Серебряная кровь - Рейчел Хартман

– Что еще говорила Джаннула? – спросила я, аккуратно привстав.

– Только хорошее о фас, фсегда! – воскликнул он и восторженно всплеснул своими полными руками. – Фы ее люпимица. Фам так повесло.

Я была ее любимицей. К горлу подступила тошнота.

– Сколько вы уже ее знаете?

– Четыре года, – ответил он и застенчиво опустил взгляд, как будто я спросила, как давно он ее любит. Возможно, он и правда ее любил. – Но мы фстретились… встретились – так прафильнее? – Я кивнула, и он продолжил: – Я с ней встретились только два месяца насат. Прешде… Нет, надо сказать «прежде». Прежде я говорил с ней только в голове. Фы понимаете.

– Понимаю, – сказала я, производя мысленные подсчеты. Получается, она нашла его вскоре после того, как я заперла ее аватар в Ви-Коттедже, закрыв ей доступ к своему сознанию. Недолго же она оставалась в одиночестве. – Как она нашла вас четыре года назад?

Ингар взгромоздился на койку над комодом и, просияв, ответил:

– Она видит меня так же, как и остальных: с помощью глаза Небес, благодаря швятым.

Это заявление несло в себе не слишком-то много информации. Я попробовала задать вопрос иначе.

– Но что она сделала, когда святые помогли ей вас отыскать? Просто однажды появилась в вашей голове?

Он моргнул.

– Я ушлышал ее голос. Она сказала: «Друг мой, ты не один. Посволь мне войти. Я такая ше, как ты. Нам обоим дано благословение». – Он поцеловал костяшки пальцев и поднял руку к Небесам.

Значит, он услышал ее голос и решил ответить. Мог ли он просто не обратить на него внимания? Ответь он что-то вроде: «Нет, не позволю», – хватило бы этого Джаннуле, чтобы проникнуть в его сознание? По ее словам, можно было сделать вывод, что даме Окре довольно долго удавалось от нее защищаться.

Я решила задать другой вопрос.

– Она говорила, что о моем путешествии ей сообщил наш общий друг. Кто бы это мог быть?

– Еще один полудракон? Она протянула свои бошественные руки к сознаниям шести из нас.

Я лихорадочно посчитала всех жертв Джаннулы. Что-то не сходилось.

– Кто именно связан с ней?

Он начал перечислять, загибая пальцы.

– Абдо, я – разумеется, – эээ… Джианни, Окра, Од Фредрика и мой шоотечештвенник Ларс.

Я прижала ладонь ко рту. Внезапно каюта стала слишком тесной. Мне было нечем дышать.

– Простите, – прошептала я и, протиснувшись мимо колен Ингара, бросилась к двери.

– Корабль слишком качается, – весело произнес он, сопровождая свои слова соответствующим жестом. – Я понимаю.

Но он не понимал. Я захлопнула дверь перед его носом.

Я должна была задать Абдо вопрос. Меня не волновало даже то, что Джаннула могла узнать об этом.

– Она была у Ларса в голове до того, как мы покинули Горедд?

«Нет, – уверенно произнес Абдо. – Пока мы не встретили Джианни Патто, я ни разу не видел ее крючки в чужом сознании. Но мы расстались с Ларсом три месяца назад».

Мы стояли у самого носа корабля, стуча зубами на соленом ветру. Вокруг нас сновали матросы, занятые своими делами: куда-то залезали, что-то связывали, драили палубу, распускали паруса. Мы старались не болтаться у них под ногами.

– Если верить Ингару, она еще не вселилась в Бланш и Недуара, – сказала я, пытаясь хоть чем-нибудь себя обнадежить. Абдо перегнулся через ограждение, и ему в лицо тут же ударили брызги. Он всем видом показал, что так и было задумано, а потом сухо произнес:

«Еще вселится».

Я украдкой взглянула на него, не поворачивая головы, и увидела на его лице выражение мрачной обреченности и отчаяния. У меня оборвалось сердце. Я положила руку ему на плечо.

– Как только мы выйдем на берег Порфири, найдем этого Паулоса Пэнде, и он отцепит ее от твоего сознания.

Абдо отстранился от меня и ничего не сказал.

Наш разговор о Ларсе подал мне идею. В своем сознании я могла разговаривать с итьясаари, которых встречала лично; для этого было достаточно вызвать видение.

– Ларс может рассказать королеве о том, что на трон Самсама взошел Джозеф. Нужно только связаться с ним раньше, чем Джаннула догадается, что я могу это сделать.

«Откуда ты знаешь, что во время вашего разговора Джаннулы не будет в голове у Ларса? – спросил Абдо и спрыгнул с ограждения на палубу, следуя за мной к лестнице. – Или что она не подслушивает нас прямо сейчас с помощью моих ушей? Ей очень легко сделать так, чтобы Ларс ни о чем не сообщил королеве».

– Я и не знаю, – произнесла я, спускаясь по узким ступеням. – Но я должна попробовать. Меня больше беспокоит Ингар. Если он заметит, что я говорю с Ларсом, тут же передаст об этом Джаннуле. Мне нужно, чтобы ты его отвлек.

Ингар по-прежнему лежал на своей койке и читал книгу размером со свою ладонь. Рядом с ним стояла открытая сумка, и, судя по тому, что я могла разглядеть, она была целиком набита книгами. Я задумалась, сколько всего книг он взял с собой и не могли ли они оказаться… чем? Способом манипуляции? Ценностью, которой его можно подкупить?

Абдо, стоящий напротив колен Ингара, очаровательно округлил глаза и улыбнулся. Видимо, он что-то мысленно сказал Ингару, потому что тот приподнял свою похожую на репу голову и ответил по-порфирийски:

– Какую рыбу? Я бы очень хотел взглянуть!

«Он говорит по-порфирийски лучше тебя», – сказал Абдо и выскользнул за дверь, уводя за собой пожилого поклонника чтения.

Я опустилась на колючее одеяло и попыталась сосредоточиться. Постоянное покачивание мешало мне, но в конце концов я смогла успокоиться и найти свой сад гротесков. После неумышленных экспериментов последних дней я больше не хотела его запускать и следила за ним так тщательно, как только могла, хотя ничего плохого вроде бы не случилось. Возможно, обитатели моего сада не так уж нуждались в моем присмотре, но это успокаивало.

Однако мать, проводящая с ребенком каждый день, не видит, как он растет. Так и я, постоянно заглядывая в сад, не замечала, что он постепенно меняется. Решив отправиться на поиски Громогласа, я тут же оказалась на краю его ущелья. Сегодня оно оказалось в опасной близости от выхода: между воротами и пропастью едва хватало места, чтобы стоять. Я резко наклонилась и, избежав падения в ущелье, приземлилась на спину. Лежа в грязи, я увидела на другой стороне Громогласа. Я помахала ему, ожидая, что он сейчас построит свой странный мост и подойдет ко мне.

Он не стал этого делать, а просто перескочил через ущелье. Я бы никогда не рискнула прыгнуть на такое расстояние. Громоглас тоже едва не упал – его черные сапоги приземлились на самом краю. Ему пришлось схватиться за кусты, чтобы не свалиться вниз, и это был тревожный знак. Но все-таки меня больше волновало то, что он в принципе решил прыгать через ущелье.