Новая Инквизиция II - Михаил Злобин

С негромким гудением подошва гидравлического пресса медленно поползла вниз. Когда она достигла закрепленной в специальных тисках бедренной кости, аппарат зажужжал натужней. На электронном табло замелькали цифры, отражающие уровень давления, и вскоре кость с громким треском разломилась.

Ассистент сверился с показателями на дисплее и скрупулезно внес их в электронную таблицу. Затем он очистил рабочее пространство, вытащив крупные обломки, и смёл специальной щеткой осколки.

— Так-так, — увлеченно пробормотал молодой лаборант себе под нос, — закладываем следующую…

Свое положенное место занял новый фрагмент человеческого скелета, и вновь шум работающего механизма разнесся по помещению.

— Все экспериментируете, Мэтью?

От неожиданности подчиненный подпрыгнул чуть ли не на четыре фута в высоту, и развернулся в воздухе на сто восемьдесят градусов.

— Святые угодники, мистер Грейси! Вы меня до смерти напугали!

— Хе-хе, мне нравится увлеченность, с которой вы погружаетесь в работу, — с улыбкой поведал профессор. — Мне и самому знакомо это чувство. Весь остальной мир будто перестает существовать, да?

— Ага, — пробубнил Мэтью, силясь унять колотящееся сердце. — Вроде того…

— Ну и какие успехи? Что-нибудь интересное обнаружили?

— Можно и так сказать, сэр! Вот, взгляните на мои выкладки! — помощник суетливо подскочил к ученому и сунул ему в руки свой планшет. — Вот здесь собраны данные по обычным «бревнам». Как вы можете видеть, бедренная кость человека выдерживает давление приблизительно в тысячу пятьсот пятьдесят семь килограмм…

— Извините, Мэтью, я вас перебью, — повелительно выставил ладонь начальник. — Я не так уж часто пользуюсь метрической системой измерений, поэтому не могли бы вы сразу переводить для меня в более привычные величины?

— Кхм… простите, мистер Грейси, — смущенно потупился ассистент. — Я еще на прошлой неделе просил инженеров перенастроить пресс на фунты, но они так ничего и не сделали. Поэтому все итоги я внес в килограммах. Давайте я сейчас небольшую формулу напишу…

Мэтью быстро потыкал пальцем в экран, а потом вернул его ученому.

— Вот, готово! В общем, простая человеческая кость выдерживает давление примерно три тысячи триста фунтов. Если наполнить останки некроэфиром, то… ничего не изменится. Отклонения фиксируются буквально на уровне погрешности, и разнятся в допустимых пределах, исходя из конституции тел. Однако я пошел немного дальше и решил проверить на прочность скелет реципиентов, прошедших первую стадию некроформации…

— Та-а-ак, — заинтересованно протянул руководитель, — уже вижу. Любопытно!

— Да, сэр. Как указано в таблице, накаченная некроэфиром кость стригоя продемонстрировала удивительный результат! Прежде чем обломиться, она выдержала почти пятнадцать тысяч килограмм усилия! Кхм… простите, я хотел сказать, более тридцати тысяч фунтов.

— Впечатляет! Очень впечатляет! — картинно похлопал себя по бедру профессор, изображая аплодисменты. — Уверен, светлые умы Америки найдут миллион и одно применение такому прочному материалу! И все благодаря вам, Мэтью!

— Не торопитесь меня хвалить, мистер Грейси, ведь не все так радужно. Посмотрите в последний столбец. Там собраны показатели прочности костей стригоев, лишенных поддержки некроэфира.

— Хм-м… но ведь они практически не отличаются от той, где у вас записаны результаты простых «бревен?»

— Вот именно, сэр, — печально опустил голову лаборант. — Без энергии смерти все прошедшие некроформацию реципиенты снова превращаются в ничем не примечательное мясо.

— Н-да, — цыкнул языком ученый. — А выглядело очень перспективно.

— На этом у меня все. Если бы наши инфестаты научились создавать полноценных химер, то я бы проверил и их кости. Почему-то у меня существует убежденность, что эта ступень обращения сильно отличается от предыдущей.

— Пока никому в мире не под силу провести такой эксперимент, — философски пожал плечами руководитель. — Но я надеюсь, что мы с вами, Мэтью, будем первыми, кому достанется опытный образец для изучения. Эх… вот бы вживую взглянуть на те особи, которые наши военные обнаружили в Риме.

— К сожалению или к счастью, но кроме фото и видеоматериалов нам ничего от них не досталось.

— Да знаю-знаю я, — раздраженно пробурчал профессор. — Уже и помечтать мне не даете… Ладно, вернемся к насущному. Как Эрнандес? Все еще жив?

— Боюсь, что да, сэр. Я уже перепробовал десяток разных способов! Эвтаназия, электричество, химические вещества, газы и даже прямое травматическое воздействие! Мозг инфестата впадает в вегетативное состояние на несколько часов или дней, а потом снова оживает! Полагаю, теперь с ним может справиться один лишь только огонь…

— Ого! А славно мы потрудились, а, Мэтью? — по-приятельски пихнул локтем подчиненного мужчина. — Кажется, нам удалось создать монстра, который по уровню развития достиг ранга S. Первый в мире, если не считать Аида. Как думаете, может стоит порекомендовать Бюро принять сеньора Эрнандеса на работу?

У ассистента от такого предложения кровь отлила от щек, сделав его бледным, как январское облако. Он с содроганием вспомнил все те ужасные вещи, которые творил с подопытным инфестатом. Нет, такое существо никогда и ни за что его не простит. Оно захочет отомстить. И если выпустить его на свободу…

— В-вы полагаете, что это р-разумно… сэр? — слегка заикаясь поинтересовался лаборант.

— Ха-ха, Мэтью, да я же пошутил! — развеселился ученый. — Видели бы свое лицо!

— Ага… отличная шутка, мистер Грейси, — кисло улыбнулся парень.

— Ладно, не обижайтесь, — доктор ободрительно положил руку на плечо своему сотруднику и крепко сжал. — На самом деле, меня посетила другая идея.

— Какая?

— Предлагаю распилить сеньора Эрнандеса пополам и посмотреть, получится ли у нас из одного инфестата вырастить двоих! Ха-ха-ха!