Хранитель истории - Леа Рейн

— А зачем я тогда рассказал Вашингтону о путешествиях во времени?! — воскликнул Эдвард.

— Не поверишь, — это к разговору подключилась Эдит. — Мы все здесь задаемся тем же вопросом.

— Ты должен был взять меня с собой, — упрекнул его Гюстав. — До сих пор не верю, что я так просто сдался!

После того, что случилось с Гюставом во время миссии в 1754 году, Эдвард не желал брать друга с собой на задания. Гюстав сегодня очень рвался в прошлое вместе с Эдвардом, как было в старые добрые времена, но Эд заявил, что рыжий паренёк стал его личной заботой, особенно после того, как ему удалось улизнуть во время миссии с Линкольном.

— Я с ним согласна, — сказала Жаклин. — Его мы должны были приставить к Вашингтону, а ты бы пошёл искать этого парня.

— Поздно, — отрезал Эдвард и повернулся к главнокомандующему. — Мистер Вашингтон, вы же понимаете, что все это не должно быть предано огласке? Если кто-то, помимо вас, что-то об этом будет знать, то — вы поверьте — я узнаю и приду за вами. И разговаривать мы с вами будем совсем по-другому. Все понятно?

— Вы мне угрожаете?

— Ну что вы! — Эдвард фыркнул. — Даю дружеский совет. Не более. Ну, счастливо оставаться. Берегите историю!

— Ты неповторимый, — прокомментировала Жаклин.

— Спасибо.

— Хуже повторить невозможно.

* * *

Дэнни собирался выскочить из-за угла и остановить негодяев, которые умыслили сжечь Нью-Йорк, но… это же Дэнни. Его планы редко идут так, как задумано. Вот и сейчас у него ничего не вышло, потому что кто-то схватил его за шкирку и отбросил в сторону. Это было так неожиданно, что Дэнни выронил нож и едва не упал на спину.

— Попался, — проговорил человек.

Дэнни тут же его узнал, но не успел ужаснуться, так как поджигатели после такого шума их сразу заметили.

— Твою мать! — взревел один из них. — Я же говорил, что эта затея ничем хорошим не обернётся!

— Это мы еще посмотрим, — сказал второй, спешно забросил факел в кучу коробок и вооружился ножиком, который висел у него на поясе.

В коробках медленно стало разрастаться пламя. Дэнни понял, что уже ничего не изменить. А виной тому снова этот черноволосый тип, который помешал ему в прошлый раз спасти Линкольна.

— Так это вы сожгли Нью-Йорк? — спросил этот тип. — Чтобы он не достался англичанам?

— Уж лучше паленый Нью-Йорк, чем английский, — ответили ему.

— Он уже английский, если вы не заметили. Тогда это будет паленый английский Нью-Йорк. Впрочем, что сделано, то сделано. Я вообще пришел забрать этого парня, а до поджога мне нет никакого дела. Если вы не против, то мы пойдем.

Дэнни сразу сделал вывод, что вряд ли этот человек из «хороших».

— Ну нет! — Один из поджигателей кинулся в их сторону с ножом. — Живыми вы не уйдете.

Его целью стал черноволосый тип.

Второй поджигатель подскочил к Дэнни и с размаху разбил ему нос. Дэнни даже не успел опомниться и что-то предпринять. Навыки, приобретенные на тренировках по боксу, ему сейчас ничуть не помогли. Да и рана на животе вдруг сильно заныла, из-за чего перед глазами все поплыло. Дэнни свалился на землю, и его стали запинывать ногами. Боль теперь острыми иглами пронзало все тело. Один пинок даже попал по зашитой ране, и Дэнни опасался, что она могла открыться и закровоточить. Зря он в это ввязался. Почему он просто не продолжил писать чертов рассказ, а решил остановить поджигателей? Зачем ему вообще нужно везде вмешиваться?

Причина на самом деле была проста — ему хотелось исправить ужасы прошлого и хоть где-то ощутить себя героем, ведь на войне этого ощутить не удалось. По той же причине он хотел спасти Линкольна и убить Джека-Потрошителя. И Дэнни был уверен — если бы ему довелось переиграть все эти моменты снова, он бы все равно попытался вмешаться и изменить историю.

Неожиданно раздался глухой щелчок, и человек, который пинал Дэнни, вдруг замер, а потом, как подкошенный, свалился на землю. Первое, что Дэнни увидел, разлепив тяжелые веки, оказалось навсегда удивленное мертвое лицо и дыра в голове, чуть прикрытая волосами.

У Дэнни все сковало от ужаса. Он опять на войне. Опять на землю падают развороченные трупы. Больше в такое он по доброй воле не ввяжется. Надо как можно скорее найти силы, чтобы отсюда убраться.

* * *

В наушнике Эдварда было слышно, как на заднем плане возмущается Гюстав, говоря что-то о том, что Эдвард совершил величайшую ошибку, не взяв его сегодня с собой. Но Эд не особенно в это вслушивался, ведь у него были дела поважнее — отбиться от поджигателей, которые будто с цепи сорвались.

Если Эдвард мог справиться со своим противником, то у рыжего парня были большие проблемы. Эдвард осознал, что без жертв сегодня не обойтись. Вот только в роли жертв ни в коем случае не должны были оказаться ни он сам, ни этот рыжий парень.

Блокировав удар человека с ножом, Эдвард свернул его руку за спиной и зарядил ему пинок по зад, благодаря чему противник свалился на землю. Годы карате, оказывается, были не пустым звуком. Следом Эдвард в одну секунду вытащил пистолет и выстрелил во второго. Пуля попала точно в голову. Эдвард метко стрелял. За это спасибо тренировкам в полицейском тире.

Убив один раз, убьешь и во второй, — пронеслось в его голове.

Эдвард постарался об этом не думать. Что он мог ещё сделать? Паренька так запинывали, что у него совсем не было сил сопротивляться. Эдвард не мог допустить, чтобы он вот так просто погиб и унёс в могилу важную информацию, которая поможет найти Невё и других типов, удумавших изменить историю.

Человек с ножом, с которым Эдвард боролся, соскреб себя с земли, выругался и понёсся с задворок таверны так быстро, что засверкали пятки. Почему они не могли сделать так сразу, Эдвард не знал.

Таверна уже занялась пламенем, которое медленно, но верно поглощало стены. Стало жарко как в аду, а дым проникал в лёгкие, спирая дыхание.

Рыжий парень кое-как поднялся на четвереньки и, по-видимому, собрался телепортироваться, но Эдвард резко поднял его за шкирку и впечатал в стену, приставив ему под подбородок пистолет.

— Да черт, — простонал тот. — Что, убьешь теперь и меня? Я не с ними. Я хотел их остановить. До того, как ты все испортил.

— Имя.

— Чьё?

— Папы римского, блин. Твоё!

— Пол… Томпсон.

— Пол Томпсон, — повторил Эдвард.

Жаклин, несомненно, все ещё потрясённая тем, что происходило тут минуту назад, среагировала быстро:

— В интернете написано, что это имя основателя газеты «Нью-Йорк Ньюз». И нет, это не наш парень.

— А теперь настоящее имя. Ну? — Эдвард встряхнул его и посильнее прижал пистолет к его лицу.

— Ладно-ладно! Дэнни Готтфрид. И что дальше?