Карпатская тайна - Дэвид Линн Гоулмон

Элленшоу и Голдинг подняли головы с возобновленным энтузиазмом. Похоже, они были не в том вонючем подвале, в котором думали, что оказались.

– Мне нужна вся информация, которую вы сможете раскопать обо всем этом регионе, – продолжал директор. – Мифы, легенды, факты, слухи… Я хочу как можно больше узнать о людях, которые живут на перевале Патинаш. Чарли, ты займешься зоологическим аспектом исследования. Я хочу знать, есть ли вероятность, что это животное могло существовать и какого черта эволюция сделала его именно таким. Если это животное эволюционировало таким образом, я хочу знать почему. Пит, на тебе земля – история, кому она принадлежит.

Оба мужчины кивнули, параллельно записывая свое задание. Найлз посмотрел на Коллинза, и этот его взгляд без слов говорил, что у всего есть предел. Комптон хотел помочь ученым, но ему была нужна встречная помощь, они должны были встретиться посередине.

– Полковник, соберите команду и узнайте все, что сможете: почему, черт побери, «Моссад» так интересует деятельность нашего агента и почему они даже попытались убить его из-за этой информации. Животные, регион, все, с чем связана Элис. Еще мне нужно, чтобы вы выследили подполковника Бен-Невина и передали его в ФРБ и Интерпол. Нам не нужно, чтобы этот предатель оказался где-то рядом с тем местом, куда нам, возможно, придется отправиться.

Все в ячейке вздохнули с облегчением, услышав слова «придется отправиться».

– Хорошо, миссис Гамильтон, ваше желание исполнилось, – добавил Найлз. – Мы готовы и начинаем работу по вашему делу.

– То есть вы объявляете… – начала говорить Элис, вставая со своего стула и глядя на директора.

– Чрезвычайное происшествие. По моему мнению, вы выполнили минимальные требования для этого, и я позабочусь, чтобы президент согласился с этим. Не думаю, что это будет сложно, после того как я скажу ему об интересе израильского правительства к Румынии и тем, кто там живет. Ладно, мы начнем работу, как только Чарли и Пит достанут нужную нам информацию. Приступайте. Вирджиния, полковник Коллинз и Элис, пожалуйста, зайдите ко мне в офис – у нас, возможно, есть кое-что, что поможет связать улики воедино.

* * *

Джек, Вирджиния Поллок и Элис Гамильтон сидели на трех стульях и смотрели на директора. Найлз тоже посмотрел на каждого из них по очереди и покачал головой.

– Я получил этот рапорт за пять минут до того, как полковник вызвал меня в ячейку. – Он передал Коллинзу через стол лист бумаги. – Возможно, это одна из причин, почему все так беспокоятся об агентах «Моссад» и их перебежчиках и кротах.

– Что это? – просил Джек, передавая фотографию Элис, которая внимательно разглядывала изображенный на ней предмет.

– Это мадианитянская керамика, – сказала Гамильтон, – и не просто осколки, а целый сосуд. Целиком подобные сосуды не находили никогда.

– Что за мадианитяне? – спросила Вирджиния.

– Элис? – поторопил рассказчицу Найлз, которому не терпелось скорее услышать, в чем значимость этой фотографии.

Миссис Гамильтон улыбнулась, глядя на цветную фотографию сосуда, украшенного прямыми тонкими полосками.

– Библеисты полагают, что мадианитяне жили на Аравийском полуострове или, возможно, на территории современного Судана. У них Моисей провел сорок лет добровольного изгнания, скрываясь от преследований египтян. Он женился на дочери местного старейшины, затем предположительно вернулся в Египет, а остальное вы знаете.

– И это важно, потому что… – продолжила расспросы Поллок, научный склад ума которой не давал ей покоя, пока какие-то вопросы оставались без ответа.

– Вот почему, – сказал Комптон, показывая еще несколько фотографий керамики и небольших золотых изделий, выполненных в египетском стиле. Перед объективом фотографа блестели золотые скарабеи, небольшие статуэтки богов и даже несколько образцов оружия бронзового века.

– Откуда все это взялось? – спросила Элис. – Таких предметов никогда не находили на раскопках и в таком идеальном состоянии. Это, должно быть, копии.

– Они были проданы с аукциона пять лет назад. Еще множество подобных вещей было доставлено из Кельна на аукцион через компанию «Перри Дайтерман и Ассошиейтс Лимитед». К настоящему моменту больше двухсот фунтов золота и артефактов было продано неприглядным дельцам из Восточной Европы. Только за эти шесть предметов было выручено почти семьдесят восемь миллионов долларов.

В кабинете воцарилось молчание.

– Именно поэтому я принял приглашение Джека присоединиться к вашему собранию в ячейке. Пограничный патруль в Чешской Республике изъял эти вещи у гражданина России. Когда они нашли их в багажнике его машины, там даже был чек на покупку. А когда этого подозрительного типа допросили, выяснилось, что он сделал самую высокую ставку на дощечку с молитвами, датированную по углеродному анализу тысяча пятьсот пятьдесят седьмым годом до нашей эры. Дамы и господа, ни одного предмета подобной хрупкости не было найдено в целости. В наших ячейках нет ничего, отдаленно сравнимого с этим артефактом. Единственная причина, по которой «Европа» прислала мне этот отчет, в том, что Элис запустила поиск по ключевому слову двадцать лет назад. А теперь все эти вещи начали появляться в самых неожиданных местах. – Найлз махнул рукой над фотографиями. – Кто-то неожиданно решил распродать самую выдающуюся в мире коллекцию египетских артефактов? Или перед нами предметы, давно считавшиеся утраченными, а теперь начавшие чудесным образом появляться перед участниками аукционов?

– Хороший вопрос, – сказала Поллок.

Комптон покачал головой.

– Это еще не все. Посмотрите на это.

Он протянул Вирджинии фотографию покрупнее. Это было полное одеяние, узор и цвет которого полностью совпадал с узором и цветом образцов ткани, которые Элис нашла в Карпатских горах.

– Похоже на безразмерную накидку от дождя, – сказал Джек, глядя на фотографию.

– Датированную по методу углеродного аназиза тысяча пятьсот двадцать первым годом плюс-минус десять лет, причем подлинность подтверждена Каирским университетом, – сообщил Комптон. – Она ушла с аукциона за сто двадцать пять миллионов долларов. Это, дамы и господа, то, что мир никогда не смог бы оценить – узор принадлежит тому исчезнувшему колену Израилеву, о котором все здесь постоянно говорят. Это одеяние племени Иедды.

– Возможно, узор немного отличается, – заметила Гамильтон, поднимая фотографию и внимательно вглядываясь в нее. – Что это за мелкий узор внутри красной полосы? – спросила она.

Найлз улыбнулся и протянул ей лупу. Он мог попросить «Европу» увеличить фотографию, но ему нравился старомодный практический подход, особенно когда дело касалось Элис Гамильтон.

Все увидели, как Элис замерла и отвела взгляд в угол кабинета Найлза. Фотография выскользнула из ее руки. Джек поднял ее и забрал лупу из сжатой руки пожилой женщины. Взяв лупу, он внимательно вгляделся в снимок, но в первый момент ничего не увидел. Однако затем его натренированный глаз заметил то, что так шокировало Элис. В полосу было вплетено изображение, которого там не должно было быть. Это было изображение собачьей головы.