Последний реанорец. Том VII - Вел Павлов

На мгновение размышляющий о чем-то старик оторвал свой взгляд от моей персоны и с подозрением взглянув на советника, лишь кратко кивнул.

Крыло херувима мне в зад! Да! Шаткий игровой процесс пошел…

‒ Ай, да Захарушка! Ай, да шельмец! ‒ ухмыльнулся мне тепло светлый князь. ‒ Молодец. Хвалю за оперативность. Сразу двух боярышень в жены захотел. Не хило. Не ожидал, что ты так скоро этим займешься.

Ладно, так и быть. Покамест не буду тебя разочаровывать. Рановато. Ну, давай, теперь…

‒ Это… правда?.. ‒ вдруг поинтересовался Трубецкой у Потёмкина, а его брови невольно взлетели вверх. Даже его всколыхнувшаяся аура улеглась.

Во имя Бездны! Да! Теперь на этом всё! Можно расслабиться.

‒ Ты про титул князя и свой род? ‒ ухмыльнулся злорадно светлый князь, под изумлённые взгляды присутствующих. ‒ Правда. О таком не лгут.

‒ Когда? ‒ тихо обронил старик, протяжно выдыхая, параллельно с этим на мгновение прикрывая веки, а уже секунду спустя тот оказался полностью спокойным.

‒ Три месяца назад. Дарован государем за множественные заслуги перед империей. Ну и еще за пару щепетильных, скажем так, моментов. Увы, Мишенька, не одни мы с тобой ему должны, но и Романовы тоже. Наш пострел везде поспел. У Захарушки весьма солидная поддержка в империи. Это только недалёкие идиоты думают, что он один.

Однако уже в следующий момент не до конца спавший градус напряжения полностью сбил Трубецкой своим громогласным смехом и, так и не разогнув спину до конца, со всего маху приземлился обратно на стул.

‒ Ох, Захар-Захар, ты и вправду шельмец. Да такой, что даже у меня волосы дыбом встают. Всех сейчас обставил и еще вскоре обставишь… ‒ смеясь выпалил мужчина, утирая выступившие слёзы. ‒ Князь и глава рода в двадцать лет, это ведь надо же. Кому сказать ‒ не поверят. Теперь понятно, почему ты столько времени молчал. Недооценил я тебя. Ой как недооценил! ‒ качая довольно головой, тихо начал бормотать себе под нос старик, размышляя вслух, но уже в следующий миг, резко замолчал и обратил свой взгляд на бледную и панически сглатывающую внучку, которая в ответ не сводила с деда тревожных глаз и тепло той улыбнувшись, решительно кивнул. ‒ Хотя в одном я на твой счет оказался прав. За тобой Алиша будет как за каменной стеной, ‒ и, повысив голос на удивление Потёмкиным, громко заявил. ‒ Дозволение и благословение от главы рода Трубецких у тебя отныне имеется. Я даю тебе своё согласие на этот брак.

‒ Как отец Алины, я тоже, ‒ быстро отозвался Юрий, скрывая облегченную улыбку.

Ох, хвала Бездне! Всё-таки я не настолько дерьмовый планировщик, как думал.

‒ Спасибо! Спасибо, деда! ‒ радостно завизжала Алиша и сорвавшись с места на глазах у пораженных Потёмкиных рванула к старику, и несколько раз поцеловала того в щеки, а закончив с родичем и невольно сглотнув, подняла уже счастливый взгляд на меня. ‒ Я тоже… Я тоже согласна…

‒ Ты вот так просто отдашь Захарушке свою драгоценную внучку? ‒ с лёгким недоумением поинтересовался Потёмкин, озадачено посмотрев на Трубецкого, а после самопроизвольно скосил взор на смертельно бледную Прасковью.

‒ Саша, вот в этом и есть наше с тобой различие, ты весь в интригах и паутине погряз с ног до головы, я же человек иного склада ума. Мы разные с тобой, ‒ с какой-то грустной улыбкой вдруг заявил его собеседник. ‒ Нет, я не виню и не осуждаю тебя. Ты делаешь всё верно. Всё должно совершаться на благо рода. Однако у меня наряду с данным неоспоримым фактом стоит еще один непреложный завет. На благо рода, но не в ущерб своим близким. К тому же, ‒ и скосив на меня взгляд, тот залихватски мне подмигнул, ‒ где еще для своей внучки я найду подходящую, а главное достойную партию? А достойнее Лазарева сейчас никого не сыщешь. Репутация у него своеобразная и для кого-то пугающая, но и выходить замуж моя Алиша будет не только за столпа империи, а наряду с этим за молодого князя и основателя собственного рода, тем самым став женой-основательницей и сразу княгиней. О большем и мечтать нельзя. К тому же где вы видели такую молодую княгиню? ‒ дерзко выпалил Михаил, стрельнув провокационно глазами на Потёмкиных. ‒ Да и нравится он ей. Так что с желанием внучки я более чем солидарен. Кое-какие нюансы еще требуется обговорить, но это мы уже сделаем с Захаром с глазу на глаз как главы двух… союзных родов.

Да кто бы сомневался, что союзных. Что ж, как я и рассчитывал, сам по себе он хоть и является самым склочным и вспыльчивым стариканом в империи, но голова у него варит здраво. Да и язык мастерски подвешен. Имперский князь во всей своей красе.

На некоторое время в зале повисла томительная пауза, лишь одному Феофану не сиделось на месте и тот подобно зверьку, что был загнан в клетку, не сводил своих плаксивых глаз с Алины и её деда, и всё также пыхтел подобно паровозу.

‒ Да будет так! ‒ с неизменной тёплой улыбкой кивнул светлый князь, вновь обратившись ко мне. ‒ У нас был с тобой уговор, и я его ни в коем разе не нарушу. Ты помог мне, и по условиям нашей сделки я не буду препятствовать ответу вну…

‒ Деда, я согласна быть женой Захара! ‒ как на духу с облегчением и обольстительной улыбкой на губах выпалила Прасковья, не дав договорить тому до конца.

Сам князь за долю мгновения пошатнулся от неожиданности, но затем превратился в настоящее каменное изваяние и уже роду Трубецких пришлось выпадать в осадок от данных слов, а Михаил лишь еще громче расхохотался из-за услышанного и насмешливо взглянул на советника.

‒ Действительно, шельмец! Везде поспел! ‒ хохоча изрёк старик, хлопнув чувственно по столу. ‒ Ну что, Потёмкин, съел? Видать, не ожидал!

‒ Наконец-то, ‒ вдруг раздался спокойный голос Киры, приковавшей к себе множество глаз. Женщина с самого начала чинно попивала вино и со спокойным видом наблюдала за разворачивающимся шоу, к тому же ответом и таким вывертом дочери из всех Потёмкиных та была удивлена менее остальных. ‒ Наконец-то нашелся человек, умудрившийся укротить твой строптивый норов и буйный нрав. Спасибо тебе, Захар. Говорю это тебе как её родная мать. Я уж думала, она до старости в девках проходит.

‒ Мама! ‒ завопила со смущенным и раскрасневшимся личиком Прасковья. ‒ Как ты можешь?..

‒ Вот же негодник! ‒ медленно качая головой, произнес обескураженный советник, переглянувшись с озадаченным сыном и смертельно бледным Феофаном. ‒ Успел-таки соблазнить внучку. Это ж надо… Не уследил… Старею…

‒ Деда! И ты туда же? ‒ сгорая от стыда, жалостливо простонала княжна.

‒ А чего деда теперь? ‒ недовольно проскрежетал старик с наигранным гневом. ‒ Потерпела бы еще немного и стала бы сразу первой женой, а так теперь возиться будешь со своей Алинкой. Это где видано, чтобы Потёмкины и Трубецкие умудрились породниться таким образом? ‒ проохал делано насупившийся светлый князь.