Звездные войны. Катализатор. Изгой-один. Предыстория - Джеймс Лучено

КАНТИНА «Кладезь разврата» не относилась к числу заведений, где посетителей, особенно постоянных, встречали бы с помпой, так что Хас, явившийся на очередную встречу с Матизом, был весьма удивлен, когда двое рослых гнусавых гаморреанцев у дверей чуть ли не с почтением провели его внутрь. Возможно, это как-то было связано с его новой одеждой или манерой держать себя, выделявшей его среди обычной публики, — ибо все присутствующие, от соблазнительной Воаны, разводившей посетителей у стойки на выпивку, до пары отдыхающих музыкантов-тви’леков, повернулись к нему, едва он появился в зале. Даже его конкуренты обратили на него внимание. Однако ощутить себя на вершине славы Хасу мешали следившие за ним осторожные взгляды. Пока он шел к угловому столику, который зарезервировал Матиз, ему показалось, будто в его сторону обращены все зрительные органы присутствующих, вне зависимости от того, торчали ли они на стебельках, были утоплены в черепе или представляли собой лишь пятна на панцире. Атмосфера явно была напряжена до предела; лишь немногие с ним поздоровались, и то не слишком уверенно.

Матиз еще не появился. Плюхнувшись на стул, Хас заказал выпивку и попытался постичь смысл бросаемых на него искоса взглядов и приглушенных разговоров, столь явно касавшихся его самого, что у него почти звенело в ушах.

Еще до того, как принесли заказ, к столику подошел контрабандист, которого он знал только по имени, Моло, — мускулистый тип, по слухам нанесший немало вреда конкурентам, но теперь оказавшийся на мели точно так же, как и остальные.

— Не возражаешь, если я присяду?

Поскольку слова его прозвучали не вполне вопросительно, Хас лишь подвинул свой стул, оказавшись прямо напротив опасного человека, — на случай каких-либо неприятностей.

— Буду рад компании.

Судя по эмблеме на новом ухе Моло, оно было изготовлено корпорацией, производившей дешевые искусственные органы для ветеранов войны, которые не могли позволить себе бакта-процедуры или синтетические протезы. Настоящее ухо Моло пришлось отдать в качестве жеста уважения криминальному синдикату, с которым у него по неосторожности пересеклись пути.

— Заметил твой корабль на одном из блокпостов в Западных рубежах пару месяцев назад, — сказал Моло. — Когда ты крупно заработал.

— Крупно заработал?

Моло огляделся вокруг:

— А где остальная твоя команда? Празднует?

«Ладно, — подумал Хас. — Значит, слухи об операции у Самовара уже разошлись. Ничего удивительного в этом нет, и все же...»

— Каждому когда-нибудь везет.

— Само собой. Вот только многим интересно — как у вас все так прошло без сучка без задоринки? Только не говори, что точно рассчитал время. Такое впечатление, будто тебя заранее предупредили.

Хас отодвинул стул чуть подальше — за пределы досягаемости громадного кулака Моло.

— Мы просто сбросили груз и тут же улетели.

— То есть вас не предупреждали?

— О чем?

Моло откинулся на стуле, оценивающе разглядывая Хаса.

— Не слышал, что случилось на Самоваре?

— Увы, последние новости до меня не доходили, — развел руками Хас.

Он не лгал. Опасаясь репрессий со стороны Империи, он и его команда решили разойтись, избегая контактов друг с другом. Для Хаса это означало прыжок в зону Внешнего Кольца, обретшую известность под названием Корпоративного сектора, где он мог потратить часть заработанных кредитов. На Джибуто он вернулся лишь по настоянию Матиза, с облегчением увидев, что ни на одной встретившейся по пути орбитальной станции не висят голографические объявления о его розыске.

— Имперцы обнаружили громадный тайник с оружием, боеприпасами и одним звездам известно чем еще. Насколько мы слышали, Империя экспроприировала около десятка горнодобывающих предприятий планеты, и доступ на нее закрыт до особого распоряжения. Такого на Заповедных планетах не бывает.

— Заповедных планетах?

— Планетах, где по той или иной причине добыча полезных ископаемых ограничена законом. Минимальное воздействие на окружающую среду.

Хас даже не стал скрывать замешательство:

— И когда это случилось?

— Почти сразу же после того, как ты улетел. Через несколько местных дней.

— Первый раз слышу, Моло, — покачал головой Хас.

Человек наклонился и понизил голос:

— Но нам известно, кто об этом знал. Твой связной — с которым ты тут встречался. Поговаривают, он бывший спецназовец.

— Был, но теперь он штатский. К тому же это был всего лишь обычный рейс. Не потому ли тут все на меня так таращатся? Думаете, это я все подстроил?

— Таращатся? Что ж, согласен — половина завидует, а вторая хочет тебя растерзать, но то, что ты сочувствуешь Империи, тут вовсе ни при чем.

— Импе...

Моло жестом заставил его замолчать.

— Половина, к которой принадлежу я, надеется, что у тебя найдется работенка и для остальных. Или, по крайней мере, что ты замолвишь за нас словечко.

Пока Хас переваривал услышанное, с трудом пытаясь успокоиться, вошел Матиз. Заметив, что Хас смотрит на дверь за его спиной, Моло повернулся, и на губах его возникла улыбка.

— Не стану вам мешать. Но подумай о том, что я сказал.

Хас несколько раз кивнул. Глядя на идущего назад к своему столику Моло, Матиз отодвинул тот же самый стул и сел.

— О чем разговор был?

Хас яростно уставился на него:

— Когда ты со мной связывался, ты ничего не сказал мне о том, что случилось на Самоваре. Заповедная планета — ничего себе!

— Если у тебя какая-то особая любовь к этой планете, — притворно удивился Матиз, — надо было предупредить заранее.

Хас хотел было высказать все, что думает по этому поводу, но сдержался. В конце концов, что для него значил Самовар? Все, что он сделал, — доставил груз.

— Мне нравится твой глазной имплант, — сменил он тему.

Матиз осторожно дотронулся до импланта.

— Все-таки не пришлось ждать Ветеранскую службу. Работает как в видимом диапазоне, так и в инфракрасном. Весьма удобно.

— Откуда имперцы узнали про доставленные нами торпеды? — все-таки не удержался от вопроса Хас.