Чужая жизнь - Сергей Ким

— Хорошо, — неопределенно протянул Генро. — Но я хочу, чтобы бы снизил интенсивность контактов с пилотом Уранами.

Вот что за манера — перескакивать с одного на другое…

Э! Отец, ты чего сейчас сказал?

— Это еще почему? — нахмурился я.

— Потому что я так сказал, — отрезал Командующий.

— Нет, — в свою очередь, холодно отрезал я.

Моя воля против воли Генро, мой взгляд против его взгляда.

Ага, очень честно… Он и не таких, как я, ломал, так что ему все мои понты, как комариный писк. Я еще не сошел с ума, чтобы думать, будто я действительно могу сейчас противостоять бате…

— Мне отдать официальный приказ? — ледяным тоном поинтересовался отец, откидываясь в кресле.

А вот это плохо! Так, что делать? Что делать?… Ага…

Ну, получи, фашист, гранату! Применяю прием под названием «ход конем по голове противника»!

— Отец, я знаю, что Рин — моя сестра, — выпалил я. — И не нужно нас больше с ней разлучать!

Казалось, еще чуть-чуть — и Генро самым натуральным образом подавится. Глаза его сузились, а руки слегка дрогнули.

— Что за чушь?

— Чушь, говоришь? — нервно начал я. Так, а теперь, главное, не переиграть… — А как насчет того, что Рин, за минусом цвета глаз и волос, выглядит точь-в-точь как мама? Как насчет того, что ты — ее опекун? Как насчет того, что она практически всю свою жизнь провела в КРАФТ, а все документы о ее происхождении и родителях находятся под грифом «совершенно секретно»?

— Хватит нести ерунду.

— От кого ты ее прячешь — от меня или от себя? — продолжал с неожиданной для себя яростью распаляться я. И откуда только такие сопли и слюни, я же таким никогда не был? Это что — влияние Младшего на мой разум? Получается, не только я влиял на него, но и он на меня?… — Хотя если ты, отец, даже собственного сына умудрился услать к черту на рога, то что уж говорить о…

— Я сказал — молчать.

— Рин похожа на маму — она, безусловно, ее дочь… Но вот твоя ли? А? Это поэтому ты скрываешь ото всех правду? Боишься позора, да?

— Молчать! — рявкнул Командующий, тяжело поднимаясь из-за стола.

Вот тут я, признаюсь, капитально струхнул, — слишком уж был грозен батя в гневе.

— Я не позволю, чтобы какой-то сопляк говорил со мной в таком тоне, — ледяным тоном произнес Генро. — Да еще и бросался какими-то нелепыми обвинениями… То, что ты — мой сын и пилот «Дефендера», еще не означает, что тебе все дозволено, — если будет нужно, я тебя заменю. Незаменимых у нас нет — так и запомни. И Уранами — не твоя сестра.

— Тогда как же ты объяснишь, отец, все сказанное мной? — слегка сбавив напор, продолжал давить я. — Совпадения, случайности?

— Я не намерен ничего и никому объяснять, тем более тебе. Младший лейтенант Ишида, я вас больше не задерживаю.

— Да, господин Командующий, — прищурившись, ответил я, вставая со стула. И чуть тише, но так чтобы слышал Генро, добавил: — И все равно я знаю правду…

Отец снова принял свою обычную позу и уже никак не отреагировал на мою реплику.

Я вышел из кабинета, закрыл дверь, прошел несколько шагов и тяжело привалился спиной к стене. Да такие разговоры выматывают сильнее, чем физтренировки… Теперь главное, чтобы батя заглотил наживку. Все, что я успел прикинуть, когда пытался выбраться из ямы, в которую сам же себя и загнал, свелось к одному расчету: вывалить на отца эту отдающую «Санта-Барбарой» легенду, уповая на то, что он заткнется. Тут такое дело — или он, пускай даже и косвенно, подтверждает, что Рин — моя сестра, и я успокаиваюсь, направляю свою кипучую деятельность в русло боевой подготовки. Или же я получаю категорический отказ, начинаю усиленно «копать» в попытке прояснить все возникшие у меня сомнения, слишком близко приближаюсь к НАСТОЯЩЕЙ истине, и меня придется «убирать»…

«Нет, сын, Рин — не твоя сестра, а искусственно созданный человек с применением генетического материала твоей матери и Второго Апостола Авеля. Душа у Рин одна, а вот запасных тел — куча. Я их в подвале КРАФТ вечерами, как пирожки, клепаю. А теперь извини, сынок, ты слишком много узнал… Клац. Щелк. Бах!»

Вот я и подумал, а почему бы Генро в этом случае не оставить все, как есть? Пускай уж я буду искренне заблуждаться и надолго успокоюсь: обманутый враг — это уже никак не больше половинки изначального врага. Ну, думает пацан, что нашел свою сестру, и пускай — больше-то он ни на что пасть не разевает… Пока. А вот взять его на карандаш не помешало бы…

Эх, рискованную игру я затеял, чертовски рискованную. Из всего случившегося со мной за последние дни, по степени угрозы для жизни, попытку одурачить батю переплевывает только бой с Апостолом, да и то не факт…

Что ж, будем надеяться, что я не совершил в своих убогих умозаключениях фатальной ошибки, и завтра я не проснусь в машине, едущей в лес… В багажнике. И в разных мешках…

Да и, в конце концов, один раз живем, братья, всего один лишь только раз! Двум смертям не бывать, а одной не миновать! Я теперь самурай или кто? Все равно я умру рано или поздно, так чего же мне этого бояться? Ошибусь сейчас — меня уберут свои, ошибусь в бою — меня уберет Апостол, ошибусь стратегически — буду встречать рассвет ужасного нового мира на берегу океана CL в качестве единственного человека на Земле…

Нельзя бояться — страх убивает.

Хотя и нарываться чрезмерно тоже все-таки не стоит…

* * *

Итак, я в первый раз вступил в противоборство с собственным отцом… Тьфу ты, уже и говорю, как Младший… Так о чем я? Ах, да, противостояние с батей… Ну так вот, после всего этого я ожидал каких-нибудь карательно-репрессивных мер, ан нет — ни фига!

Знаете, что мне за всю мою эскападу было? А ничего! Ровным счетом ничего! Как будто бы и не было никакого разговора с Командующим — никаких директив, запрещающих мне контакт с Рин, или же что-то в этом роде, ни-че-го… Выходит, сработал мой расчет? Выходит, что так…

* * *

— Синтаро!!! Что ЭТО?! — Никогда не думал, что Кусанаги в шок может повергнуть самая обычная музыка…

Ну, ладно, ладно — не самая обычная…

Вот представьте себе тяжелый рок… Очень тяжелый, по меркам рядовых людей. Где так называемая музыка больше похожа на дикий замес из шума стройки и работы отбойного молотка, но в то же время с красивыми нотками, если вслушаться. А поверх всего этого еще и вместо вокала истошный визг свиньи, расчленяемой бензопилой — так называемый скримминг. На неподготовленного человека производит впечатление крайне преотвратное и отталкивающее, а вот если втянуться…

— О-о-о… Это, Мэнэми, — группа «Cradle of Filth», — с наслаждением закатив глаза, ответил я, из колонок продолжали доноситься душераздирающие вопли.

А я ведь под это еще и спать могу — проверено… Я, вообще-то, не слишком большой поклонник конкретно этой группы, но вот некоторые песни у них мне нравятся, да и как-то радостно встретить здесь привет из того мира.