Благие пути - Ена Вольховская

Тяжело вздохнув, Рида прикрыла глаза и головой прислонилась к мутному стеклу. Оконная рама опасно двинулась вперед, отчего девушка нервно дернулась и бросила тоскливый взгляд на кровать, на которой бесплодно проворочалась несколько часов. И виной всему неясное беспокойство, которого она совершенно не ощущала, находясь за пределами города.

Здесь, в городе, в котором бесчинствующие работорговцы, крадущие людей и безродных магов, были самой настоящей реальностью, тринадцатый час уже не казался кошмарной сказкой давних времен. Незаметно для себя Рида трижды проверила замок на двери и все еще не была удовлетворена — разве поможет хлипкая щеколда в рассохшемся косяке? И если обычно, в крошечном Рейнхарме или до тошноты знакомом Сильвероне, рассудок твердил о бессмысленности опасений, то в резиденции Асамунов даже он бессильно молчал. Возможно, даже спал, пока напряженное тело продолжало бодрствовать.

Рида протяжно зевнула и спустила ноги с подоконника. Однако едва она сделала шаг в сторону кровати, на краю видимости замаячил свет керосинки. Девушка медленно повернулась и, не подходя ближе, вгляделась в силуэты ночных путников. Сердце заколотилось от волнения, а что-то в подсознании вопило немедленно отойти от окна. По улице стремительно двигалась троица, увиденная лишь однажды, но запомнившаяся на долгие годы вперед. Подземный эскорт Хисы о чем-то яростно спорил, но лишь когда они приблизились к окнам пансиона, Рида смогла разобрать слова. Они говорили в полголоса, но в тишине ночи были отчетливо слышны.

—Не похоже, что триархи особо расстроились,— с облегчением хохотнул низкорослый плотного телосложения колдун, потягиваясь до хруста в костях.

Рида прильнула к стене рядом с окном, осторожно выглядывая наружу.

—Да уж,— протянула женщина,— хорошо додумались свалить на паленый препарат, иначе б нам за эти траты…— договаривать она не стала, но передернуло всех троих.

—Не могу разделить ваших чувств,— возвышенно, с укором произнес высокий колдун.— Если мальчишку найдут, нас пустят на подопытный материал.

—Не смеши меня!— отмахнулась женщина.— Ты видел этого задохлика, в одиночку он долго не протянет: либо в приступе башку прошибет, либо с голода загнется!

—Твои бы слова да Провидением услышаны…— покачал головой высокий колдун и на мгновение задержал взгляд на окне пансиона.

Рида невольно затихла и резко скрылась в тени стен.

—Нет никакого Провидения, золотко! Еще скажи, что ты веришь в справедливый мир!— рассмеялась женщина, а низкий мужчина лишь поддакивал ей.— Чего встал там? У нас еще масса дел!

Колдун вздрогнул и покачал головой.

—Просто любопытно, кто решил накормить собой клопов Клара,— он слегка улыбнулся и ускорил шаг, нагоняя компаньонов.

Рида тихонько сползла по стене, стараясь успокоить дыхание. Ушли и врах с ними! Уже завтра она распрощается с этой помойкой! Девушка резко поднялась и направилась к столику, на котором одиноко стоял кувшин с водой. Руки отчего-то крупно дрожали, и когда девушка попыталась взять кувшин, тот предательски выскользнул, громко ударившись о поверхность стола и лишь чудом не расплескав содержимое. Илинея заворочалась в постели, отчего Рида тихонько выругалась и молча села на кровать, скрипнув старым каркасом.

—Что-то случилось?— щурясь спросонья, с заметной хрипотцой спросила колдунья, на что Рида лишь покачала головой и тихо ответила:

—Все нормально, просто не могу уснуть,— слабо улыбнулась она.

Колдунья тут же заворочалась сильнее, стараясь выпутаться из одеяла и спустить ноги на пол. Рида поднялась и легонько толкнула Илинею обратно, шутливо добавив:

—Спи давай! Завтра хотя бы одна из нас должна соображать.

Илинея заворчала, но повторной попытки предпринимать не стала. Последние дни были тяжелыми. Не стоит заведомо усложнять свое завтра. Пробурчав что-то еще, колдунья накрылась с головой одеялом и отвернулась к стенке, а Рида, убедившись в очередной раз, что дверь заперта, задернула ветхие шторы и легла на кровать. Это будет долгая ночь…

Быть может, беда обойдет

Пожилая женщина в экстравагантном бордовом платье, вышитым по подолу сверкающим черным бисером, задумчиво стояла у окна в пол на площадке, у которой сходились лестницы из гостевой залы. Верхняя половина ее лица была закрыта изящной маской из темного матового материала. Сухая костлявая ладонь сжимала прозрачную ножку пухлой коньячной рюмки, в которой плескалась янтарная жидкость. В темных глазах мириадами звезд отражался блеск порочных огней Беланша, центр которого радостно приветствовал пришествие очередной ночи, пока окраины крепко запирали двери и окна. За спиной раздался стук каблуков, и запыхавшийся юноша, одетый в старомодный камзол дворецкого, торопливо заговорил:

—Сиера Фабиано, прибыл триарх Уэльд с подчиненными!..

Двери гостевой залы распахнулись, не дав мальчишке договорить. Уверенным шагом бывший генерал, а ныне один из триархов, Уэльд Асамун промаршировал наверх.

—Так чего же ты стоишь, мальчик, предложи нашим гостям выпить. Расположи их в восточном крыле — нас с саро Уэльдом ждет долгая беседа,— с едва слышным скрипучим смехом приказала колдунья, и молодой дворецкий, рьяно кивнув, помчался прочь, по пути что-то невнятно пробормотав триарху.

Уэльд удивленно вскинул брови, густые и темные, как и его шевелюра тридцать лет назад до того, как мятежные рабы облили его кислотой. Проводив пустым взглядом темных глаз мальчишку до самых дверей, колдун иронично спросил:

—Кажется, пару недель назад у вас был другой дворецкий, разве нет?

—Несчастный случай,— отмахнулась женщина,— бедняга упал с этой самой лестницы. Не слишком удачно, как вы могли понять,— женщина загадочно улыбнулась.

—Из-за таких несчастных случаев,— приближаясь, говорил Уэльд,— о вас судачат самым неприятным образом. Подбирать вам прислугу становится труднее!— он, наконец, подошел к женщине и фамильярно положил ладонь на обнаженное плечо, приветственно кивнув.— Рад видеть тебя в добром здравии, Би!— на исполосованном уродливыми шрамами лице с трудом угадывалась улыбка.

—Не могу сказать тебе того же, дорогой кузен,— фыркнула Фабиано, чуть взбалтывая коньяк.— Ты — гонец, что вечно приносит дурные вести!

—В столь знаменательный день я решил изменить этой традиции,— он покопался в кармане сюртука и вытащил бархатную коробочку.— Маленький презент к твоему юбилею. Увы, настоящий подарок умудрился сбежать от этой безрукой троицы!— Уэльд с отвращением посмотрел на двери.

Фабиано равнодушно проследила за его взглядом и открыла футляр с очаровательной подвеской насыщенно зеленого цвета, будто светящегося изнутри.

—Мило,— она громко захлопнула футляр и вновь повернулась к ночному городу.— А мне сообщили, что мальчик погиб во время инъекции!— в голосе женщины слышались едва уловимые нотки ярости и раздражения.

—Нелепая попытка прикрыть свои задницы,— поморщился Уэльд.— Порченной была лишь последняя поставка, а мальчишку из Сильверона вывели значительно раньше. Тебе бы стоило поговорить с дочерью об этом бессмысленном вранье…