Железный человек. Экстремис - Мари Джевинс

– Да, уже читал, – Сэл жестом указал на газету, лежащую на баре. – Интересно, а йога в тюрьмах предусмотрена?

Тони опустил взгляд, чтобы не смотреть Сэлу в глаза.

– Она даже не чувствует себя виноватой. Уверена, что раз она гений, то чувство вины не для нее, а ее разработки стоят жизней нескольких обычных людей. И то, что Маллен бегал вокруг, решая, кому жить, а кому умереть, ее совершенно не смущает.

Какое-то время они сидели молча. Тони поднял газету, которую читал Сэл. «Ученой предъявлены обвинения в происшествии в штаб-квартире ФБР» – гласил заголовок.

– А вчерашние заголовки видел? – спросил Тони.

– Нет. Прислали свежую порцию психоделического чая из Перу, так что весь день сидел дома.

– Ну и хорошо.

– Перестать быть плохим человеком почти невозможно. Тут нет твоей вины, – мягко заметил Сэл. – Мы так жили тысячелетиями. То, как изменился ты, твой сознательный выбор – практически никто так не сможет. Ну, если не прибегать к помощи фармацевтики, конечно.

– Ее посадят, Сэл. После того как она спасла мне жизнь и обновила мой костюм.

Сэл покачал головой:

– Она в ответе за смерть множества людей, Тони. И неясно, какие еще ужасы произойдут в мире по ее вине.

Тони нахмурился. Сэл прав, но Тони второй шанс давался не один и не два раза. В молодости он был безответственным, и Пеппер прикрывала его, пока он не исправился. Он был алкоголиком, но смог бросить пить. Он потерял свою компанию, но сумел отобрать ее у Стейна. Оружием «Старк Энтерпрайзес» убивали людей, но теперь он смог обратить это во благо другим.

«Где бы я сейчас был, не будь у меня второго шанса?» – задумался Тони, барабаня пальцами по столу.

– Согласен, штамповка номеров для машин – ужасная растрата ее интеллекта, – сказал Сэл. – А что, если мы попросим назначить ей общественные работы? Я смогу за ней присмотреть. Я следующей весной преподаю в Кремниевой Долине, институт занимается исключительно футурологией. Там есть курс по инновационным биотехнологиям – ей подойдет.

– После всего этого ее и близко к биотехнологиям не подпустят. Даже к медицине. Скорее всего, собаке температуру померить не дадут. Но я ценю твою заботу.

– А что насчет тебя? У нас и робототехника есть. Перемены пойдут тебе на пользу, а ты нам поможешь с курсом по искусственному интеллекту.

– Джарвиса отправлю. Он прекрасно имитирует, как мозг усваивает информацию. Чтобы вести курс по ИИ, я ему не нужен. И имена студентов он запомнит быстрее, чем я.

Сэл от души расхохотался:

– ИИ читает курс по ИИ! Я подкину идею. О, пусть одно занятие какой-нибудь твой старый костюм проведет – студентам надо на что-то поглазеть во время лекции. Получится, как будто ты в классе, а сам можешь продолжать сидеть на своих совещаниях.

Тони тоже рассмеялся. Затем наклонился поближе, нахмурившись:

– А вот как называется, когда ты производишь оружие, которое убивает людей, хотя сам ты этого не делаешь?

– Тони…

– Я понимаю иронию, Сэл. Может, мне тоже место в тюрьме? Я никого не убивал, я лишь делал оружие, которым убивали. Просто делал оружие, как и Майя. Я сам никого не убил, как и Майя. Но то, чем занимался я, считается легальным, хотя моим оружием убили куда больше людей, чем ее.

– Тони, когда ты был маленьким, мама читала тебе «Трех поросят» или «Гензель и Гретель»?

Тони заказал себе минералку.

– Сэл, моя мама… она мне читала другое. У меня были две книги: «Майк Маллиган и его паровая лопата» и «Паровозик, который смог». Затем мы переключились на «Популярную механику», а когда я чуть подрос, то стал рисовать иллюстрации к «Физике» Аристотеля. Сказки были мне как-то не интересны.

– Как же с тобой сложно. Ты был странным… но суть не в этом. Я к тому, что когда мы были младше, «добро» и «зло» были простыми концепциями. Три поросенка – это добро, Серый волк – зло. Но с возрастом эти линии стираются, жизнь становится сложнее и сложнее: «Ну, я просто скажу маме, что лег спать, а не читал всю ночь с фонариком свежий выпуск „Популярной механики”».

– Хочешь сказать, что сначала читаешь по ночам, а через пару десятков лет уже поставляешь противопехотные мины в Камбоджу?

– Я хочу сказать, что все проблемы в жизни возникают из-за нечетких границ морали. И ты, и Майя пересекали эту линию, и оба не по лучшим причинам. Твое оружие защищало одних и угрожало другим. Даже твой костюм Железного Человека представляет опасность хотя бы для твоих сотрудников. Что скажешь, если вдруг похитят миссис Ренни?

– Кроме слов сочувствия похитителям?

Сэл улыбнулся.

– Ну серьезно, Тони. Между тобой и Майей есть важное различие. Она думала, что ее подход – единственно верный. Она не сможет измениться. А у тебя в теле не зря последние разработки – ты эволюционируешь и как человек. Ты не просто работаешь в сфере новейших технологий, ты сам новейшая технология.

Они немного помолчали. Дверь на кухню распахнулась, оттуда вышла официантка с подносом в руке. Она улыбнулась и поставила на стол горячий куриный пирог.

Тони рассмеялся.

– Что? – Сэл изобразил неподдельное удивление. – Ты что, думал я про другую выпечку говорил?

– Я понимаю, о чем ты говорил, Сэл, – ответил Тони. – Ладно, мне пора. Надо вернуться на Кони-Айленд, доделать кое-что по работе. Потом сделать пару пролетов для фанатов, повидаться с Пеппер. Ох и разозлится же она, когда узнает, что я опять чуть не погиб. В общем, звони, как окажешься возле телефона-автомата, хорошо?

Тони направился к выходу, но остановился на пороге. Из зеркала в гардеробе на него смотрело его отражение.

– Опять ты! – Тони с минуту смотрел на себя. Оглянулся на Сэла, тот сжал руку в кулак и выставил большой палец вверх – отличный пирог! – а потом помахал рукой. Тони усмехнулся и вновь посмотрел на себя в зеркало.

– Рад тебя видеть.