Последний реанорец. Том VII - Вел Павлов

Правда, до самого конца я так и находился в центре внимания множества заинтересованных и любопытных княжеских глаз. В одно из мгновений со мной даже умудрился встретиться хмурый и заметно рассеянный Осокин, но на его реакцию мне было глубоко наплевать.

‒ Молодец, зять! ‒ задорно рассмеялся Трубецкой, со всего маха вмазав мне по плечу, отчего оно невольно заныло. ‒ Навёл шороху в этом гадюшнике. Сейчас побегут разносить вести. И всё увиденное любой князь с десяток раз обмусолит на родовых собраниях. По крайней мере, я бы так и сделал. К вечеру так вообще вся столица будет знать, что ты чуть не прикончил Давыдова.

‒ Каковы их настоящие ранги? ‒ выныривая из собственных размышлений, осведомился я, невольно морщась от боли и прикладывая руку к свежей ране.

‒ Вообще-то это не так просто узнать, хотя в целом ты угадал верно, ‒ деловито хмыкнул Михаил. ‒ Так что в честь предстоящей свадьбы с моей внучкой сделаю тебе подарок. Давыдов, Акинфов и Аксаков на пике архимагистров. Но признаюсь честно, что Сергей самый слабый из них. Воронцов же давно находится на грандмагистре третьей степени. Так что я если честно удивлен. Ты редкое чудо-юдо и порой пугаешь даже меня.

Боюсь, если рунное тело будет завершено до конца и если я случайно выдам свои истинные силы, то плакала моя спокойная жизнь.

‒ Я потратил почти все силы, да и мне серьёзно повезло, ‒ решил оправдаться я, продолжая пальцами ощупывать ранение. ‒ К тому же Давыдов держал меня за дурака и сражался вполсилы. Пусть винит свою расхлябанность.

Вру, конечно, что все силы, лишь где-то процентов семьдесят-восемьдесят, но так или иначе я всё равно удивлён, что он столь слаб.

‒ Всё так, ‒ пожал плечами Трубецкой. ‒ Но это не отменяет того факта, что ты его чуть не прикончил.

‒ А повелители? ‒ вдруг в лоб спросил я, чем резко вывел светлого князя из пелены мыслей. ‒ В империи есть повелители?

‒ С этим вопросом лучше обращайся к нему, ‒ хитро прищурился Трубецкой, головой махнув в сторону оживившегося Потёмкина. ‒ Он в этом знаток.

Целую минуту советник не сводил с меня своего цепкого и изучающего взгляда, однако по истечении еще некоторого времени согласно кивнул.

‒ Есть. Повелители есть в каждой империи, ‒ начал объяснять старик. ‒ Но так уж вышло, что даже среди повелителей есть огромная разница в голой силе. Если же говорить начистоту, ‒ с сомнением и затихающим голосом продолжил светлый князь. ‒ То я едва ли смогу одолеть Петра или же Владимира. Ты похож на него, между прочим, Захарушка, ‒ вдруг расплылся в лукавой улыбке мужчина. ‒ Также невероятен и быстро набираешь силу. Что же касательно могущества императора, то о ней мы с Мишенькой можем только догадываться. Правда, размышлял я сейчас не об этом. Представление ты устроил выше всяких похвал, но уверен, что сдюжишь последствия? ‒ сведя вместе брови резко спросил он.

‒ А разве у меня есть выбор?..

***

Москва. Российская Империя

Пара дней спустя.

Зудящая столица…

‒ Вы слышали последние новости на совете князей?..

……

‒ Имперский князь Лазарев?..

‒ Да быть такого не может! Двадцатилетнему юноше был жалован столь высокий титул?

……

‒ Палач Империи? Кровавый Лазарь? Князь?..

……

‒ Четверо наследников были избиты из-за оскорбления?

‒ Не избиты, а почти убиты! Посмели дерзить молодому князю и унизили того по собственной глупости и незнанию!

……

‒ Давыдов и Воронцов схлестнулись в схватке против одного мальчишки-князя?

‒ Всё так. Сергей не сдержался и в гневе напал. Его наверняка убили бы, если бы не вмешался Николай.

……

‒ Этот мальчишка слишком жесток и непредсказуем.

‒ Я тоже так думаю. Боюсь, церковники были правы на его счет…

……

В целом и кратко, по донесениям Хельги именно такими и были множественные разговоры, пересуды и обсуждения. Столица оживилась после совета князей и судачила, что было мочи. Точнее судачил так или иначе каждый дворянин. Только ленивый не делал этого. Множественные новостные порталы в паутине, газетные издательства, Златограм, различные салоны, увеселительные и развлекательные заведения. Сплетни со слухами бурлили с нарастающей силой и с каждым днём продолжали набирать свой ход.

Правда, уже в следующий миг из вороха мыслей меня вывели нежные прикосновения тёплых рук, следом пришлось ощутить слабое движение мягких и тёплых тел под самым моим боком, а секунду спустя из-под одеяла показалось сразу два миловидных и сонных личика.

Утро было воистину приятным, а ночь оказалась приятнее вдвойне. Кто бы предполагал, что каким-то образом Алина и Прасковья смогут уболтать своих стариков остаться у меня в гостях на ночь.

‒ Посмотри только на него, Алиша, ‒ соблазнительно потягиваясь всем телом, и сонно зевая, вдруг тихо зашептала Куня, между делом по-хозяйски забрасывая мне на бедро свою загорелую ножку и целуя в щеку. ‒ Палач Империи в раздумьях.

‒ Размышляешь о князьях? Правильно ли поступил с Давыдовым? ‒ тихо осведомилась Трубецкая, кладя свою головку мне на грудь.

‒ Что? Вовсе нет. Плевать на Давыдова. Пусть благодарит судьбу, что жив остался, ‒ отмахнулся я, с плотоядной улыбкой подминая под себе обеих оголённых княжон. ‒ Захотят сражения, пусть приходят. Я думаю о том, каким именно образом вы смогли уговорить своих стариков отпустить вас ко мне. Что о вас подумает знать? Высокородные боярышни, а ночуют бес знает у кого. Что за распутство? ‒ с наигранным гневом вопросил я.

‒ Я сказала, что нам нужно готовиться к приёму, ‒ с улыбкой призналась Алина, плотнее прижавшись ко мне. ‒ И да, делать такие задачи сподручнее здесь в усадьбе.

‒ Мне пришлось ска…

Однако голос Прасковьи в следующее мгновение заглушил мягкий стук в двери покоев, а следом раздался голос Хельги и стоило обеим девушкам вновь скрыться под одеяло, как женщина тут же прошла внутрь.

‒ Знаю, что не вовремя, и прошу прошения за свою бесцеремонность, но дело важное.

‒ Ничего, Хельга, мы понимаем, ‒ в унисон раздались голоса обеих княжон, а миг спустя из-под одеяла показались две взъерошенные и заспанные мордашки.

‒ В чем дело? ‒ сладко зевнув поинтересовалась Потёмкина.

Правда, вместо ответа начальник службы безопасности лишь махнула черным конвертом у себя перед носом.