Мы воплотим богов - Девин Мэдсон

Начало оказалось неудачным, но к тому времени как мы вернулись к лестнице, Сичи обрела прежнее самообладание.

–Давай покончим с этим,– сказала она, положив руку мне на плечо.– Удачи, Коко. Жду тебя на вершине, запыхавшуюся и желающую прилечь!

Ее смех прозвучал натужно, но улыбка была полна решимости. Кивнув капитану Кирену, Сичи направилась к своей стороне лестницы, чтобы начать подъем.

Я последовала за вторым священником с другой стороны, Тор за мной, а капитан Кирен с напряженным лицом замыкал процессию.

Я никогда не бывала в Куросиме и всегда думала, что жалобы на высоту лестницы преувеличены, но хотя подъем на тысячу четыреста сорок четыре ступени начался легко, он недолго таким оставался.

–Храм построили на вершине горы по определенной причине?– через некоторое время спросил Тор, сбившись с дыхания.

–Он не на вершине. Только на полпути к ней. Но подниматься нужно на тысячу четыреста сорок четыре ступени, потому что именно столько дней богиня Лунья ждала своего мужа.

Мы молча прошли еще несколько ступеней, пока не последовал вопрос:

–Это было на самом деле?

Я оглянулась. Лицо Тора, как всегда, было хмурым и сосредоточенным.

–Так говорится в легендах.

–Но это правдивая история?

–Правдивая? Ты спрашиваешь, существовала ли богиня на самом деле?

–Да.

–Я… Я не знаю. Ты веришь в богов?

Он долго молчал, и я снова оглянулась, удивившись, насколько серьезно он обдумывает вопрос.

–Вряд ли,– сказал он наконец, смахнув с пути наглый папоротник.– Раньше верил, потому что не было причин не верить, но теперь у меня нет причин верить. Разве кто-нибудь видел бога? Разговаривал с ним?

–Ты не считаешь, что твоей судьбой управляют боги?

–Нет. Я сам принимаю решения. Винить за них богов – это… как перекладывать вину на другого. Люди поступают так, чтобы чувствовать себя лучше.

–Как цинично.

–Возможно.

–Если ты не веришь в богов, то зачем поднимаешься к Куросиме?

И снова он ответил не сразу, но на этот раз, когда я обернулась, встретился со мной взглядом, но тут же отвернулся.

–Из-за вас. Я… У меня не было возможности извиниться за то, как я ушел.

–Тебе не за что извиняться, Тор. Это я должна извиниться за то, что слишком много у тебя просила. Даже не просила, а… ожидала.

–У вас на это больше причин, чем у моего народа.

Он поравнялся со мной. Зажатые между влажными лапами горных папоротников ступени были как раз достаточной ширины для нас обоих.

–Скорее, я просто привыкла добиваться своего,– сказала я, скрестив руки на груди.– Вокруг меня всегда слуги, которые выполняют указания. Это не значит, что я отношусь к тебе как…

Я замолчала, ожидая увидеть презрительную гримасу, но он только посмотрел на меня. Внимательно. С любопытством. Его мысли невозможно было разгадать.

–Я…

–Что?..

Мы оба заговорили одновременно и тут же замолчали.

–Продолжайте.

–Что ты…

Мои щеки покраснели, и я помахала рукой, не сомневаясь, что идущий следом капитан Кирен закатил глаза, мысленно подгоняя нас.

–Ты первый.

–О нет, я не собирался сказать ничего важного.

–Как и я.

Идущий впереди священник откашлялся, и, пробормотав извинения, я продолжила подъем, желая провалиться сквозь землю. Никто еще не заставлял меня почувствовать себя настолько нескладной и неловкой, полной тупицей, неуверенной в себе.

–Нет,– резко сказала я, снова повернувшись к Тору.– Это важно. Я собиралась спросить, знаешь ли ты, зачем мы поднимаемся к святилищу.

–Чтобы получить благословение перед вашей свадьбой с доминусом Виллиусом, как я слышал, и надеюсь, вы знаете, что это ужасное решение.

Священник остановился и со вздохом обернулся, терпеливо сложив руки перед собой. Капитан Кирен тревожно осматривался. По мере подъема туман сгущался, как будто мы шли сквозь облака. Надо было поторапливаться, но, сделав глубокий вдох, я ответила:

–Нет, я заключаю брак с Сичи.

–Отлично! Это гораздо разумнее, чем выходить за Лео.

И все. Ни хмурой гримасы. Ни удивления. Просто кивок, как будто это в порядке вещей, но каким-то образом его реакция лишь распалила раздражение, а не притушила его.

–Правители делают, что должны,– огрызнулась я и быстро двинулась дальше, так что священнику впереди пришлось поторопиться.

–Погодите, я не…

–Да,– бросила я через плечо.– Но ты осуждал меня за брак с доминусом Виллиусом.

–Да, потому что он…

Тор проглотил слова, и, хотя я была с ним согласна, мне хотелось, чтобы он продолжил спор и я могла бы прокричаться. Однако он не стал, и установилось неловкое молчание. Я лишь один раз оглянулась на капитана Кирена и с раздражением обнаружила непроницаемое выражение его лица.

Бесцельный гнев поддерживал во мне энергию на следующую сотню проклятых ступеней, но вскоре я опять начала уставать, ноги стали гирями, хотелось отрезать их и выбросить. Конечно, тогда я не смогла бы идти, но еще сотню ступеней я преодолела, воображая, каким легким станет тело без различных частей. Задумавшись о голове, я остановилась. После смерти Танака казался намного тяжелее. Возможно, в другой жизни это я потеряла бы голову в тронном зале, а сегодня он наконец-то женился бы на Сичи.

Однажды матушка совершила такое же восхождение, чтобы выйти замуж за императора, которого не любила, ведь только так она могла уберечь созданную ею империю, и остаток подъема я воображала, что иду по ее следам. Но я делала это не ради империи, а ради себя и во имя всех императриц до меня, забытых или отодвинутых в тень, которых принижали, игнорировали или предпочитали им жен помоложе и покрасивее. Ради матери, которую сломила жизнь в качестве главной шлюхи империи. Моя борьба тоже может окончиться ничем, но еще есть время. Нужно только больше информации и союзников.

Я опять посмотрела на Тора.

–Рах и его Клинки еще не ушли?

–Они ищут информацию,– осторожно ответил он.– Как и сказал этот Унус. Информацию о Лео. Точнее, не столько о нем, как о людях вроде него. Другие собираются домой, но Рах хочет узнать все возможное о людях вроде Лео, которые уничтожают наши родные места. Не говорите ему, что я это сказал, но думаю, это самое мудрое его решение – не бросаться в атаку, ничего не зная.

Я снова остановилась, резко развернувшись к нему, шаги священника тоже затихли.

–Значит, близнец Лео говорит правду. Рах хочет что-то узнать у Торваша?