Огонь Изначальный - Мария Боталова

С трудом переставляя ноги, я доковыляла до кровати и рухнула поверх покрывала. Бездумный, немигающий взгляд уставился в фиолетовый, усыпанный маленькими звездами балдахин. Какое-то время в голове было абсолютно пусто, руки мелко подрагивали, сердце гулко колотилось в груди, а на губах ощущался вкус его поцелуя, легкого, мимолетного, но такого опьяняющего.

Однако постепенно внутри вместе с растерянностью и непониманием зрела обида. Зачем? Ну зачем он меня поцеловал? Ни за что не поверю, будто могла понравиться Ксаю! Только не этому расчетливому и самоуверенному мужчине! И, главное, как он посмел это сделать после того, как волшебство вечера было безвозвратно испорчено некрасивой сценой между ним и незнакомым арэйном, кем-то из его многочисленных родственников?!

Неприятный осадок, оставшийся после увиденного, никуда не делся – только на время притупился, когда я, зачарованная моментом, смотрела в черные глаза арэйна и терялась в непонятных, странных эмоциях, которые он во мне вызывал. Но теперь, при воспоминании о сцене, невольной участницей которой я стала, вновь становилось противно. Теперь и сам поступок Ксая вызывал нечто, схожее с отвращением. Он привел меня на бал специально и своего, вероятно, добился. Он знал, как отнесутся к моему появлению, он провоцировал и не мог не предугадать реакцию вспыльчивого Кериана – для этого Ксай слишком расчетлив. Он не мог не знать, что первый удар придется по мне. И не важно, что потом Ксай меня защитил, ведь именно я, по его же задумке, стала причиной злости незнакомца. А после того как использовал и получил желаемое, Ксай к тому же решил меня поцеловать! Будто не видел, что мне произошедшее неприятно, будто не облили нас обоих грязью, будто вообще ничего не случилось.

Неожиданно раздавшийся стук в дверь поначалу показался игрой воображения. Однако стоило ему повториться, я поняла, что все же не пригрезилось. Что еще Ксаю от меня нужно?! Нет, не буду я ему открывать. Не хочу разговаривать. Даже видеть его не хочу.

Внезапно накатила такая обида, что едва удалось сдержать слезы. Ксай… он ведь нравится мне. Даже если это чувство – всего лишь очередное последствие магии Смерти, нравится! Но я никогда не думала о том, что между нами может что-то быть, помимо сотрудничества, в лучшем случае взаимовыгодного. Он же своим поцелуем, вероятно, ничего не значащим лично для него, что-то во мне перевернул, как будто землю вышиб из-под ног. Что мне теперь делать? Как себя вести? Несмотря на поцелуй, я по-прежнему уверена, что между нами ничего не может быть. Лучше бы Ксай меня вообще не целовал.

Стук опять повторился.

– Эй, Инира, ты здесь?

Я удивленно замерла. Илея? Не Ксай? Но ей-то что понадобилось?

Я сползла с кровати и с неохотой поплелась к двери. То, что посетительницей оказалась милая кузина Ксая вместо него самого, желания разговаривать мне не добавило. Хотелось зарыться под одеяло, спрятавшись от всего мира, и немного повыть, хотя бы немного – слишком сильно сбивают с толку смешанные чувства, в которых невозможно разобраться и так легко окончательно запутаться. И эта обида. Боги, как обидно! Зачем он так со мной поступил, зачем?!

– Я могу войти? – обнаружившаяся за дверью Илея, как выяснилось, пришла не с пустыми руками – арэйна держала громоздкий поднос с целым мясным блюдом, фруктами и соком.

– Входи, – растерянно пробормотала я, пропуская девушку в комнату.

Та прошла к столику, водрузила на него поднос и повернулась ко мне.

– Я подумала, ты проголодалась. Ксай, наверное, оставил тебя без ужина?

– Спасибо, – я натянуто улыбнулась, – не откажусь.

Признаваться, что и сама как-то забыла о полноценном ужине, удовольствовавшись парой канапе с праздничного стола, я не стала.

– Конечно, – хмыкнула девушка. – Он ведь был занят выяснением отношений с братом, где уж ему вспомнить о голодной спутнице.

– Брат? Кериан твой брат?

– Да, родной, – кивнула арэйна. – Кериан – родной брат, Ксай – двоюродный. Они никогда не ладили. Ты ешь, не стесняйся. А я… подожду.

– Поднос могут унести слуги, – неловко заметила я, присаживаясь рядом со столиком.

– А ты меня, значит, прогоняешь? – усмехнулась девушка.

Выходит, она пришла не только для того, чтобы накормить меня? Да, наверное, это логично. Ведь Илея вполне могла приказать слугам, чтобы те позаботились о моем ужине. Если она пришла, значит, с какой-то иной целью, нежели спасти меня от голода, который я действительно почувствовала при виде столь аппетитных блюд.

– Оставайся, – разрешила я. Правда, браться за еду не спешила. Вряд ли Ксай страдал беспричинной паранойей и если говорил, что в замке опасно, значит, опасность существует на самом деле. Несмотря на то что Илея на балу показалась мне весьма приятной арэйной, доверять ей без оглядки было попросту глупо.

Вспомнив недавно заученное заклинание, обратилась к Эфиру на понятном стихиям языке: «Покажи свою суть».

Частицы Эфира привычно зашевелились, перестраиваясь, меняясь местами, чтобы показать, что сокрыто внутри. Илея удивленно замерла, глядя на это удивительное, необыкновенное зрелище. В первый раз я тоже была потрясена при виде столь невероятной красоты. Теперь же больше обращала внимание на толщину, цвет нитей и концентрацию частиц стихии в них. Судя по всему, яда в пище нет – можно есть, не опасаясь отравления. Нет, ну мало ли – вдруг Илея решила избавить мир от причины семейного раздора в моем лице! Кто этих арэйнов Смерти разберет – я многого о них не знаю, как, например, не поняла всей сути разыгравшейся недавно сцены.

– Так ты арэйн Эфира? – спросила Илея, когда я, вдоволь налюбовавшись результатом заклинания, принялась за еду.

– Да, – подтвердила я очевидное и не менее очевидное добавила: – Наполовину.

– Огонь и Эфир… интересное сочетание, – задумчиво пробормотала девушка. – А я-то думала, что так привлекло в тебе моего кузена.

Похоже, она его недооценивает. Ксая заинтересовало не только сочетание Эфира и Огня, но также моя принадлежность к эвисам. Можешь гордиться, Илея, – твой брат по мелочам не разменивается.