S-T-I-K-S. Игра в кошки-мышки - Михаил Баковец

– А-а, это, – немного успокоился мой пассажир. – Так то Язык, ну, мертвые кластеры. Не видал, что ли?

– Мне такие не встречались, только слышал. Даже изображения нет нигде.

– Понятно. В общем, там несколько сотен мелких кластеров друг к дружке примыкают, ширина самого большого метров сто пятьдесят, а тянутся они километров триста, потом начинается сплошная чернота. Потому и прозвали Языком. Тут таких несколько имеется, есть и побольше чернота, километров десять диаметром, и к ней сразу три языка тянутся, а лежит она во-он там, даже дальше, чем этот Язык, – махнул в противоположную сторону от угольной полосы Колобок. – Сервий, ты гони, что ли, а то налетит сейчас дрон, и хана нам, блин.

– Часто летают?

– Редко совсем, всю правду рассказать могут только те, кто попал под удар. Сам понимаешь – уцелевших счастливчиков мизер, потому и поведать, что да как, мало кто может.

К счастью, добрались до Орешка без приключений. На въезде нас даже не тормознул никто, хотя три мужика с двумя пулеметами на КПП имелись. Так бы и покатили дальше, если бы не Колобок, который попросил притормозить.

– Здорово, парни! – крикнул он, приоткрыв дверь, поскольку конструкцией стеклоподъемники не были предусмотрены.

– Колобок? – удивился один из них. – Ха! Где ж тебя потеряли твои? А это кто с тобой?

– Знакомый, Сервий. Слушай, а Художник приезжал?

– Ага, – кивнул охранник, – промчался тут, пылищу поднял. Что случилось-то?

– Люка лотерейщик серьезно порвал, из ноги целый шмат вырвал. Пока я его отвлекал, Художник и чесанул сюда.

– Лотерейщика не прибили? А зачем стволы с собой таскаете? – расхохотались все трое охранников. – Ну, вы ваще щеглы.

– Сами вы щеглы, – зло ощерился Колобок. – Вас бы туда, да только вы дальше полевых стабов, чтобы трясучку не словить, не выбираетесь, ссыте, блин.

– Ты езжай, куда ехал, ясно? – рассердился охранник.

– Да идите вы! – махнул на них рукой мой пассажир, потом сказал мне: – Покатили до больнички, Сервий, – и тут же исправился: – Ты это, не подумай чего, я не за просто так, обязательно расплачусь, просто сейчас даже патронов с собой нет… не, вру, магазин с парабеллумскими есть, возьмешь?

– Оставь себе, – отказался я. – Вместо них расскажешь, что у вас тут и почем, где можно заселиться, купить вещи, оружие с патронами и вообще, в целом, что за жизнь.

– Тогда давай, сейчас налево заруливай… ага, в сторону этого барака. Мы по кругу прокатимся, и я тебе покажу, что тут к чему. Орешек – мелкий стаб, пешком за десять минут из конца в конец его пройдешь.

Стаб и в самом деле оказался невелик, все жилье лепилось друг к дружке, магазины и административные здания – тоже. Посмотрел на общежитие – двухэтажное строение из некрашеного бруса, послушал краткую характеристику на него и решил в первую очередь навестить гостиницу, которую держал некий Сильвер. Комнаты он сдает дороже, чем в общежитии, но зато без клопов и тараканов, да и кухня вкусная – имеется кафе-бар в здании, а самое главное – у Сильвера никаких дебошей и пьянок с поножовщиной, которые порой происходят в общаге.

Магазинов два. Один почти только на оружии с боеприпасами и снаряжении для рейдеров специализируется, а во втором можно найти практически все, как в аптеках в Америке в XIX веке.

Возле больницы, ютящейся с торца трехэтажного дома, очень старой, чуть ли не довоенной постройки, я высадил Колобка, попрощался и направился в гостиницу.

Сильвер сильно отличался от классического персонажа, чье имя он носил. Невысокий сухопарый дядька с длинными волосами, собранными в небольшой хвостик, неопределенного возраста: и тридцать можно было дать, и сорок с копейками. Попугая на плече не было, обе ноги на месте.

– Привет, – кивнул я ему. – Комната найдется?

– Здорово. Есть-то есть, но хватит ли у тебя в карманах споранов, чтобы оплатить?

– Только спораны? Может, патронами?

– Можно и патронами, – пожал он плечами. – Только курс нужно подсчитать. Споранами будет три за сутки, отдельно еда, а за четыре получишь полный пансион.

Как-то сразу желание устроиться получше стало выветриваться из головы, когда услышал расценки, но тут собеседник добавил:

– Или за один споран в общагу, где клопы тебя до мяса обожрут, или нюхай химию, которой постоянно придется все прыскать, спать на обоссанных матрасах, ходить по щербатым доскам и слушать чужие загулы через стенку…

– Ладно, ладно, – перебил я его, – хватит рекламы. Четыре так четыре.

Следующие десять минут пришлось потратить на подгонку курса патронов и споранов. Автоматные триста тридцать восьмые Сильвер наотрез отказался брать, аргументируя тем, что под такой боеприпас ни у кого оружия нет. Поэтому пришлось отдать кучу пистолетных за три дня жизни в гостинице. Светить свое богатство я не собирался, опасаясь, что лихие людишки решат прикарманить его себе и моего разрешения не спросят. А за черную жемчужину сам Сильвер мне сыпанет стрихнина в суп, а потом добьет топориком по голове, как незабвенный Раскольников обошелся с бабулькой.

Решив все проблемы с жильем и закинув бо́льшую часть вещей в номер, я вышел на улицу. На крыльце резко затормозил, увидев, что ко мне подъезжают два броневика очень странной формы на высоких «зубастых» колесах.

Обе машины с зализанными боками, широкие, но при этом кажущиеся плоскими, подкатили к гостинице и встали рядом с моим «уазиком». Из броневиков вышли восемь человек, экипированных так, как я еще здесь не видел. Нечто похожее мелькало разве что на экране телевизора до переноса в Улей, когда там проскакивали в кадрах бойцы спецподразделений.

– Твой рыжик? – усмехнулся один из новоприбывших и указал на «УАЗ».

– Мой.

– Новичок?

– Если в Улье день прожил и не умер, то уже можно считаться ветераном, – ответил я. – А я прожил больше дня.

– Кхм, да ты у нас герой! – без зла засмеялся собеседник. – Ладно, бывай, если что нужно, то обращайся к нам. Оружие и снаряжение нормальное подгоним, а не тот хлам, который тут продают.

Проговорив это, прошел в гостиницу, следом за ним потянулись прочие бойцы. Удивил тот факт, что в отряде сразу две пары близнецов. Братья, которым иммунитет по генам передался? В принципе логично, ведь не просто так говорят про некую душевную «сиамистость» близняшек.

В оружейных магазинах я откровенного хлама не видел. Правда, и особого выбора также не имелось – «калаши» трех модификаций, несколько типов пистолетов (бо́льшая часть образцов состоит из пээмов), полно гладкоствольных ружей и тоже как бы не половина представлена «калашоидами». Еще там стояла одна «СВД», ее охотничий клон – «Тигр-9» и три болтовые винтовки под калибр тридцать ноль шесть и российскую стандартную «семерку». Если подробнее о «калашниковых», которые в обоих магазинах были трех типов, то это обычный «АКС-74», «АКМ» с деревянным прикладом и ментовской укорот – «АКСУ». Специальных патронов ни на один ствол не имелось, поэтому я не стал ничего приобретать.