Рефлекс - Стивен Гулд

Как бы ей не растолстеть от такой жизни. На деле еду Милли едва пробовала: откусит пару раз – и «все, больше не могу». Нет, блюда были вкусные, просто, с тех пор как исчез Дэви, у Милли пропал аппетит.

Посетив несколько мест, Милли прыгнула в «Кинко» на Манхэттене и проверила электронную почту. Андерс прислал новое письмо с просьбой позвонить. «С сотового не звоните», – предупредил он и оставил контактный номер. Милли прыгнула в Вашингтон, на Юнион-стейшн, и позвонила с таксофона.

– Вторую «скорую» бросили в Тивертоне, штат Род-Айленд. Этот городишко на берегу реки Саконнет, напротив Портсмута. «Скорая» два дня простояла на стоянке местной больницы. Люди видели ее, но думали, что это машина для трансфера, что она приезжает и уезжает. В итоге патрульный сопоставил номерной знак «скорой» с ориентировкой ФБР и позвонил.

– Снова северо-восток, – отметила Милли.

– Да. Агенты ФБР обыскали машину. Отпечатков пальцев не нашли – только несколько смазанных, оставленных в перчатках. Фельдшеры бригад «скорой помощи» постоянно носят латексные перчатки, поэтому нечеткие пятна особого значения не имеют. Выходящих из машины никто не видел. ФБР расширяет зону поисков – выясняет, не видел ли кто эту скорую в других городах Род-Айленда, но пока безрезультатно.

– «Скорая» опять нашлась на северо-востоке, – задумчиво проговорила Милли. – Как и брошенная в аэропорту Бостон-Логан. Значит, есть основания считать северо-восток хотя бы общим направлением поисков.

– Да, есть, – согласился Андерс. – Только позвонить я просил не поэтому.

– Не поэтому?

– За мной следят – коллеги по АНБ. Кто-то наверху стопорит поиски Дэви. Они перераспределяют ресурсы и противодействуют наблюдению за компанией «Бохстеттлер и партнеры».

– Теперь за вами наблюдают? Нас подслушивают?

– Нет. Это предоплаченный сотовый, который я за наличные купил несколько месяцев назад, когда вел другое дело. Оформил телефон на вымышленное имя, оставил на крайний случай, но так и не использовал. Ваш телефон у АНБ есть. Номер вы указали на объявлении, значит они получат у вашего оператора электронный порядковый номер телефона. Поэтому я просил не звонить с сотового.

– Не ругайте объявления. Благодаря им я встретила мисс Джонсон. Они притянули Паджетта и Гиацинту Поуп.

– Касательно мисс Джонсон я соглашусь. А касательно Паджетта и Поуп уверенности нет. Любой, кто знал о встрече Дэви с Брайаном Коксом, наверняка слышал, что наблюдение за вами перенесено из Оклахомы в Вашингтон.

– У АНБ очередная утечка. – Милли не спрашивала, а констатировала факт.

– Возможно, дело и не в утечке, – тотчас парировал Андерс. – Судя по развитию событий, возможно, мы столкнулись с другим отделением агентства.

– Так Дэви похитило АНБ?

Андерс ответил не сразу:

– Если не они, то кто-то настолько влиятельный, что смог воздействовать на агентство.

Милли вернулась в Бостон, теперь на непримечательный участок мостов к востоку от Старого Капитолия. Видеозапись не потребовалась – место прыжка воскресило воображение, и не столько по его облику, сколько по визуализации события, с которым оно ассоциировалось, – с Бостонской бойней. В детстве Милли читала биографию Гриспаса Атокса^[46], а посетив Старый Капитолий вместе с Дэви, запомнила его навсегда.

Милли оказалась в группе туристов посреди экскурсии. Несколько человек охнули, один споткнулся.

– Извините, – проговорила Милли и зашагала прочь.

За спиной у нее раздались голоса: «Откуда она…», но их быстро заглушил шум транспорта.

На такси Милли добралась до Южного вокзала Бостона и села на поезд Транспортного управления залива Массачусетс до Провиденса. В Тивертон она ехать не собиралась. Вслед за Андерсом Милли считала, что в том городишке просто бросили «скорую». Впрочем, мест для прыжков в Род-Айленде у нее не было. У Дэви они имелись, но, не посетив их лично, кассеты смотреть не стоило.

До Провиденса поезд сделал несколько остановок, и в общей сложности поездка заняла час три минуты. Милли могла куда быстрее долететь на самолете или взять напрокат машину, но в обоих случаях потребовалось бы удостоверение личности, а ей хотелось нигде не «светиться». При одной мысли об этом Милли почудилось, что электронные пальцы ощупывают голову и тянут за одежду. Она содрогнулась.

В Провиденсе Милли на такси приехала к набережной и, купив кофе, немного прогулялась вдоль старых зданий в восточной части города. Она нашла проулок, из которого открывался интересный вид на набережную, и выбрала его местом для прыжков. Несколько раз она его испробовала, прыгая в Гнездо и обратно, потом энтузиазм иссяк, и она села на скамейку лицом к воде.

Температура не превышала десяти градусов, зато было ясно и почти безветренно. Милли завернулась в старую кожанку Дэви и стала хмуро смотреть на чаек, в ожидании усевшихся перед ней.

«Что я делаю? – спрашивала она себя. – Разве эта суета поможет? Ну, она поможет мне не сойти с ума».

Милли бросила стаканчик из-под кофе в урну и зашагала вдоль набережной к отелю «Рэдиссон». Из-за угла показался мужчина и побежал прямо к ней. Милли вздрогнула, а потом поняла: это просто бегун.

На миг она подумала… О чем? Что ее узнали, хотя она в городе, где ее не ищут. Если она станет проверять места, где может оказаться Дэви, то АНБ, ФБР или сотрудники «Бохстеттлера» ее опознают. С этим нужно что-то делать.

Милли вернулась в Гнездо и, перебрав кассеты, нашла место для прыжков в Лондоне. Там было четыре пополудни, но на Кенсингтон-Хай-стрит Милли разыскала свободного парикмахера, согласного обслужить ее за американскую валюту.

Через два часа прямые темно-русые волосы длиной до плеч превратились в короткую стрижку «под мальчика» и стали белокуро-пепельными. Молодая стилистка с синими волосами и пирсингом попросила у Милли телефон, а в ответ услышала уклончивое: «Я туристка. Сегодня же возвращаюсь в Штаты».

Милли сдержала слово и прыгнула в Альбукерке, в оптику на пересечение бульвара Юбанк и Команчи-роуд. Это место она знала не по прыжкам с Дэви, а потому что часто гостила у двоюродных братьев, живущих по соседству. Чтобы уши меньше закладывало от перепадов давления, Милли сначала прыгнула в Гнездо, потом в Альбукерке, в миле над уровнем моря.

Хорошо, что Милли прыгнула в зону горного времени. Без предварительной записи ей пришлось ждать приема целый час. Доктор сказала, что перед примеркой контактных линз нужно сузить зрачки, поэтому в приемной Милли сидела с повязкой на глазах.

За последние годы качество линз явно улучшилось. Подростком Милли пробовала линзы, но категорически от них отказалась: надевать долго, носить неудобно.

Теперь линзы надевались за пару мгновений. По совету доктора Милли выбрала временные контактные линзы длительного ношения. Такие две недели не снимаешь ни днем, ни ночью, а потом выбрасываешь. Линзы были зеленые, и, взглянув в зеркало, Милли себя не узнала.