Кремль 2222. Кенигсберг - Владислав Выставной

Но было заметно, что зерна лести брошены в благодатную почву. Следовало ее разрабатывать и дальше.

– Вы человек опытный и должны понять меня. Я пришел с просьбой…

– Чего? – Пахан недоуменно скривился.

– Но и мне есть что предложить.

– И что же ты можешь предложить?

– А почему вы не спросите, что нужно мне?

На секунду Пахан несколько оторопел от такой наглости. Затем расплылся в довольной улыбке:

– А ты дерзкий, я посмотрю. Уважаю. Другой вопрос – если ли что-то за твоей дерзостью, кроме пустой болтовни? Если ты просто пытаешься оттянуть время – я с тебя шкуру спущу. И это не в переносном смысле. Понимаешь меня?

– Чего ж непонятного? – кривая улыбка застыла на лице семинариста. Перед глазами всплыли кошмарные картины с корабля Кэпа.

– Так что у тебя есть такого, что может заинтересовать банду Семи Ворот?

Пахан самодовольно переглянулся с подельниками. Он попросту развлекался – в его убогом мирке не так много поводов развлечься, и пока он не потерял интерес, пленник имеет шанс сохранить жизнь.

– У меня есть то, что хотел, но так и не заполучил Балабол, – раздельно сказал Книжник.

Пахан чуть склонил массивную голову, переваривая сказанное.

– Ты хочешь предложить мне груз Кэпа?

Книжник не сразу осознал – то, о чем говорили и он, и Пахан – суть одно и то же.

– Да.

– Любопытно… – Пахан поерзал на месте, мельком поглядел на подельников. – А какой в этом прок, если я и без того помогаю Балаболу получить эту хреновину?

– Так-то ее Балабол получит. Какая в том тебе польза? А если окажется, что Балабол с носом остался, а вещица у тебя – ты уже можешь напрямую предложить ее Кэпу…

Он запнулся, едва не сказав – «Алхимику». Не хватало только вывалить на стол все карты. Пахан вряд ли знает конечного заказчика. И ни к чему его посвящать.

– Интересное предложение, – протянул Пахан. – Допустим. И где же груз?

Книжник улыбнулся:

– Не торопись. Я скажу. Но сначала – мое условие. Не переживай – совсем небольшое.

Последняя оговорка была не лишней: Пахана снова перекосило от наглости пленника.

– Чего ты хочешь? – хмуро спросил он.

– Чтобы ты отпустил Пророчицу.

Пахан ответил не сразу. Взгляд его стал колким, улыбка сползла с лица. Книжник ощутил спиной неприятный холодок.

– А она говорила, что за ней придут, – произнес Пахан. – Правда, я не особо верил. И уж точно не думал, что это будет какой-то дохляк-оборванец.

– Выходит, ее пророчества иногда сбываются? – Книжник попытался улыбнуться.

Пахан проигнорировал эту жалкую попытку смягчить ситуацию. Он разглядывал пленника и оценивал ситуацию. Книжник попытался подтолкнуть его к «правильному» решению:

– Зачем она вам? Если вы разорите Логово, ее будет просто некому выкупить.

– А вдруг я захочу ее оставить себе? Как забавную игрушку. Кому не интересно иметь при себе того, кто способен предсказывать будущее?

– А ты правда хочешь знать свое будущее? – Книжник скептически улыбнулся.

И напрасно. Лицо пахана вдруг налилось краской. Он с ненавистью вытаращился на Книжника, как будто хотел прожечь его взглядом. До семинариста дошло: Пророчица уже раскрыла Пахану его будущее! И, похоже, это будущее совсем ему не понравилось!

– А знаешь – к черту эту ведьму! – Пахан так же внезапно вернул на лицо сытое самодовольство. – Не нужна она нам – только пацанов смущает. Мы, пожалуй, рассмотрим твое предложение. А, мужики?

Пахан подмигнул своим, но, похоже, его вовсе не интересовало мнение своих корешей.

– Только сначала покажи товар – иначе нам как бы не о чем с тобой говорить. Согласен?

– Вполне, – кивнул Книжник. – Я покажу товар. Но, раз уж мы здесь, я бы хотел убедиться, что Пророчица жива и здорова.

– Ты мне не веришь?

– Хотелось бы взглянуть на нее.

Пахан снисходительно улыбнулся:

– Ну, что ж, договорились. Мои ребята покажут тебе твою ведьму.

– Вот это разговор! – нарочито приободрился Книжник.

– Только за это я спрошу с тебя сполна, – с холодным прищуром сказал Пахан. – Обманешь меня – умрешь, и умрешь мучительно.

Это была, что называется, игра ва-банк. Его повели этим извилистым подземным ходом, и Книжник мысленно похвалил себя: Пророчицы в этом «мешке» не было, а стало быть, он сделал верный ход.

По узкой металлической лесенке они поднялись в куда более просторное помещение, очевидно, уже непосредственно внутри Королевских Ворот. Здесь горел электрический свет и стояли массивные деревянные скамейки, на которые слоями были наброшены облезлые ковры, шкуры и одеяла. На них развалилось несколько наголо бритых мужчин. Они играли в самодельные карты на грубо сколоченном столике. Рядом с каждым лежало оружие – у кого автомат, у кого обрез или металлическая дубинка. Похоже, это было что-то вроде караульного помещения, где бандюки отдыхали в перерывах между выходами на посты.

– Куда вы его? – недовольно поинтересовался долговязый бандит с уродливым шрамом поперек левого глаза.

– К ведьме, – буркнул один из сопровождающих. – Пахан приказал.

– Ну, раз Пахан… – долговязый лениво махнул рукой. Его больше интересовал расклад карт на столе.

Они прошли через еще одну комнату и оказались перед массивной дверью, запертой на крепкий засов. Книжник ждал, что сопровождающие отодвинут засов и откроют дверь. Но один из них всего лишь отодвинул металлический диск на ней, закрывавший небольшое окошко. Коротко глянул туда и предложил пленнику:

– Смотри.

Книжник медленно подошел к двери. Он лихорадочно пытался сообразить, что делать после того, как он убедится, что Пророчица на месте. Он надеялся потянуть время – до условленного с Зигфридом срока.

– Чего встал? – подтолкнул его второй бандит. – Зырь давай!

Семинарист подошел – и заглянул в окошко.

Он думал, что увидит Пророчицу, но увидел лишь взгляд.

Она смотрела прямо ему в глаза – как будто знала наверняка, кто именно сейчас смотрит в ответ. Она не просто смотрела – она заглядывала прямо в душу. Он даже не понял – ощутил: девушка действительно знала, что он придет. Более того, то, что он здесь, – это часть ее плана. Она и пришла сюда только затем, чтобы следом явился он сам.

– Зачем я здесь? – спросил он, понимая, что его не слышит никто, кроме самой Пророчицы.

– Ты помнишь про свою миссию? – отозвался знакомый мягкий голос.

– Да, но…

– Ты сомневался. Мне ничего не оставалось, как заставить тебя переступить через сомнения. Ты искал путь? И вот – ты в пути.