Полет феникса - Майкл Суэнвик

– Что вы думаете о нем как о военачальнике?

– Знакомый типаж: бесстрашный воин, великодушный победитель, мужественный побежденный. Всегда скачет впереди войска. Непревзойденная доблесть. В битве выглядит так же лихо, как на картине маслом. Но я предпочту одного толкового грязнулю-пехотинца, чем два десятка таких, как он. Войны выигрывают не герои, а дисциплинированные солдаты с умеренной тягой к выживанию.

– А что насчет главарха Белой Бури?

– Она сделана из другого теста. Воображения никакого, но для подчиненного это часто хорошее качество. Она умеет и слушаться, и распоряжаться. Спорим, она с радостью пойдет на смерть, если ей прикажут. Тайный Император не ошибся, когда возвысил ее.

– А как вам Мощный Локомотив? – спросил Даргер.

– Главком Мощный Локомотив не уверен в себе, а потому путает упрямство с решительностью и жестокость с силой. Он обладает всеми качествами злого врага и ни одним – доброго друга. В умелых руках он стал бы неплохим заместителем, но для этого уж слишком высоко поднялся по карьерной лестнице. Не советую оставлять на него захваченные территории – честолюбие затуманит его разум воображаемыми обидами, и рано или поздно он поднимет восстание. Также не советую понижать его в звании – он уподобится надтреснутому клинку и подведет в самый неподходящий момент. Как ни крути, он для вас обуза.

– И как бы вы поступили с ним на моем месте?

– Убила бы. И лучше сделать это быстро. Он непредсказуем.

– У моего друга Обри очень доброе сердце, хотя во всем остальном он совершенно замечательный человек. Не в его характере опускаться до убийства ради практичности, – пояснил Довесок.

– Я сделала о нем такие же выводы. Но он спросил, и я ответила, – пожала плечами Хитрая Лиса. – Кстати, когда на днях Тайный Император спросил, кто разработал план грядущей битвы Трех Армий, я или он, я тоже сказала правду.

Все замолчали.

– Полагаю, это такая шутка? – нарушил тишину Довесок.

– О, нет. Я говорю на полном серьезе.

– Очень опрометчиво с вашей стороны, – проговорил Даргер.

Хитрая Лиса изобразила удивление:

– В самом деле? И почему?

– Возможно, вам это неизвестно, но император… – Довесок непроизвольно оглянулся и понизил голос, – …не вполне предсказуем.

– Бешеный, как пьяный сумчатый барсук, по слухам. Но я рискнула. Он больше всего ценит прямоту. Я рассказала ему все, что он хотел услышать, и подвергла тщательному анализу шансы на успех, сильные и слабые стороны армии и личности всех его военачальников. Кстати, он считает вас ненадежными, но полезными, и я согласилась. Это было опасно, но я хотела кое-чего добиться.

– Вы имеете в виду, лицезреть поражение ваших врагов?

– Это и еще пару мелочей.

Довесок с Даргером попытались разузнать подробности, но Хитрая Лиса держала рот на замке.

* * *

В приподнятом настроении Бессмертные высадились на травянистую равнину к югу от Оперы и занялись лагерем. Со стороны они больше напоминали циркачей, которые устанавливают шатры и выгуливают животных, чтобы позже развлечь публику представлением, чем солдат, которые готовятся к тому, чтобы как можно эффективнее убить и покалечить как можно больше врагов.

– Из-за тебя и Гениального Стратега семейный бизнес завял на корню, – заявила Огненная Орхидея. – Какой бы коэффициент ни предлагал Надежный Мул, в этой битве никто не хочет ставить на наше поражение.

– От ужасов войны никто не застрахован, – посочувствовал Довесок. – Может, мне научить родичей какой-нибудь азартной игре из Земли Зеленых Гор На Западе?

– О, не учи ученого! Мы уже организовали бои сверчков. Маленькая Паучиха нарисовала золотой значок копирайта на спинке одного сверчка, и все ставят на него – думают, что у него особые генетически модифицированные способности. Почему ты проводишь столько времени с Хитрой Лисой? Наш брак снова под угрозой?

– Начнем с того, что нашему браку никогда ничего не угрожало. И это просто выдающееся достижение, потому что существует он лишь в твоем воображении. Что касается Хитрой Лисы, она явно что-то задумала. Гениальный Стратег попросил меня за ней приглядывать – он надеется расстроить ее планы.

– Какие именно планы?

– Если бы мы знали, то не сидели бы сложа руки. А так остается мучиться неизвестностью.

* * *

День битвы начался с ясного прохладного утра. Более благоприятное время для массовой резни было трудно представить. Армии Двойных Городов и Республики Центральных Равнин разбили лагеря у гряды невысоких холмов, спускающейся к пойме Длинной реки. Пустынная равнина между холмами и армией Тайного Императора идеально подходила для жестокого кровопролития. За лагерем Бессмертных протянулось болото, и в случае чего отступать пришлось бы на запад, где поджидали непролазные леса. С точки зрения тактики, их позиция была далека от совершенства.

Но Даргеру она явно пришлась по душе.

– Генерал Хитрая Лиса, все ли заслуживает вашего одобрения?

– О, да. Все в порядке.

– Можно ли что-то улучшить?

– Ни в коей мере.

Довесок восторгов товарищей не разделял.

– Напомню вам обоим, что Мощный Локомотив должен неукоснительно следовать плану, в успех которого он категорически не верит, иначе нам не видать победы как своих ушей. Что удержит его от… ну, от его обычного поведения?

– Пустяки, – отмахнулся Даргер.

– Главкому Мощному Локомотиву я доверяю полностью, – ответила Хитрая Лиса. – Поживем – увидим.

Словно откликнувшись на упоминание своего имени, неподалеку показался Мощный Локомотив. Он ковылял столь рьяно, что его трость еле поспевала за ногами.

– Разве можно так неубедительно хромать, – проворчал себе под нос Довесок.

– Убедить нужно только одного человека – самого главкома, – так же тихо отозвался Даргер. – Пока он считает, что всех обманул, совершенно не важно, что ни один из нас ему не поверил.

– Ну-ка, тсс! – шикнула Хитрая Лиса.

Главком Мощный Локомотив подошел ближе.

На шее у него болтался утопианский бинокль. С помощью современных технологий воспроизвести такой бинокль было нельзя, а потому стоил он не меньше крупной деревни. Зловеще помолчав, Мощный Локомотив прочистил горло и сплюнул наземь. Потом сердито глянул в сторону отдаленных лагерей, где вражеские солдаты уже начали строиться в боевые порядки.

– Вам известно, что равнина между нами и теми ублюдками – равнина, на которой нам придется сражаться, – усеяна ручьями и напитана водой? Болотом ее назвать нельзя, но будь я проклят, если к концу битвы мы не увязнем по колено в грязи.

– Если вам кажется, что болезнь вернулась, я с радостью приму командование, – проговорила Хитрая Лиса с сарказмом, который не расслышал бы только глухой.