Астриум - Эл Лекс

— У тебя вода в уши попала? — снова хмыкнул я. — Плохо слышишь? Могу помочь, говорят, хорошо помогает, если вниз головой перевернуться!

Лиза протянула руку и повернула торчащую из стены душевой ручку, прерывая поток воды:

— Я поняла. Ты охерел.

А другой рукой она схватила с полки какой-то тюбик и запустила им в меня!

Да что же у них за привычка кидаться всякой херней?!

Следом за тюбиком Лиза кинулась ко мне сама — прямо как была, голая и мокрая! Уворачиваясь от тюбика, чтобы не поймать его в голову, я едва успел среагировать на ее перемещение, да нне просто перемещение — она прыгнула, вытягивая руки вперед, словно пыталась сомкнуть руки на моей шее!

Кувыркнуться назад не вариант — там тесный коридор, в котором у меня не будет маневра, отойти тоже некуда — справа-слева стены!

Суицид!..

В смысле, «китайский фляк»!

Пусть себе дурная летит в коридор!

Я прыгнул, почти упал назад, прогибаясь в спине и принимая вес тела на выгнутые руки. Спина прогнулась в обратную сторону, и я мягко погасил энергию падения полу-кувырком.

Лиза пролетела поверху, пытаясь извернуться в воздухе, сцапать меня пальцами с длинными, крашеными рыжим, ногтями, но не дотянулась и пролетела поверху...

Я резко разогнул ноги, выбрасывая себя вверх, помог руками, и снова принял положение стоя точно в том же месте, в котором падал.

Обернулся — Лиза тоже уже была на ногах. И на руках. Она стояла на четвереньках в дальнем конце коридора, отставив в сторону, насколько позволяла ширина, правую ногу, и, черт меня дери, это вообще ни разу было не сексуально.

— Успокоилась? — поинтересовался я максимально добродушным тоном.

Кажется, зря.

Кажется, я вообще зря с ней разговариваю. Кажется, она триггерится на звук.

Так или иначе, я даже договорить не успел, как Лиза снова бросилась вперед — прямо на меня, на сей раз без прыжков, а просто бегом, словно намеревалась просто снести меня, как грузовой поезд — застрявший на путях автомобиль!

Вот только, если прикинуть массу моего тела и сравнить с массой Лизы — поездом был скорее я.

Поэтому я не стал ни уворачиваться, ни трюкачить — я просто отставил чуть назад правую ноги и выставил вперед левое плечо.

Если убьется после этого — сама виновата.

Лиза налетела на меня, я напряг все мышцы, ожидая столкновения, чуть подался вперед...

И провалился в пустоту!

Несшаяся на меня рыжая то ли прошла сквозь меня, то ли...

Черт, да они же с Кейрой сестры! Как я мог об этом забыть?! А что, если у них одинаковая сверхспособность?! Что, если она сейчас у меня за спиной?!

Я резко обернулся...

Но сзади тоже никого не было. Была пустая душевая из двух кабинок, одна — сухая, вторая — мокр...

Бам!

Сильный толчок в спину швырнул меня вперед, прямо в мокрую душевую! Выставив руки перед собой, чтобы не расквасить нос о стену, я пробежал несколько шагов вперед, поскользнулся на мокром кафеле, и насилу развернулся, ежесекундно скользя.

Лиза стояла в дверях душевой, не сводя с меня злобного взгляда и глубоко дыша, от чего ее грудь заметно ходила вверх-вниз.

Но все же она была там, в коридоре, а не тут. А, значит, она там и была все это время.

Вывод — ее сверхспособность не такая, как у Кейра, но чем-то похожа.

— Ладно. — примирительно улыбнулся я. — Поиграли и хватит.

— Хватит будет, когда я скажу. — дерзко ответила Лиза. — А тем для разговора у нас ой как много!

И она коротко скосилась куда-то в сторону.

Я проследил ее взгляд и наткнулся на стоящую возле стены скамейку, на которой была небрежным комом сброшена узнаваемая одежда девушки.

И самое главное — небольшой нож, целиком металлический, без накладок на рукояти и с плетеным из ярко-рыжей веревки темляком.

Вот только этого не хватало!

Мы кинулись к ножу одновременно, но Лизе пришлось завернуть за угол, а я бежал по прямой, поэтому я достиг лавки чуть раньше. Протянул руку к ножу...

И в эту же секунду Лиза врезалась в меня сбоку, на сей раз по-настоящему сбивая на мокрый пол!

Я ухватился за что смог — за что-то мягкое, и вместе с рыжей дурой рухнул на пол, больно ударившись локтем и едва успев подогнуть голову, чтобы уберечь затылок!

Сила толчка была такой, что мы проехали добрых два метра по мокрому полу, и только после этого остановились. Лиза оказалась сверху, и я сразу облапил ее, прижимая ее руки к телу и не давая дергаться.

А дергаться она пыталась. Рвалась, как дикая кошка в сети, билась и пыталась даже укусить меня, но против физиологии не попрешь — я тяжелее ее килограммов на двадцать, и сильнее на порядок. На ножах возможно у меня бы не было шансов. На световом оружии, которое они... которое мы из этих ножей достаем — однозначно, тоже.

Но без всякого оружия хрупкая девочка мне не соперник.

Полыхнули желтым световоды на лице Лизы, но на этом все и закончилось — никакой способности я так и не заметил.

Я терпеливо ждал, когда Лиза выдохнется, и через полминуты этот момент настал. Она перестала биться, и замерла на несколько секунд, то ли собираясь с силами, то ли — с мыслями.

И тогда я резко крутанулся на бок, сбрасывая ее с себя и одновременно толкаясь освободившимися руками от пола! Не ожидавшая такого поворота рыжая даже не успела среагировать на внезапно изменившуюся ситуацию, а я уже стоял возле ее вещей, держа в руках нож, к которому она так стремилась.

Стремный он у нее. Клинок длиной в ладонь, с пузатым лезвием, сам по себе — шершавый, будто плохо обработанный. Рукояти как таковой нет — нож целиком сделан из единого куска металла, а там, где должна находиться рукоять даже сделаны фигурные вырезы, будто нарочно, чтобы сместить вес ножа к клинку. И главное — рыжий, завязанный в несколько узлов, темляк с зеленой бусиной.

Лиза медленно поднялась с пола, не сводя с меня взгляда:

— Не. Смей.

В ее голосе слышалась, казалось бы, немыслимая смесь из холодной ярости, страха... и мольбы.

Я с трудом отвел взгляд от ее груди, которую она, видимо, вообще не считала нужным скрывать, и поднял его к глазам:

— Ты смей а я не смей?

— Отдай. Проводник. — тем же тоном, в той же манере, будто разделяя слова точками, произнесла Лиза.

— Что ты меня им зарубила? — я помахал ножом в воздухе. — Ни хрена. Я уже выяснил, как это работает.

— Ты все равно не сможешь им воспользоваться.

— А мне и не надо. Мне главное, что ты не сможешь.