Спасти род Романовых: Первокурсник 2 - Дмитрий Лим

Фактически, иметь при себе армию существ подобных по силе себе — было заманчиво, но здесь была и другая сторона монеты. Как эту армию контролировать? Неспроста же древних уже веками не наблюдают на земле?!

Алиса коснулась моего плеча, и оставила на нем след своей губной помады.

-— Ты чего?

-— Почему ты противишься своей новой силе? Она же в корне перекрывает все! Ты не представляешь, насколько ты опасным можешь быть! С учетом того, что ты не укушенный и обращенный, ты владелец сердца древнего, отныне — сам по себе древний, хоть и только начал свой путь.

-— Хотелось бы избавиться от этого. — мои слова затронули какие-то струнки в ее голове, она искренне возмутилась и уперлась в мою руку своими каменными бусинками.

Как-никак, в комнате было прохладно.

-— Тебе с этим вопросом надо бы к Посошкову обратиться. Я, увы, ничего не знаю про это. Но почему ты хочешь избавиться от сердца? Я же так понимаю, без него, ты просто умрешь? А жить-то хочется.

-— Мне не нравится это желание убить живое существо, чтобы насытиться.

-— Но твой путь через это и шел. Вспомни, сколько людей, -— покосилась на меня, -— Сколько демонов ты убил.

-— Они не считаются.

-— Они такие же живые существа!

Мне пришлось призадуматься. А может ли некромантия что-то сделать с моим голодом? Остановить меня или подарить контроль? Подобные вопросы были заданы Алисе, но она лишь пожимала плечами, говоря об Иване Тихоновиче.

Раз он просыпался, когда я «забегал» в гости, то и в этот раз не откажет в аудиенции.

Признаться, честно, мне стало на порядок легче. Все же, Алиса пожила по-более моего и ее совет оказался до простого — обычным, банальным что ли. Но об этом же я сам — не додумался.

Собравшись с мыслями, я попытался встать с кровати, но некромантка, обвила мою шею руками, и уселась на меня, елозя по штанам.

-— Знаешь, а я всегда мечтала о такой силе… Может быть, сделаешь меня своей рабыней? Взамен, я буду верна тебе до конца своих дней?

С одной стороны, такой соратник мне определенно был нужен, с другой, я слишком боялся себя… Она умоляла, а она действительно умела это делать, долго и глубоко, но я не поддался искушению «покушать». Когда к ней присоединилась Элиза, голая мадам с серебряными волосами, я тоже устоял.

Насытившись физическим процессом, единственно, что я себе позволил, это облизнуть порезанные руки, получив нужный объём энергии, чтобы вывалиться в отражение зеркала, дабы оказаться на месте.

Пообещал Алисе, что приду, как только со всем разберусь. Она как-то странно посмотрела на проход, в который я нырнул и повернулась в Элизе.

-— Если его сегодня не убьют, завтра, мы сами придем в гости.

* * *

Монашка оказалось крепка телом и духом. В ее глазах горело желание и любовь. К счастью, оказалась вполне разумной девицей. Всю набожность как, ветром сдуло, и от этого мне стало несколько проще.

Напоив ее крепким чаем, и тысячу раз извинившись, сидел и размышлял, как нам поступить дальше.

-— Господин, -— ласковый голос заставил меня отбросить наработки в голове, -— Вы устали?

Меня немного смутило ее обращение, но все же, я довольно кивнул. Не то чтобы хотелось пользоваться статусом, но со слов Алисы понял, насколько наша связь теперь крепка.

-— Вы голодны? — она наклонила голову, показывая мне участок, где уже затянулась ранка и от укуса не осталось и следа.

-— Нет, убери, -— я зажал нос и отвернулся, -— Не сейчас.

Она послушалась, хоть и надула губки, а дальше, пошел допрос.

Я узнал для себя очень много интересного.

Самое важное — у меня теперь есть свой шпион в инквизиции. Вся эта невинность — лишь вымысел, каждый волен поступать так, как считает нужным. Крест на ее шее — никак ей не мешал, и когда я его примерил, тоже никакой богохульной херни не испытал. Молитвы, святая вода, серебро — оказалось пустышками. Так что, Алиса мне и полной чуши наговорила.

Собственно говоря, это все было только что проверено на мне. Значит, никто ничего не заподозрит, если Валентина вернётся в свой стан.

На меня копали, очень много, и приставили ее не просто так. Несмотря на то, что Виктор, а уж тем более Лаврентий Лаврентьевич были слишком уж против, чтобы от инквизиции ко мне приставили своего сотрудника, выбор был очевиден. На мне весели подозрения в том, что я демон.

Благо, за неделю не нашли ни единого доказательства, а рассказ про чудесную птицу, лишь закрепил мою невиновность, хотя, монашку, все равно решили оставить.

Отныне, она будет говорить только то, что я скажу.

Инквизиторов в Петербурге было не так уж и много, всего, примерно, пятьдесят человек. Из них — трое верховные, десяток — воины среднего класса, я им не по зубам, ну и остальные — мелкая шушера, Валентина в том числе.

Но и у нее есть свои связи и как говорится — уши.

Я взял с нее слово, а точнее, мог этого и не делать, что никому и нигде — не расскажет, что случилось и что я такое. Она довольно покивала головой и опустилась на колени, сдергивая с меня банное полотенце. Остановив ее на самом пикантном моменте, попросил подождать.

Из ее рассказа промелькнуло еще кое-что. Несмотря на то, что весь мир не знает, кто такие первородные, или древние, как правильно-то… Это не означает, что инквизиция не в курсе.

В стенах центральной церкви есть упоминания о стычках с ними. Валентина, дала слово, что добудет мне фрагменты, или же — перескажет.

После чего, я позволили ей закончить начатое. Только в этот раз — не кусал, хоть на самом пике, именно это и хотелось сделать.

* * *

Понедельник выдался тяжелым. Во-первых, меня воротило от еды в столовой, во-вторых, президент, как будто специально, держал нас всех своей «пламенной» речью дольше обычного.

Благо, что запах еды, которую раньше я за обе щеку с радостью уминал сейчас, перебивала запах двух близняшек с оголёнными шеями.

Не знаю, почему именно сегодня они решили занять места принцессы и Ви, но это — настораживало. Ибо я знал, что они ближайшие сошки Виктора, который, пристально на меня глазел.

Первое занятие прошло удачно, на втором, мне стало муторно, отпросившись у Елизаветы Сергеевны, я бегом покинул аудиторию и минут десять умывал лицо. Но и тут, удачи, оказалась на моей стороне.

Якоб Герман, как всегда, появлялся очень поздно, но всегда к месту. Мельком взглянул на меня, улыбнулся и спросил, как поживает мой Беззубик.

Нейтральная беседа очень быстро переросла в допрос, с моей стороны. Во-первых, мне нужно было узнать, где хранятся переходы, или как сделать тоннель в первую пещеру, во-вторых, мне нужно было узнать, есть ли там сейчас гости империи, которые, изучали тринадцатую пещеру, где висел огромный магический сталактит.