Звездные войны. Катализатор. Изгой-один. Предыстория - Джеймс Лучено

Она готова была согласиться, что джедаи не проникли в тайну могущества кристаллов, но продолжала верить, что, с точки зрения Ордена, в эту тайну и не следовало проникать. С другой стороны — разве та служба на благо общества, которую нес Орден в течение тысячи с лишним лет, не была достойна того, чтобы их священные кайберы использовались для обеспечения недорогой и безопасной энергией бесчисленных планет? В конце концов, никто не сомневался в том, что в Галактике наступил мир, — за исключением территорий, где якобы окопались остатки сепаратистов, возможно даже не знавшие, что война закончилась. Новости из тех мест в Голосеть почти не попадали, но Лира слышала, что некие далекие планеты все еще пытаются обзавестись оружием, хотя Империя быстро предпринимала меры по пресечению подобных попыток.

«Мы сделаем все возможное, чтобы обеспечить устойчивый мир», — сказал Император во время одного из своих недавних редких публичных выступлений.

Лире ничего не оставалось, как только верить, что хватка сильной руки ослабнет, как только исчезнет угроза. Не будучи ни оптимисткой, ни пессимисткой, она могла лишь питать надежду, что Джин предстоит расти в более стабильные времена.

Взглянув на разноцветные заметки Галена, она откинулась в кресле, не в силах понять охватившего ее беспокойства. Внезапно раздался сигнал комлинка, что было весьма необычно в столь поздний час. К тому же на экране появилась информация, что вызов поступил от неизвестного абонента из неизвестного места. Вспомнив сообщение, принятое ее комлинком во время войны, она поколебалась, но, когда все же ответила, с радостью увидела лицо бывшей наставницы Галена, Ривы Демейн.

— Лира, — столь же радостно проговорила Рива, — как я рада тебя видеть!

— И я вас тоже, Рива. — Лиру всегда привлекала темная кожа и экзотические татуировки на лице мириаланки.

— Прошу прощения за поздний звонок, но я решила рискнуть.

— Вы нас вовсе не разбудили. Я работала над заметками Галена, но его самого здесь нет. Могу ему передать, чтобы связался с вами...

— Передай, пожалуйста. Но сперва расскажи, как у вас дела.

— Все хорошо, спасибо.

— А Джин? Как она?

— Могу показать. — Лира направила камеру на Джин, которая разыгрывала с помощью игрушечных фигурок какую-то приключенческую фантазию.

— Красавица! Вы оба должны ею гордиться.

— Что мы и делаем.

— Я так рада, что Гален нашел работу, которая его устраивает.

— Он от нее в восторге. Хотя меня это порой и пугает.

— Знакомо. Все-таки, мы с Галеном — как, собственно, и многие из нас — служим одному хозяину.

Лира удивленно наклонила голову.

— Вы участвуете в проекте «Небесная мощь»?

— Да, — без особого энтузиазма ответила Рива. — Скажи, Лира, не получал ли Гален каких-нибудь известий от Дагио Белькоза в последнее время?

— Дагио? С чего бы? В смысле — они, конечно, помирились после того маленького боксерского поединка, но близкими друзьями не были никогда. Насколько я знаю, Гален не получал известий ни от кого из своих старых друзей. Вы первая.

— Странно, — с тревогой посмотрела на нее Рива. — Я безуспешно пыталась связаться со многими нашими общими коллегами. Дагио работал на Малпазе... Что-то мне слегка неспокойно.

— Вполне вас понимаю, — кивнула Лира. — Где вы сейчас, Рива?

— На Хайпори. Знаю, ты любишь путешествовать по Галактике, — не бывала там? — Прежде чем Лира успела ответить, что нет, Рива спросила: — Гален доволен своей работой?

Лира невольно нахмурилась:

— Вы же его знаете. Когда исследования идут как надо — да.

— И он все так же близко общается по работе с Орсоном Кренником?

— Да, Рива, — помедлив, ответила Лира. — А что?

— Просто я иногда вижусь с Орсоном...

Лира ждала продолжения, но Рива замолчала.

— Скажу Галену, чтобы он связался с вами, Рива.

— Незачем. Просто скажи ему, что я передавала привет и надеюсь, что у нас будет возможность встретиться лично. Запомни — я на Хайпори. Хайпори!

Связь внезапно оборвалась.

Лира долго сидела, глядя на пустое голографическое поле. Рива явно не сказала всего, что собиралась сказать.

Может, ее прослушивали, и виной тому была работа, которой она теперь занималась.

«Рива хочет, чтобы мы знали, где она», — подумала Лира, мысленно воспроизведя в памяти их разговор.

Ощущая себя прославленным экскурсоводом, Кренник приказал пилоту подвести ширококрылый челнок поближе к параболической тарелке боевой станции. Они уже облетели ее как по экваториальной орбите, так и по полярной, время от времени останавливаясь для осмотра отдельных зон, предназначенных для генераторов щита и орудийных башен. Кренник говорил не переставая, но пока что ни великий визирь Амедда, ни кто-либо из его пышно разодетых советников не задал ни одного вопроса.

Сфера была почти полностью покрыта оболочкой, и в широком желобе по ее экватору монтировались несколько орудийных позиций. Пространство вокруг было забито кораблями и дроидами всех разновидностей, и большую часть корпуса заливал свет из рядов огромных иллюминаторов.

— Кто-то из вас заинтересован в посещении внутренних модулей? — спросил Кренник.

— Если только у вас есть оружие, которое вы готовы нам показать, — наконец ответил Амедда.

— В данный момент наш приоритет — реактор.

Амедда яростно уставился на него:

— Что с оружием, лейтенант-коммандер?

— Движемся. Медленно, но верно.

Чагрианин бросил на Кренника презрительный взгляд:

— С «верным» мы еще можем согласиться, но «медленно» для нас неприемлемо. Мне еще раз вам напомнить, что это не какая-то программа общественных работ для порабощенных потомков Поггля? Приоритетом должно быть оружие. Без него станция — ничто.

— Чтобы перевести исследования на военные рельсы, требуется больше времени, чем ожидалось, — решительно заявил Кренник.

— В таком случае вы должны требовать большего от своих ученых.

Кренник успокаивающе махнул рукой:

— Мы уже избавились от немалого балласта. Осталась лишь основная группа.

— Я не это имел в виду. Безопасность для нас сейчас не столь важна, как прогресс, которого мы практически не видим. — Помолчав, Амедда добавил: — Насколько мы понимаем, вы практически лишились своей команды на Малпазе.

Кренник с трудом сдержал гримасу — он не знал, что Амедде стало известно о случившемся.

— Всего лишь временная неудача. Мы заново анализируем данные.

— Мне интересно услышать ваше изложение происшедшего.