Карпатская тайна - Дэвид Линн Гоулмон

– После того как мы найдем то, зачем пришли, у генерала не будет другого выбора, кроме как смириться с происходящим, – сказал Бен-Невин. – Смею добавить, что наша осажденная нация сама потребует, чтобы действующий либеральный режим принял участие в том, что мы собираемся сделать.

– Все в спецслужбе знают, что ваше назначение было политическим ходом премьер-министра, направленным на то, чтобы удовлетворить религиозных фанатиков в правительстве и некоторых еще более радикально настроенных членов парламента. Как только о вашем предательстве станет известно, вас прилюдно казнят. – Сороцкин огляделась в надежде найти выход из ситуации, которую не смогла предвидеть. Ей было нужно время. – А с этими американцами что? Вы планируете убить агентов союзного государства?

Худощавый подполковник посмотрел на Эверетта, Райана и ДеСильву.

– Жизнь тяжела, майор, и у одних она тяжелее, чем у других. Но мы люди, и мы к этому привыкли, правда ведь? Итак, – сказал Авис, подойдя к ДеСильве, стоящему на коленях с приставленным к затылку с пистолетом. – Мне нужно знать, куда был отправлен рапорт о черепе животного, который вы сфотографировали в ватиканском архиве. – Бен-Невин наклонился и похлопал молодого священника по спине. – Думаю, что ты знаешь, о чем речь. Ты отправил его с компьютера закодированному получателю. Страницы дневника, найденного на вилле в Греции, с описанием военной кампании одного римского центуриона, который позже стал очень важным сенатором. Итак, сынок, как звали этого римского военачальника и сенатора или, еще лучше, где проходила кампания, в которую он был отправлен две тысячи лет тому назад? Какую страну он описал в своем дневнике?

– Что? – громко спросила майор, которую теперь держал один из людей Бен-Невина. Она бросила быстрый взгляд на высокого американца, который ни на секунду не сводил с нее глаз.

– Слушайте, я не читал этот дневник, – сказал ДеСильва. – Я не знаю, о чем, черт возьми, вы говорите. Я отправил рапорт с приложенными страницами, но я их не читал.

Подполковник Бен-Невин снова хлопнул его по спине.

– Я вам не верю, мой дорогой американский друг. Но мы вытащим правду наружу, – сказал Авис, и дуло пистолета сильнее прижалось к затылку американца.

Сороцкин бросила быстрый взгляд на дверь, и Бен-Невин заметил это.

– Майор, не ждите чудодейственного спасения в последнюю минуту силами добра. Я организовал все так, что нашему интереснейшему разговору об истории не помешает.

В этот самый момент в дверь позвонили, и она открылась, впустив в небольшой антикварный магазинчик лучи солнечного света. Глаза Эверетта расширились, и в ту же секунду один из троих людей Бен-Невина направил на него пистолет, а мальчик переступил через порог, сжимая в руках пакет с апельсинами.

– Мистер hai dimenticato la tua arance, – сказал мальчик, переводя свои большие карие глаза с высокого американского капитана на Мику, которую все еще удерживала на месте отвратительная рука подполковника. Ребенок поднял руку с пакетом апельсинов. Авис отпустил женщину, и прицел медленно переместился на мальчика. Сороцкин не могла молчать.

– Он только хочет, чтобы этот человек забрал апельсины, за которые заплатил, – сказала она. – Это просто продавец. Он безвреден, подполковник.

Мальчик, не дрогнув, сделал осторожный шаг в сторону Мики, и Бен-Невин снова угрожающе навел на него пистолет. Майор Сороцкин покачала головой.

– Нет, нет, le arance per la American man. – Мика объяснила, что апельсины нужно отдать американцу, который их купил.

Ребенок задержал глаза на майоре на мгновение дольше, чем было необходимо. Затем он повернулся к Эверетту и увидел кровь на лице мужчины и темно-бурое пятно от нее на воротнике его голубой рубашки. Не было заметно, чтобы мальчика это обеспокоило, и он сделал два шага в сторону капитана. Карл почувствовал, что пистолет убрали с его затылка, и понял, что его конвоир собирается выстрелить в ребенка.

– Эй, эй, мои апельсины! Я уж подумал, что ты облапошил бедного туриста, парень, – сказал Эверетт в надежде разрядить ситуацию или, по крайне мере, снять опасность с ребенка. Он протянул руку за небольшим пакетом апельсинов и почувствовал, что пистолет немного опустился. В этот момент он увидел искру в глазах парнишки, а затем и легкую улыбку, заметную только ему.

Как только Эверетт взял пакет в руку, он почувствовал холод металла пистолета, который мальчик прятал за пакетом. Это был не обычный ребенок, торгующий фруктами. Его глаза мгновенно переместились на Мику, и он понял, что оружие ребенок принес в магазин для нее. Уличный торговец был подсадной уткой – или как там теперь называют детей, которых шпионы используют в своих операциях. Увидев, что подполковник и Мика смотрят на него, он понял, что во взгляде майора сквозило возбуждение, и заметил, как она медленно облизала свои красные губы – эта женщина наблюдала и ждала того, к чему успела привыкнуть: жестокой расправы.

Подполковник Бен-Невин увидел, что произошло, слишком поздно, чтобы успеть среагировать. Высокий американец схватил пакет апельсинов и маленький пистолет, спрятанный за ним, а затем со всей силы ударил пакетом по лицу мужчины, стоявшего позади. После этого Карл, не целясь, выстрелил в человека, державшего Райана. Пуля попала ему в голову, и Райан схватил его упавшее оружие еще до того, как тот мужчина упал замертво.

Мика поняла, что американец сначала спас своего друга и сейчас за это поплатится. Бен-Невин реагировал медленно, и она вскинула руку вверх и вперед, поймав его пистолет в тот момент, когда он выстрелил, и отправив пулю в потолок. Подполковник отшатнулся и ударил Сороцкин по лицу, в то время как третий мужчина встретил свою смерть в маленьком магазине, пытаясь подняться на ноги после сильнейшего удара теперь уже порванным пакетом апельсинов. Эверетт увидел, что Авис повернулся и бросился в заднюю часть магазина, скрытую шторой. В этот момент послышались сирены – громкое следствие выстрелов, нарушивших полуденный покой туристов. Эверетт помог мальчику подняться на ноги.

– Спасибо, парень, а теперь уматывай отсюда со всех ног, – сказал он и бросился за Бен-Невином. – За мной, Райан.

Мика сделала все возможное, чтобы не дать здоровяку последовать за полковником. Она повернулась и побежала за двумя американцами. Пробегая мимо разбросанных столов, женщина увидела, что стало с ее компьютерщиками. Все они были свалены в кучу в дальнем углу центра связи. Покачав головой, Сороцкин, наконец, догнала Эверетта в тот момент, когда он открывал заднюю дверь.

– Нет! – прокричала майор в ту самую секунду, когда пять пуль продырявили дверь и во все стороны полетели щепки. Карл отшатнулся назад, столкнув вниз Райана, и поднял ногу, когда в дверь попали еще два выстрела. Он захлопнул дверь ногой и откатился в сторону подальше от нее.

– У этого ублюдка всегда есть план! – выругалась Мика, подняв руку и притянув к себе мальчика, наблюдавшего за происходящим из-за шторы. Она поцеловала его в лоб, а затем отстранила от себя.

– Treceţi, stiti ce aveti de facut, – сказала женщина и снова поцеловала своего юного помощника в лоб. Темноволосый мальчик сначала колебался, а затем, бросив последний взгляд на двух американцев, побежал к входной двери и скрылся. Сирены приближались.