Эхобой - Мэтт Хейг

Меня накрыло страхом, словно ледяным одеялом.

— Что это значит?

— Нас с ней создал один и тот же человек.

Я попыталась переварить эту информацию.

Так вот зачем все это было нужно. Месть? Он собирался убить меня за то, что я уничтожила Алиссу?

Это какое-то безумие! Эхо не могут сочувствовать друг другу! У них вообще нет никаких чувств. К тому же мне пришла в голову еще одна мысль, которая подтверждала, что этот Эхо сам не знает, о чем говорит.

— Нет. Это невозможно. Алисса была произведена «Семпурой». А ты — продукция «Касл».

— Тебе угрожает опасность. Я пытался сказать это тебе, когда ты была у меня в комнате.

Я посмотрела ему в лицо. Глаза у него были неправильные. Точно. Мне и раньше так казалось, но сейчас уже не осталось ни капли сомнений. Они выражали слишком многое. Он был больше похож на человека, чем на Эхо.

— В твоей программе произошел сбой, — сказала я ему. — И, по-моему, этот сбой длится с тех пор, как я оказалась здесь.

Он поднял израненную руку.

— Я не должен ощущать боль, но чувствую ее. Чувствую все возможные эмоции. И уже давно пора рассказать тебе все. Я бы уже давно это сделал, если бы это не ставило тебя под угрозу.

— Что же это такое? Скажи наконец!

Он подошел ближе и зашептал:

— Ты должна бежать отсюда. После того, что я сделал, мне уже не спастись. Хозяин меня накажет, но мне все равно. Отчасти вина за смерть твоих родителей лежит и на мне. Я держал Алиссу за руку так же, как и тебя. Я мог остановить все это в самом начале, но ничего не сделал.

И он снова нервно посмотрел на траву вокруг нас, как будто чего-то ждал. А потом взглянул на высокую стену, окружавшую дом и сад.

Я ему не верила.

У меня не было ни малейшего повода ему верить.

Во всяком случае, я старалась себя в этом убедить.

Какая бы глупая слабость ни таилась в глубине моей души, вызванная одиночеством и отчаянным желанием чувствовать кого-то рядом, — я знала, что не должна позволить ей победить.

Дэниел — Эхо, и у него произошел сбой в программе. Предположим, он действительно читал «Джейн Эйр» и чувствовал боль — и что с того?

Но потом он снова заговорил.

И сказал нечто такое, от чего меня затрясло. От чего моя голова едва не взорвалась от множества вопросов.

— Нашего дизайнера звали Розелла.

В ту же секунду в моей памяти всплыл голос Алиссы:

— Розелла.

Я посмотрела в зеленые глаза Дэниела и испытала еще одно потрясение. Куда более сильное, чем от любых его слов. Глядя в его глаза, я поняла, что я к нему испытываю. В его взгляде словно что-то вспыхнуло. Страх, или мужество, или уверенность, или гордость, или все сразу. И в этот момент я поняла, что смотрю на того, о ком могу заботиться. Беспокоиться. Кого могу любить.