Endgame. Ключ Неба - Джеймс Фрей

Один из них передает Макклоски кобуру с пистолетом.

Агент вешает кобуру на пояс. Эшлинг разглядывает офицеров, но им нет до нее дела. Они просто мелкие сошки, исполняющие приказы.

Эшлинг идет за Макклоски через зал выдачи багажа к немолодому мужчине среднего роста. У него всклокоченные каштановые волосы и белая борода. На носу – круглые солнечные очки в золотистой оправе как у Стива Джобса. Если бы Эшлинг пришлось выбирать из тысячи людей одного шпиона, она ни за что бы не указала на этого мужчину. Видимо, потому он и шпион.

– Это руководитель операции, Гриффин Маррс, – сообщает Макклоски, останавливаясь возле него.

– Привет, Маррс, – говорит Эшлинг.

– Привет-привет, – отвечает он гнусаво. На плече у него висит рюкзак Эшлинг, а ее сумка стоит у его ног. – У тебя там здоровая пушка.

– У меня есть международное разрешение на ее перевозку. – Выписанное на липовое имя. – Он приподнимает бровь. – Ничего не скажешь, впечатляет.

– Я Игрок, у нас свои методы.

– Надеюсь, мы сделали правильный выбор. – Мужчина поворачивается к Макклоски.

– Вне всяких сомнений, – отвечает Макклоски. Она обращается к Эшлинг: – Готова встретиться с офицером Джорданом?

Эшлинг коротко кивает.

– Чем скорее, тем лучше. Время истекает.

– Истекает, – повторяет Маррс.

Дальше они отправляются втроем: первой идет Макклоски, за ней – Эшлинг, следом – Маррс. У самого выхода их встречает еще один агент, которому Макклоски передает какую-то бумажку. Эшлинг удается различить на ней только печать ЦРУ и несколько фраз. Агент пробегает текст, проверяет удостоверения Макклоски и Маррса. Все происходит молча. – Хорошего дня, мисс, – говорит агент, когда Эшлинг проходит мимо него.

Они идут через зал прилетов, минуя череду людей, облокотившихся о металлические перила в ожидании своих близких, возвращающихся из разных уголков планеты. Все они разные: кто-то в футболке и джинсах, кто-то в костюме, другие в свитерах, сари, форменных куртках. В руках у встречающих – цветы и мягкие игрушки, таблички. Здесь есть и дети, и жены, и кузены, и бабушки с дедушками. Эшлинг и ее спутники идут дальше, мимо череды водителей лимузинов, держащих в руках планшеты или картонки с именами пассажиров: Сингх, К. Джеймс, Эрнст, Фрайдман, Нгала, Хофф, Мартин. Наконец они покидают терминал. Черный «Кадиллак CTS» ждет у обочины. Двигатель включен. Водителя невозможно разглядеть за тонированным стеклом. Макклоски открывает заднюю дверь.

– После тебя.

Эшлинг замечает низкую подвеску и прозрачную стенку между передним и задним сидениями.

– Крутая тачка, – отмечает она. – Особенно для ребят из правительства.

– Мы умеем выбирать орудия победы, – с гордостью говорит Макклоски, одной рукой придерживая дверь, другой – рукоять «Беретты-92FS».

Маррс закидывает сумку в багажник и обходит машину с другой стороны. Открывает вторую дверь. Значит, они вдвоем поедут на заднем сиденье. А то и вместе с Макклоски, посадив Эшлинг посередине.

«Не нужна мне ваша помощь», – снова думает она. Эшлинг спускается с тротуара, поворачивается лицом к Макклоски. Присаживается на краешек сиденья. За спиной слышит троекратный гудок автобуса, возвращающегося в аэропорт, и рев мотоцикла, заводящегося на дальнем конце проезда.

Судя по звуку, это очень быстрый мотоцикл.

Эшлинг приподнимает ноги, отрывая их от земли, но вместо того чтобы развернуться в салон машины, откидывается назад и изо всех сил пинает Макклоски в грудь.

Не нужна мне ваша помощь!

Макклоски пятится, пытаясь восстановить дыхание, а Эшлинг делает кувырок назад, перелетает через машину и оказывается на другой стороне, ногами задевая челюсть и плечо Маррса.

Тот с грохотом ударяется о дверцу.

– Черт возьми! – раздается его ругательство.

Эшлинг приземляется на ноги и разворачивается. С трех шагов разогнавшись до максимума, мчится мимо разворачивающегося автобуса, который загораживает ее от офицеров ЦРУ на несколько бесценных секунд.

– Стой! – кричит Макклоски.

Вопль.

Еще один.

У Эшлинг нет времени, чтобы обернуться и посмотреть, но она легко догадывается, что агенты расчехлили свое оружие. Она несется прямо к высокому худому парню, оседлавшему черный с серебром спортивный мотоцикл BMW S1000 RR. Двигатель работает вхолостую. Мотоциклист – в полном снаряжении, включая шлем. На девчонку с короткими рыжими волосами, подбегающую справа, он не обращает внимания. Эшлинг тормозит возле мотоцикла и дергает парня за лодыжку вверх. Тот переваливается через седло и падает на тротуар.

Из-под визора шлема доносится приглушенный крик.

– Я сказала – стой! – едва слышно доносится до Эшлинг вопль Макклоски. Девушка прыгает на мотоцикл, сжимает руль и стартует.

Через несколько секунд парковка остается позади, мотоцикл несется к выезду из аэропорта со скоростью 85 миль в час, лавируя среди машин, такси и бело-голубых автомобилей службы охраны.

Один из них включает мигалку и начинает погоню.

Им ее не достать.

Эшлинг разгоняет мотоцикл до 95, 103, 112, 119, на 5-й передаче обороты двигателя доходят до 8000. Не проблема для этого байка: он едва нагрелся. Эшлинг включает следующую передачу и прибавляет еще 60 или 70 миль в час. На то, чтобы проскользнуть развязку и дурацкие съезды на Белт-Паркуэй и выехать на шоссе из аэропорта, уходит меньше минуты. Два серых «Шевроле» выруливают на трассу перед ней после выезда с Норт-Кондуит-авеню. Эшлинг предполагает, что это просто копы под прикрытием, а не агенты Макклоски. Она бросает мотоцикл налево, пересекая трассу, петляя между машинами и прицепами. Полицейские держатся впереди, пытаясь перекрыть ей дорогу. Эшлинг сбрасывает скорость до 79 миль в час и в последний момент закладывает вираж между внедорожником и мини-смартом, чтобы прогрохотать по съезду к выходу 17N: заднее колесо крутится вхолостую над покрытием и скользит, прежде чем ей удается выровнять мотоцикл и помчаться вверх по съезду. Она меняет передачу, давит на газ и вылетает на улицы, направляясь на запад. Размытым пятном Эшлинг проносится мимо ипподрома «Акведук», где к серому «Шевроле» преследователей присоединяются еще два официальных наряда. На 3-й передаче и скорости 111 миль в час она продолжает лавировать среди машин, игнорируя красные сигналы светофоров, – и в какой-то момент замечает в зеркале заднего вида «Фольксваген» ребят из ЦРУ. Он в нескольких кварталах позади; передние фары включены, из-за решетки видны красные вспышки мигалки.

Макклоски. Даже если она поймает Эшлинг, это ее не обрадует. Ты что-то недоговариваешь, Макклоски. И ты меня не поймаешь. Эшлинг переключается на 4-ю передачу, огибает грузовик и сворачивает на Линден-бульвар, где, наконец, перед ней открывается длинный, прямой и широкий участок дороги.