Стрелы Сехмет - Михаил Ежов

— Мерзость! — произнесла сквозь зубы Марина.

— Можешь остаться здесь, — предложил я. — Или, если хочешь, я верну тебя в Кремль.

— И всё пропустить⁈ Нет уж, спасибо.

Девушка не сводила глаз с красных насекомых.

— Надеюсь, они хотя бы не кусаются?

— Нет, — сказал старик. — Если их не злить.

— А что нужно, чтобы они разозлились?

— Пялиться на них слишком долго, — усмехнулся он. — Показать свой страх.

— Почему вы пропускаете её? — спросил я, имея в виду Марину.

Девушка бросила на меня тревожный взгляд.

— А в чём проблема? — якобы удивился старик.

— Вы намекнули на то, что она недостойна…

— Я сказал, что проверю, достойны ли вы указания пути, — перебил меня старик. — И ничего другого. Я проверил. Должно быть, ты меня неправильно понял.

— Нечистая душа — не причина… — начал я, но старик снова меня прервал:

— Ты что, судья⁈

Я понял, что лучше умолкнуть.

— У каждого из вас свой расчёт, — проговорил старик, смерив нас обоих взглядом. — Но я думаю, вы сумеете прийти к компромиссу. Так что ступайте и делайте это, пока я не передумал! — он хитро подмигнул, но я был уверен, что он говорил серьёзно: если мы будем тянуть, он спрячет свой шар с насекомыми.

— Как нам достать их?

— Просто возьмите.

Я протянул руку и схватил одного из шершней. Сделать это оказалось на удивление легко, хотя насекомое жужжало и стрекотало прозрачными крыльями. Скривившись от отвращения, Марина последовала моему примеру. Мы стояли, держа маленьких пленников и глядя друг на друга. Я положил шершня в рот и заставил себя сделать глотательное движение. Марина поморщилась, но тоже съела насекомое.

Старик одобрительно крякнул, а затем широко развёл руки и резко хлопнул в ладоши. Золотые орлы расправили крылья, и вокруг нас поднялся непонятно откуда взявшийся красно-лиловый вихрь.

Он затянул нас не хуже обычного торнадо, и мы поднялись, оторвавшись от прозрачного «пола». Наверху образовалось нечто вроде светящегося кольца, которое расширялось по мере нашего продвижения. Вокруг мелькали крылья орлов. Кажется, они становились всё больше. Воздух гудел, уши закладывало, и когда я открыл рот, чтобы крикнуть Марине что-нибудь ободряющее, мои слова потонули в грохоте вихря.

Нас подняло к кольцу, и стало заметно, что оно состоит из множества точек, соединённых тонкими энергетическими нитями. К гулу добавился треск электрических разрядов. Волосы стали дыбом, кожа покрылась мурашками. Мы проскочили через кольцо, и подъём сменился падением.

Я пытался понять, что происходит, и куда мы направляемся, но для этого требовалась более спокойная обстановка. Мне удалось лишь проследить общее направление, перед глазами мелькали координаты, но я не мог сосредоточиться и понять, куда нас несло.

Впрочем, не прошло и минуты, как мы получили на это ответ: в глазах ослепительно вспыхнуло багровое пламя, и нас с Мариной швырнуло на что-то жёсткое. Стало удивительно тихо и светло. Осмотревшись, я понял, что мы лежим в снегу на склоне горы. Внизу расстилалась небольшая равнина, окружённая холмами и высившимися до самого горизонта скалами. Пики с белыми вершинами упирались в голубое небо, на котором не было и следа кольца, из которого мы выпали.

— Где мы⁈ — прохрипела Марина, вставая на колени и прищуриваясь.

— Пока не знаю, — ответил я.

— Можешь определить?

— Думаю, да.

Мы встали и отряхнулись. Воздух был холодный, так что пара тёплых курток, шапок и так далее не помешали бы. Я проверил руку, на которой до сих пор был шина. Вроде, всё в порядке.

— Не жарко, — заметила Марина, зябко обхватывая себя за плечи.

— Я могу достать тёплую одежду, — предложил я. — Только выясню, куда мы попали.

— Давай быстрее!

Я открыл стерк-тоннель и проверил координаты. На это ушло не больше нескольких секунд. Мы были на Земле, и это уже радовало. Правда, пока не ясно, в родном ли измерении.

— Ну? — нетерпеливо произнесла Марина, когда я повернулся к ней.

— Это Гималаи, — сказал я. — И где-то тут должна быть Шамбала.

— Да? — Марина скептически осмотрелась. — По-моему, её искали много веков, но так и не нашли. Думаешь, у тебя получится?

— Вряд ли её искали там, где надо.

— Ты о чём?

— Не догадываешься?

— Слушай, хватит интриговать! — Марина раздражённо откинула со лба чёлку. — И достань, наконец, одежду!

Только теперь я заметил, как сильно она на самом деле нервничает.

— Сейчас, — кивнул я и перешёл в стерк-пространство.

Конечно, мне пришлось исчезнуть на пару минут — и обокрасть кого-то, чтобы раздобыть пару пуховиков и шапок.

— Вот, — вручил я добычу Марине.

— Господи, ты прямо из воздуха появился! — проговорила она, забирая одежду и натягивая её на себя. — Вот так получше.

Я тоже утеплился.

— Я так понимаю, ты думаешь, что Шамбала в стерк-пространстве, но искать её надо где-то здесь? — спросила Марина.

— Да. Хотя, наверное, в Гималаях просто находятся указатели.

— Ладно, ты у нас главный, так что тебе и флаг в руки. Я тут не вижу ничего, что нам помогло бы, кроме того, ты меня взял в качестве зрителя, так что… — она пожала плечами. — Кстати, а что ты вообще знаешь о Шамбале?

— Ну… так, кое-что. В самых общих чертах. Древний город, предположительно мифический. Обитель мудрецов, стремящихся к духовному совершенству.

— По-моему, пора применить старый трюк, — предложила Марина. — Прежде, чем лезть в Шамбалу, недурно бы вначале выяснить о ней побольше.

— Согласен.

Я настроился на то, чтобы подключиться к Сети. Надо получить хотя бы общее представление о Шамбале — вдруг это поможет обнаружить ориентиры, которые приведут нас к ней? Открыв сайты с текстами, я отсортировал и отбросил совпадающие куски, вычленил то, что показалось мне наиболее интересным и важным. Затем просмотрел материал, тут же отбрасывая всё лишнее. В результате улов оказался не так уж и велик: всё-таки место, считающееся выдуманным, не может похвастать такой же богатой историей, как, скажем, Ватикан или Истамбул. Но кое-что я нашёл.

— Ну как? — спросила без особого интереса Марина, когда поняла, что я уже разорвал связь с Сетью. — Попалось что-нибудь стоящее?

— Даже не знаю, — честно признался я. — Суди сама.

Я рассказал ей о том, что, по поверьям, Шамбала была царством, которое в девятом веке после вторжения мусульман в Среднюю Азию стало невидимым.