Пропаданец - Евгений Шепельский

Выражение лица у меня было – как у пьяного водилы, который выехал на пост ДПС и вдруг сообразил, что денег на взятку в карманах – рублей десять.

Франног сказал с трепетом:

– Он не отбрасывает тени.

– Я вижу.

– Он… погляди, он…

– Я вижу!

Ладони мудреца заелозили по планширу.

– Ай-ай-ай, он же идет в нашу сторону!

– Я вижу!!!

Молчаливая громада корабля неторопливо скользила по направлению к «Выстрелу»; форштевень не вспенивал воду, он рассекал ее как нож масло.

Высокие борта, некогда крашенные охрой, а ныне ржавые, в зеленовато-коричневых наплывах; массивные серые мачты в расцветке блеклых зеленых огней, игольчатый бушприт, под которым застыла облезлая кариатида. Истлевшие космы парусов свисают с реев как огромные черные сосульки…

– Небулиумное свечение… Оно свойственно призракам!

Я скрипнул зубами. Меня пробрал суеверный ужас, однако виду я не подал.

– Здравствуйте! Что это призрак, я вижу и без вас! Он не отбрасывает тени, да и потом – гляньте, там же ни одного человека! – Я прищурился. – Может, когда подойдет ближе… Черт, я уверен: там никого нет!

– Ох, ох, сынок!

– Призрак, и вдруг днем. Разве такое бывает?

– Увы и ах! Да-да, бывает, и часто.

– Знавал я одного призрака, давно было дело… Франног, это ваши штучки?

Мудрец вскрикнул непривычно тонким голосом:

– Э?

– Вы пытались призвать демона… Провалилось! Вместо него явилось не пойми что. Демоны, призраки, какая разница?

– Ой же ты невежа! Ой же ты болван! Разница огромная! Мне что, прямо сейчас тебе объяснять?.. А вот твое невезение – оно способно вполне.

Я гневно хватил по планширу кулаком:

– И кто же в нем виноват?

Из глаз мудреца немедленно брызнули слезы:

– Шахнар! Не будь таким импульсивным! Знаешь ведь: я хотел как лучше.

– Конечно, а получилось как всегда.

Парусник медленно шел по направлению к «Выстрелу», он не отражался в волнах и не отбрасывал тени. Мертвая громада с массой зеленых огней, рассыпанных по рангоуту. Мое сердце заметалось в груди.

– А вот я ни в чем не убежден. Уреш, прекратите лить слезы! Он идет к нам… Чего он от нас хочет, этот «Титаник»?

Бородатый аскет сверкнул лысиной, утер глаза рукавом.

– Не знаю. Разное.

– Что «не знаю»? Что «разное»?

– Всякое. Ох! Призрак – это всегда не к добру. Поверь, нам лучше с ним не встречаться, сынок! Ох, да, я подозревал и это случилось, Олег! Твои неудачи – сперва малые, едва заметные, затем обернулись одной огромной неудачей, которая, возможно, будет стоить тебе жизни.

Я сказал, пытаясь не откусить себе язык, ибо зубы стучали:

– Нам, нам будет стоить. Вы про кваэр забыли.

Мудрец со стоном осел на палубу.

– Я предвижу роковое испытание для нас обоих!

Я уже не мог злиться на его пафос.

– То есть… он может причинить нам зло, я так понимаю?

Франног задрал голову, взглянул на меня – борода дрожит, глаз дергается:

– Ну… мнэ-э… Я не специалист. Чтобы дать исчерпывающий ответ, мне нужно больше информации о природе каждого отдельного явления, которое называется «призраком». То есть ты понимаешь… Я не могу однозначно ответить на поставленный тобою вопрос. Скорее нет, чем да. Часто призраки хотят предупредить о чем-то, и… боги, до чего же мне страшно!

Я мельком пожалел старика: за пару дней на него столько свалилось, не всякий молодой вынесет. А затем очень сильно пожалел себя: на меня, между прочим, навалилось куда больше.

Я перегнулся через планшир и приставил ко лбу ладонь:

– Уже могу различить название. Вон, сбоку… Позолота на буквах почти стерлась. Селистианский алфавит… Эл… Эл… Элем… «Элиминат»!