Карпатская тайна - Дэвид Линн Гоулмон

– В очередной раз – совсем не ясно, генерал. Мне нужно знать некоторые вещи, чтобы правильно выполнять поставленные задачи. Почему этот человек угрожает нам и что с письменным отчетом, содержащим фотографии, переданным контактному лицу этого американца?

– Майор, вы ступили на опасную землю – землю, которая может обрушиться под вашими ногами в любой момент, если сделать неверный шаг. Мы считаем, что его отчеты руководству сейчас находятся в Лэнгли, в Вирджинии, и с этим нам придется разобраться в другой раз. А в настоящее время американского священника необходимо доставить в конспиративную квартиру в Риме, как только вы получите возможность сделать это без лишнего риска, где вас и американца допросит подполковник Бен-Невин. Он сожжет все доказательства деятельности этого священника, включая тот отчет с фотографиями. Вы были единственной в конспиративной квартире, кто прочел этот отчет?

– Как может отчет, составленный римским служащим, иметь отношение к безопасности нашей страны? – Мика знала, что ответ на этот вопрос включает в себя операцию «Рамзес», и догадывалась, что генерал знал, что она это знала.

– Бен-Невин сожжет все документы и закроет конспиративную квартиру, и тогда ваша миссия в Риме будет завершена. При необходимости, американец будет задержан для более детального допроса.

Сороцкин не могла поверить своим ушам.

– Задержан? – спросила она своего собеседника. – Если у меня будет шанс переманить этого человека на нашу сторону, именно это я и сделаю. Контрразведка, а не задержание тайного агента, который является нашим союзником, посреди улицы дружественного государства.

– Майор, ранее я упоминал о том, что не стоит ступать на опасную землю, но вы делаете это снова. Этому американцу стала известна ключевая информация о проекте «Рамзес», и мы не можем дать ему возможность связать эту информацию с другими деталями, которые, возможно, тоже получили огласку. И мы должны выяснить, что еще ему удалось узнать. Не вздумайте задавать вопросы об этом проекте, он на тысячу миль выше вашей головы и моей, кстати, тоже. Понятно?

Майор Сороцкин ничего не ответила.

– Подполковник Бен-Невин уже находится на месте, а за нашим американским шпионом следят в данную секунду, – продолжал Шамни. – Позвоните мне из конспиративной квартиры и сообщите, когда Бен-Невин начнет допрашивать американца. С этим мальчиком ничего не должно случиться, он слишком ценен для нас из-за того, что, возможно, знает. Более того, Сороцкин, есть люди – крайне бескомпромиссные люди, хочу заметить – которые хотят, чтобы то, что представляет собой проект «Рамзес», было доставлено домой. Отвезите его в конспиративную квартиру, и премьер-министр гарантирует его безопасность.

– Генерал, вы дадите мне слово, что этому американскому оперативнику не будет причинен вред?

– Майор, наивность этого вопроса подтверждает мое мнение, что ваше будущее вряд ли будет связано с «Моссад». Возможно, я ошибся, лично выбрав вас, и перевод обратно в разведку сухопутных войск будет верным решением для вашей карьеры, потому что их волнует справедливость. А нас нет. Мы не убиваем американцев, когда этого можно избежать, и в данном случае этого пока еще можно избежать с вашей помощью.

Связь прервалась. Сороцкин посмотрела на мобильник и со злостью закрыла его, а затем подняла голову и увидела, что священник убирает остатки еды обратно в коричневый бумажный пакет. Ее разноцветные глаза быстро просканировали пространство вокруг американца, но знакомых лиц она не увидела, а худое лицо Бен-Невина легко было заметить и запомнить.

Мика, подобно любому оперативнику, ненавидела таких людей, как подполковник, потому что религия, которую они исповедовали, ослепляла их. Подобных людей потихоньку вытесняли из «Моссад» и с государственных постов благодаря тому, что новые молодые сотрудники предпочитали национальную безопасность религиозному наследию.

Сотрудник архива поднялся на ноги и тщательно отряхнул пыль со своей одежды. И тут Мика поняла, что слишком поздно заметила еще двоих мужчин. Один из них опустился на одно колено, чтобы завязать шнурок, который не был развязан, а второй, темноволосый мужчина поменьше ростом в рубашке поло, поднял в руке карту и задал священнику какой-то вопрос. Сороцкин видела, как американец указал на юг, и человек с картой сделал рукой жест в том же направлении. Затем они засмеялись, причем священник выглядел так, словно только что принял решение. А потом двое незнакомцев, более высокий из которых шел позади, двинулись к краю площади.

Мика подумала, что прибыли агенты Бен-Невина из «Моссад» и она мало что может предпринять, чтобы остановить похищение молодого американца.

Майор проследила, как те, кто, по ее мнению, работали на «Моссад», и служащий ватиканского архива покинули площадь и ступили в темное время, которое должно было закончиться где-то в горах восточной Европы.

* * *

Карл Эверетт держался в десяти футах позади Джейсона Райана и второго лейтенанта армии США Леонарда ДеСильвы. Карл был впечатлен тем, как легко солдат, притворявшийся священником, воспринял приказ о возвращении – как будто он почувствовал, что его раскрыли, еще до того, как Эверетт сообщил ему об этом. Когда за день до этого ему показалось, что за ним следят, он быстро отреагировал на это и добыл доказательства. С помощью фотографий, сделанных с помощью камеры мобильного телефона ДеСильвы, удалось опознать агента «Моссад». «Европе», находящейся под пустынными песками авиабазы «НЕЛЛИС», понадобилось всего десять минут, чтобы определить личность девушки – агента государства Израиль.

Все трое шли в толпе у собора Святого Павла, когда Эверетт почувствовал покалывание в затылке. Вглядываясь в толпу, он заметил, что сначала у Райана, а затем и у ДеСильвы возникло то же самое чувство. За ними следили. Карл был «морским котиком», и нервы у него были железные, а его спутники получили отличную подготовку от полковника Коллинза и тоже были готовы к подобным ситуациям.

Следуя порядку действий в подобных случаях, Райан быстро отошел от священника, перешел улицу и слился с толпой местных жителей и туристов. Пригнув голову, он пошел против направления движения толпы, чтобы оказаться позади Эверетта и ДеСильвы. Джейсон рассеянно потянулся за своим револьвером «смит-вессон», но вспомнил, что это должна была быть миссия по извлечению агента, а не перестрелка, поэтому Карл решил, что пытаться пронести личное оружие через таможню было бы слишком опасно. Джейсон скривился в разочарованной ухмылке и продолжил свой путь сквозь толпу.

Эверетт тоже мысленно корил себя за то, что не пошел в американское посольство, не встретился там с контактным лицом и не попросил помощи. Он думал, что в этом нет необходимости, поскольку операция по извлечению агента должна была состояться в Риме, рядом с Ватиканом – что в такой ситуации могло помешать им доставить парня в аэропорт? Может быть, Джек был прав, может быть, они с Райаном и Менденхоллом не годились в помощники в поисках убийцы его сестры, раз он был способен на такие глупые ошибки, как подобная недооценка ситуации? Капитан ускорил шаг. Он уже почти поравнялся с ДеСильвой, когда к нему подошел какой-то ребенок, протягивающий апельсины. Карл попытался обойти мальчика сбоку, но тот встал прямо перед ним и снова протянул пакет с шестью апельсинами.