеклянной стене кивнула.

— Знаю. Ведь именно такими мы вас создавали. Сильными, жесткими, умными. Идеальное сочетания для выживания.

— Не сказал бы что мы особо умные, — невесело пошутил я.

— Но это именно так. Интеллектуальные способности каждого из вас в данном возрасте превосходят сверстников из числа обычных людей, — заметила проекция.

— Видимо, как и в плане индекса агрессивности, — тихо промолвила Анастасия, покосившись в мою сторону.

Как будто я один тут такой агрессивный. Вон слева стоит с винтовкой наизготовку отморозок еще почище меня.

— Вы умнее, сильнее и безжалостнее обычных людей. Такими вас создали.

— Создали где? В лабораториях, в пробирках? Как клонов? — Шуша недовольно скривился.

Но вместо цифрового проводника первой успела ответить Лерка.

— Какие еще пробирки и клоны, дурак, — раздраженно буркнула она. — У тебя, что родителей не было?

Логично, рождали нас обычным способом. Так сказать, естественным образом, но с сверхъестественными способностями.

Но все это ерунда. Куда большее беспокойство вызывали первые слова цифровой матрицы насчет конкуренции с обычными людьми. Это прямо указывало на перспективу войны между такими как мы и простым человечеством. Что совершенно не радовало.

— И что дальше?

— Вы узнали правду, теперь вы сможете подготовиться.

— Да ни хрена мы не узнали, ты отделываешься общими фразами, — раздражение вырвалось наружу. — Если ты жестянка думаешь, что мы начнем воевать ради вас, то ты глупо ошибаешься.

— Вы будете воевать не ради нас, а ради себя. Ради своего выживания. Выживания своего вида. Вас пока мало, но ваши способности усилятся. И это будет происходить каждый раз, как только вы будете оказываться на краю гибели. Такова плата за очередную ступень развития, — она помолчала и в полной тишине произнесла. — Маховик раскручен, в мире уже несколько миллионов детей с измененным набором генома. Каждый носитель преобразованного генетического кода будет прогрессировать, становится сильнее. Медленно или быстро, неважно, процесс не остановить.

А значит конфликте неизбежен — мысленно закончил я. Потому что люди никогда не смирятся с тем, что рядом с ними будет находится кто-то, способный простой силой мысли творить настоящие чудеса.

— Нам пи…з, — мрачно подытожил я, мгновенно увидев ближайшее будущее.

Власти в любой стране будут действовать в алгоритме стандартного поведения. Сначала попытка взять под контроль, использовать в своих целях, потом последует понимание серьезности проблемы и попытка уничтожения источника. Это спровоцирует ответную реакцию со стороны странных детей. Чем все закончится гадать не нужно — нас тупо задавят числом.

Нас слишком мало для полноценной войны. Странных просто истребят, не оставив шанса.

О чем я и сказал вслух, однако чертова программа возразила:

— Каждый день появляются новые дети, вы всего лишь первое поколение. Способности не проявляются сразу, определить их невозможно при помощи физических способов. Мы хорошо замаскировали вмешательство в геном, — опять включилась часть какой-то личности.

Ощущение, словно разговариваешь сразу с несколькими людьми, использующих цифровую модель женщины в качестве рупора.

Набор заданных алгоритмов. Интересно, насколько она свободна в плане принятия независимых решений. Наверное, не слишком, иначе не отвечала бы так послушно на заданные вопросы.

— Думаю пора валить отсюда, — сказал я.

Анастасия ожидаемо возмутилась.

— Что? Но мы почти ничего не узнали!

Я возразил:

— Главное мы узнали, какие-то умники изобрели новый вид потому что посчитали, что homosapiens изжил себя и его пора заменить. Дебильная идея, как по мне, но похоже от нее уже никуда не деться.

— И что? Мы можем узнать больше. Надо лишь…

— Надо взорвать тут все к чертям и свалить, пока сюда не набежали всякие уроды из всяких сверхсекретных правительственных агентств, — резко бросил я. — Забыла аэропорт? Думаешь все это дерьмо долго останется тайной? — я выразительным жестом обвел мигающие огоньками ряды шкафов с информационными накопителями. — Рано или поздно до этого дата-центра доберутся. Кто может гарантировать, что в глубинах его информационного массива не скрывается сведения, как создать вирус, убивающий только странных или еще какое-нибудь другое похожее дерьмо?

Анастасия молчала. Лерка тоже. Шуша и вовсе с прищуром пялился на шеренги черных стеллажей, заполненных компьютерным оборудованием, словно прикидывая, как бы тут все сжечь.

И лишь Хейко с боевиками якудзы сохраняла ледяное спокойствие. За все время нахождения здесь она не произнесла ни слова. Это кстати, стало напрягать.

— А ты что думаешь? — я повернулся к японке.

Она помедлила, рассматривая изображение молодой женщины в деловом костюме на стеклянной панели, и не глядя на меня произнесла:

— Я согласна с тобой, здесь надо все уничтожить. Это несет смерть всем нам.

Шуша довольно крякнул, я удовлетворенно кивнул, Анастасия пыталась еще что-то сказать, но даже Лерка ее больше не слушала.

Мы не хотели воевать. Мы не хотели больше ничего знать. Реакция может и не самая умная, из разряда — спрятался под одеялом и тебя больше не видят, но влезать в это все еще глубже категорически не хотелось.

Наверное, мы просто пытались укрыться за незнанием, надеясь, что тогда пронесет. Наивные, программа сказала правду: процесс уже не остановить, маховик запущен и с каждым месяцем, каждой неделей, раскручивается лишь сильнее, просто это пока не слишком заметно.

— А как же будущее, которое хотел увидеть твой отец? — ядовито спросила Анастасия, обращаясь к японке. Было видно, что сестра Лерки бесится из-за того, что большинство так легко отказалось от идеи, исследовать здесь все. Она так долго готовилась, искала пути, нашла нас, давших доступ внутрь, и уже на финише остальные участники забега вдруг резко остановились и пошли шагом назад.