Эра титанов - А. Дж. Риддл

Я стала новой женщиной. В прямом смысле этого слова: кожа гладкая, мышцы сильные и упругие, в голове прояснилось. И ни намека на то, что я лежала на смертном одре всего двенадцать часов назад. Ну, строго говоря, это было раскладное кресло в самолете, причем в первом классе, но кто обращает внимание на такие мелочи? Главное, что странные существа в скафандрах, которые явились на место падения нашего самолета, меня вылечили. Причем проделали они все просто мастерски. Для меня случившееся было загадкой, особенно если вспомнить, как они появились и что сделали.

Я ничего не помнила после того момента, как мерцающее чудовище ворвалось в самолет и выстрелило в Сабрину, Юла и меня из пистолета, заряженного, судя по всему, каким-то седативным препаратом. Я пришла в себя на следующее утро и обнаружила, что лежу на узкой кровати. Когда перед глазами у меня прояснилось, я успела заметить, что стальные кольца над головой сложились и ветер унес пластиковую крышу в лес. Сначала я решила, что пошел снег, но почти сразу сообразила, что на землю падают крошечные листочки и куски веток, как будто кто-то решил подстричь верхушки деревьев. Потом я услышала серию оглушительных взрывов и увидела в небе два неподвижных корабля, которые беспрерывно стреляли из пушек: их грохот, точно гром, отзывался у меня в груди.

В следующее мгновение появился Ник Стоун, который снова меня спас, хотя на этот раз я находилась в гораздо лучшем состоянии, чем он. Выглядел он жутко: лицо покрыто грязью и кровью, глаза запали, щеки ввалились… Его вид напугал меня больше, чем снаряды, взрывавшиеся в воздухе.

Несколько часов назад они с Юлом Таном вернулись из носового отсека. Юл держал свой ручной багаж. А еще с ними был Грейсон Шоу, что меня совсем не обрадовало.

– Он пойдет с нами, – сказал Ник, когда они подошли ко мне и Сабрине, и с тех пор ни один из нас не произнес ни слова.

Мы впятером шагали через лес, выстроившись цепочкой, друг за другом, и стараясь обходить открытые пространства. Мы шли не слишком быстро из-за Стоуна, который был в кошмарном состоянии – ему было гораздо хуже всех нас. Он прижимал руку к правому боку – там, где находятся ребра, – и почти всю дорогу тяжело дышал.

Когда мы наконец остановились, чтобы напиться, я стала умолять его немного отдохнуть, но он заявил, что мы должны идти дальше.

– За нами ведется охота. – Ник показал на сумку Юла. – За нами и за тем, что находится в его вещах.

Азиат сразу напрягся, а Стоун добавил:

– Мы поговорим об этом, когда доберемся до сельского дома, который мы видели, когда шли к сооружению из стекла.

– К сооружению?.. – переспросила Сабрина.

– Это было… ничего, – сказал Ник, пытаясь отдышаться между глотками воды. – Но мы поговорим обо всем в том доме, когда не будем находиться на открытом пространстве.

* * *

Через несколько часов мы остановились на границе леса и принялись рассматривать старый фермерский дом, стоявший посреди поля, заросшего роскошной зеленой травой. Он выглядел заброшенным – ни машин, ни подъездной дорожки, только три маленьких каменных строения.

Ник велел нам оставаться под прикрытием деревьев, а сам вместе с Грейсоном отправился взглянуть, что внутри. Мне очень хотелось спросить, можно ли считать Шоу, который сумел где-то раздобыть оружие, идеальным напарником для штурма нашего единственного потенциального убежища, но, прежде чем я успела запротестовать, они уже были на середине поля.

Я с беспокойством наблюдала, как они осторожно вошли в деревянную дверь, держа наготове пистолеты и заняв боевую стойку, точно столичные полицейские, устроившие рейд на квартиру, где засел подозреваемый в терроризме человек.

Юл и Сабрина стояли рядом со мною; оба молчали, но я видела, что они страшно напряжены.

Никто из нас не сказал ни слова о том, что я слышала в самолете. Они знали, что происходило, – более того, сами в этом участвовали, причем с самого начала. Я подумала, что они могут быть опасны. Ну и положение: с одной стороны Грейсон, с другой Сабрина и Юл, да еще за нами охотится какая-то загадочная армия!

Вскоре вернулись Ник и Грейсон, убравшие пистолеты в карманы.

– Там пусто! – крикнул Стоун. – Идите сюда, быстро! – И как только дверь за нами закрылась, он добавил: – Держитесь подальше от окон.

Затем он положил остатки нашей еды на простой деревянный стол и сказал:

– Разделим на пять частей.

Однако свою порцию наш лидер есть не стал: усталость наконец взяла над ним верх, и он вышел из кухни, едва передвигая ноги. Я последовала за ним в спальню, где он повалился лицом вниз на узкую кровать, даже не потрудившись снять грязную одежду.

Я закрыла дверь, обошла кровать и присела рядом с ним на корточки.

– Мы в будущем, да?

– М-м-м-м-м, – пробормотал Стоун с закрытыми глазами.

– Какой сейчас год?

– Понятия не имею.

– Что находилось внутри стеклянного сооружения?

– Стоунхендж.

Значит, мы все-таки в Англии.

– Стоунхендж? – прошептала я самой себе.

Ник уже почти заснул, и я дотронулась до его плеча:

– Сабрина и Юл… мне кажется, они приняли какое-то участие в том, что произошло с самолетом.

– Угу. Мне нужно отдохнуть, Харпер. Не давай им уйти. Разбуди меня на закате, – попросил мой друг.

А затем он провалился в глубокий сон.