Визиты - Сергей Лукьяненко

Старик улыбнулся:

– Какая доблестная у нас милиция… Я хотел бы все же взглянуть на ваши документы.

– Ваш брат находится здесь? – словно не слыша его, спросил Морозов.

– Вам должно быть известно, что у меня нет брата.

Наступила тягостная пауза. Самохин сделал несколько шагов к старику.

– А вы должны понимать, о ком мы говорим.

– Ищите… – Старик развел руками. – Комната одна, много времени это у вас не займет.

– Он наверняка ушел, – сказал из-за спины Геннадий. – Ладно, хватит тянуть.

Самохину показалось, что его начальник тоже нервничает. Словно на них обоих наползала чья-то тень, такая огромная и холодная, что не было даже сил поднять глаза и посмотреть в небо.

– Вам придется ответить, – сказал он старику. Тот покачал головой, бережно откладывая бумаги.

– К сожалению, я не смогу этого сделать… Даже если вы заставите меня мечтать об ответе. Я не знаю, где тот, о ком вы спрашиваете.

– Гена. – Самохин сделал еще шаг к старику. – Он, наверное, и впрямь ничего не знает. А у нас нет времени.

Как ни странно, но Морозов даже не отреагировал на то, что он назвал его имя.

– Поставь банку на стол, – негромко велел он. – И открой ее, там лежит нож.

Старик почти равнодушно смотрел на то, как Самохин, повернувшись к нему вполоборота, открывает банку.

– Очень интересно, – сказал он наконец. – Вы собираетесь заставить меня есть грибы? Вероятно, у них будет очень своеобразный вкус.

Самохина продрала дрожь.

– А ты смелый, дед, – сказал он.

– Я уже свое отбоялся, внучек.

Карамазов секунду помедлил у крыльца. Он предпочел бы обойти дом и хотя бы бегло обследовать участок… но из дачи доносился легкий шум. Вынув пистолет, он торопливо миновал веранду и распахнул дверь.

Картина, открывшаяся его взгляду, напоминала сцену из дешевого триллера. Двое мужчин, одному он дал лет сорок, другому, пожалуй, даже чуть больше, прижали к дивану слабо сопротивляющегося старика. Тот, что помоложе, достав из кармана пальто пенициллиновый пузырек с мутной жидкостью, открывал его, стараясь держать подальше от себя. Илье потребовалось несколько секунд, чтобы оценить намерения конкурентов и смысл стоявшей на столе банки с грибами.

– Ботулинический токсин? – поинтересовался он.

Мужчины шарахнулись от старика так, словно их разметало взрывом. Пузырек покатился по полу прямо к ногам Карамазова. Старик, приподнявшись на локтях, непонимающе смотрел на Илью.

– Кто из вас главный? – глядя на мужчин, спросил Карамазов. В глазах того, что постарше, мелькнул ужас, смешанный с пониманием.

– Я! – выпалил он.

Илья ухмыльнулся этой панической лжи, которая удивлением отразилась на лице второго бандита. Впрочем, быстрота реакции требовала некоторого поощрения.

Он выстрелил дважды, и пальто более тупого из подельников вспухло на груди, словно прорванное изнутри, что было прямо противоположно истине. Илья проследил, как тот заваливается на спину, и перевел ствол на оставшегося в живых конкурента.

– Как звать-то? – полюбопытствовал он.

Мужчина глотал ртом воздух, не в силах ответить.

– Ладно, это мелочь, – решил Карамазов. – На кого работаешь, падла?

Тот все еще не мог говорить. Пуля, ударившая в пол у его ног, однако произвела некоторый эффект.

– Ро… Романов…

– Владимир Павлович? – уточнил Илья с легкой заинтересованностью. Мужчина торопливо закивал. – Забавно… забавно.

Он отошел к стене, так чтобы видеть через окно пространство перед домом.

– Что вам приказали?

Кажется, у конкурента возникла легкая надежда.

– Устранить… пятерых близнецов…

пятерых?

– Почему ты так боишься слова «убить»? – полюбопытствовал Илья. – Суть-то не меняется… Имена!

– Зальцман… – Мужчина покосился на старика, так и застывшего на диване. – Корсаков… Шедченко, Корнилова, Заров…

– Для чего ему это нужно?

– Не знаю… он только посредник.

– Угу. А ты не забыл назвать шестое имя?

Мужчина замотал головой так энергично, словно собирался открутить ее с плеч. Впрочем, невелика была бы потеря…

– Где брат старика?

– Уехал… Так он сказал! – Мужчина вновь посмотрел на молчаливого участника их беседы.

– Значит, ботулинический токсин… Старички нажрались грибов и… – Илья поддел ногой пузырек. – «А почему у тещи синяки? Не хотела грибы есть, стерва…»

Мужчина угодливо захихикал.

– У тебя есть некоторый выбор, – сказал Илья. – Ты можешь поднять этот пузырек и сожрать все его содержимое…

– Нет! – выкрикнул мужчина.

Илья пожал плечами:

– Ты выбрал.

Три пули вошло в грудь бывшего юриста, и Владислав Самохин, добрый отец двоих детей и ласковый дедушка трехлетней внучки, довольный собой и жизнью убийца-любитель, отлетел к стене. Он еще видел того, кто принес ему смерть, – человека с холодными голубыми глазами и красивым, хоть и грубым лицом. Видел сквозь боль и сгустившуюся Тьму, и почему-то в последний миг ему показалось, что эта Тьма видна не только ему.

– Передай ей привет, – сказал Илья, отворачиваясь от трупа.

Старик молчал, глядя на него.

– Где твой брат? – беззлобно спросил Карамазов.

– Я действительно не знаю, – ответил старик. – Он уехал рано утром, сразу после завтрака. В Москву, вероятно. Полагаю, мне не следует особо радоваться смерти этих негодяев?

– Не стоит. Я просто не люблю дилетантов… и тех, кто видел меня за работой.

– Это ведь ты взорвал квартиру?

– Да.

– Там погибли невинные люди… дети…

– Поверь, я об этом сожалею, – честно сказал Илья. – У тебя тоже есть выбор, старик.

Его новый клиент посмотрел на валяющийся на полу пузырек.

– Противно… – прошептал он.

Илья одобрительно кивнул.

– Пуля лучше. Это мужская смерть… и мужское оружие. Мне действительно жаль, что так вышло.

– Я могу попросить вас не сжигать дом?

– Зачем? Думаю, дачка застрахована…

Старик кивнул на бумаги:

– Книга. Она почти готова, возможно, ее даже выпустят. «Экология души».

Карамазов почувствовал к нему неясную симпатию.

– Здесь слишком много следов, старик.

– Если вам не очень дорог пистолет, вы можете вложить его мне в руку, – сухо, словно рассуждая о чем-то абстрактном, предложил старик. – Словно я застрелил этих двоих, а потом покончил с собой.