Последний реанорец. Том V - Вел Павлов

Теперь всё становиться на свои места. Неужели, матерь говорила о ней? Как бы то ни было, но она помогла, если не сказать больше, что спасла. Да и такого обращения я не слышал давно. Очень давно. Вот только возвращаться к прежнему я… не желаю.

— Что ж, Анжелика, ‒ тяжело выдыхая, тихо отозвался я, глядя мелюзге прямо в карие глаза. ‒ Во-первых, так уж вышло, что мы состоим с тобой в неком… родстве, но братом тебе меня лучше не звать. Это режет слух. Зови меня по имени. Захар. Либо так и быть Зеантар. Во-вторых, тебя спас не я, я лишь этому посодействовал. Благодари свою мать, что она была благоразумна и не наделала уж слишком много глупостей.

— Захар и Зе… антар, ‒ тихо и чуть запнувшись проговорили задумчиво девчушка, а после просто расплылась в счастливой улыбке. ‒ У тебя красивое имя, ‒ но после та тяжело вдохнула и стала медленно сползать с кровати. ‒ Жаль, я всегда хотела себе брата. Ты отвезешь меня к маме во Французскую Империю или будешь держать здесь, как… как прошлые дяди? ‒ с лёгкой паникой спросила Анжелика.

— Отвезу к матери. Только поедем мы в иное место, ‒ расслабленно изрёк, следом за девочкой выползая из постели. ‒ Надеюсь, что уже завтра. Мне порядком наскучила Вена. Сегодня у меня еще есть одно неотложное дело и его требуется решить.

Как ни странно, но самочувствие было более чем сносное. От вчерашней ментальной боли нет никаких следов. Даже голова в порядке. Значит, всё-таки дело в этой мелюзге и Занре.

— Да. Знаю, ‒ с широкой горделивой улыбкой закивала малышка, забравшись на кресло. ‒ Я всё видела.

— О чем ты? ‒ нахмурился я.

— Ты дрался с другими дядями. Одному даже голову оторвал. Было страшно, ‒ честно призналась девочка и весьма нелепо попыталась повторить моё движение, а после тяжело выдохнула. ‒ Ты сильный. Ты мне нравишься. Жаль, что ты не мой брат.

Твою мать! Хватит уже это повторять.

Изо рта уже собирался вырваться порция здравых слов, но в последний момент, когда Анжелика нелепо задрала головку вверх, реанорский взор зацепился за её шею и горло. Взгляд ужесточился самопроизвольно и рывком оказавшись рядом, отчего та резко вздрогнула, я аккуратно задрал подбородок малышки повыше и отчетливо увидел слабые и уже почти исцеленные отметины от грубой хватки на бледной коже.

— Тебе больно? Откуда они у тебя? ‒ как можно спокойнее спросил я, глядя Разумовской в глаза.

От увиденного в душе всколыхнулось нечто чужеродное и потерянное. Но Жнецу ли Бездны задавать подобные вопросы? Ведь в Мерраввине я убивал не только мужчин, женщин, стариков, но и детей… тоже.

— Мне… мне не больно… ‒ отрицательно и с заметным испугом покачала та головой. ‒ Правда не больно. Тетя Юля мне уже помогла.

— Откуда они у тебя? ‒ вновь повторил я.

Под моим взглядом та тотчас испугано смутилась и без того тщедушнее детское тельце, словно стала меньше.

— Один… плохой дядя сильно… сжал, ‒ тревожно сглатывая призналась Анжелика.

— Имя знаешь? Либо может запомнила, как он выглядит?

— Я не знаю, как его зовут. Да. Показать смогу, если увижу. Он прилизанный и светловолосый дядя.

Прилизанный и светловолосый? Да здесь таких пол империи.

— Поедешь со мной, но за боем наблюдать не будешь. Увидишь того, кто покажется знакомым, либо, кто это с тобой сделал, покажешь мне. Тебе ясно?

— Да. Я поняла, ‒ быстро закивала девчушка.

Стоило разогнуть спину и выпустит подбородок Анжелики из своих рук, как почти сразу дверь с громким хлопком отворилась, а на пороге уже ожидала целая делегация из высших чинов империи, не хватало лишь самой венценосный четы.

Потёмкин, Трубецкой, даже Юсупов, а уже за их спинами маячили сами девушки, но в первых рядах стоял Ростислав, а от полного осознание раздутое реанорское эго важно зашевелилось где-то внутри.

Однако, я польщен таким визитом.

— Ха-ха! Живой! ‒ радостно засмеялся Ростислав под цокающий звук своей трости, оказавшись подле меня и крепко сцапав за плечи. ‒ Живой!

Сам парень выглядел вполне сносно. Хоть еще и передвигался с помощью Голицыной и частично резной трости.

— Дамы и господа, моё почтение, ‒ как можно уважительнее поприветствовал я всех пожаловавших ко мне. ‒ Живой, ваше высочество. Не стоит волноваться. И прошу прощение за беспокойство. Лишь немного перенапрягся и это сказалось на организме. Возможно, яд в какой-то мере всё-таки на меня подействовал, ‒ солгал тотчас я, не моргнув и глазом.

— Мы уже в курсе, ‒ отмахнулся с весельем в голосе парень, закидывая руку мне на плечо. ‒ Сестра сказала тоже самое.

Сказала тоже самое? Романова? Это… это странно. Никак не могу понять её мотивов и поведения. До чего же мутная особа.

— Говорил же вам обоим, что парень крепче и живучее, чем кажется, ‒ хохотнул вдруг Потёмкин, обратившись к Юсупову и Трубецкому, который стоял под руку со своей внучкой. ‒ А вы устроили не пойми что. Как дети малые! Ей богу!

— Сам знаю и хватит придумывать несуразицы, хотя бы не при их высочествах, ‒ мягко огрызнулся мгновенно Михаил. ‒ Как самочувствие, Захар?

— Удовлетворительное. Спасибо, что спросили.

— Схватке не помешает? ‒ осведомился следом Юсупов, с задумчивым видом переглядываясь с советником.

— Вовсе нет, ваше сиятельство. Справлюсь.

— Ты забрался очень высоко, Лазарев. Такого мало кто ожидал из моих коллег. К тому же мы считаем, ‒ вдруг продолжил начальник Московской Плеяды, уже встретившись взглядом с Трубецким. ‒ Что необходимо ждать какой-то подлости, но пока ничего подозрительно не отследили. Так что будь готов. Не думаю, что схватка будет лёгкой.