Фронтир - Алексей Осадчук

Уже спустя несколько минут все в отряде знали, что степняки нарвались на передовой разъезд диких. Барлас погиб, а Самдан смог кое-как от них отбиться и сбежать. Заплетающимся от усталости языком он рассказал, что пытался запутать следы, но скорее всего враг будет здесь меньше, чем через три-четыре часа. А потом он потерял сознание.

— Дикие… — глухо рыкнул барон фон Гольц и зло сплюнул.

— Кто они? — спросил я, спокойно готовя арбалет к бою.

Справедливо рассудив, что скачки в безлунную ночь на уставших за дневной переход лошадях — это самоубийство, хмурый сержант дал команду готовиться к бою. Вот мы и готовились.

— Всякий сброд, скрывающийся от правосудия короны, — ответил словоохотливый Видаль. — Они сбиваются в банды, а потом кочуют вдоль границы с Тенью в поисках мест, где были отливы.

Я кивнул. О так называемых «приливах» и «отливах» мне уже рассказали мои новые приятели.

Оказывается, Крыло Стрикса иногда по какой-то причине приходит в движение. Оно сдвигается с места, накрывая своей Тенью определенный отрезок «чистой» земли. Это явление местные называют «приливом». Прилив может длиться по-разному. От суток до месяца, а то и больше. И накрывать участки земли площадью в несколько квадратных километров.

За это время на том участке земли, который был накрыт Тенью, происходят постепенные изменения. Чужеродная магия если не убивает, то трансформирует под себя растения, насекомых, зверей, саму землю. Кроме того, с приливом из сердца Тени приходят опасные хищники, чтобы поохотиться на тех, кто не успел покинуть опасное место.

Рано или поздно, Крыло Стрикса возвращается на прежние границы, а вместе с ним уходит и Тень. Это так называемый «отлив». На том месте остается очень много всякого интересного: измененные растения и живые существа, почва и вода. «Отлив» считается особенно «богатым», если Тень продержалась на том участке земли долго.

— Дикий дикому — рознь, — вставил свои пять медяков барон фон Брунон. — В этих землях живут еще те, чьи предки жили здесь до появления Тени. Они не захотели принимать подданство королей, предпочтя остаться свободными. Их племена тоже кочуют вдоль границы с Тенью.

Собственно, я теперь понимал, каким образом появлялись контрабандные товары. Созданный когда-то для защиты границ королевства от набегов тварей из аномалии теневой патруль постепенно превратился в инструмент нечистых на руку аристо для переправки контрабанды.

Я мотал на ус все, о чем говорили мои приятели, при этом краем глаза наблюдая за телодвижениями Патрика и его дружков. Но те пока вели себя смирно.

Спустя час, назначив дозорных, сержант дал остальным приказ отдыхать вполглаза.

Первая вахта в нашей группе досталась мне и барону фон Брунону. От группы Патрика дежурили толстяк Бруно и рыжий Жан.

Я сидел, прислонившись к шершавому боку скалы, и наблюдал с высоты за долиной. Периодически по-звериному принюхиваясь, я слушал звуки ночной жизни скал. Вон там, справа слышен шелест ветвей кустарника на ветру. Чуть левее в небе мелькнул серый силуэт крупной птицы. Скальная сова… Только она умеет так тихо летать.

Я втянул носом воздух. Легкий ветерок принес знакомый запах. Я улыбнулся. Степная лисица пришла поохотиться к подножию гор. Я почувствовал ее заинтересованный взгляд на себе. Тоже принюхивается.

— Можешь не беспокоиться на мой счет, младшая сестра, — прошептал я одними губами. — Тебе ничего здесь не угрожает…

Всё. Побежала по своим делам. Только кончик пушистого хвоста мелькнул среди камней на прощанье.

— Хорошей охоты… — шепнул я, улыбаясь.

Хм… Стоп… А вот этот звук здесь лишний. Он доносится снизу из расщелины, где находятся наши лошади. Слышу слегка взволнованное фырканье моей Снежинки, а потом тихий успокаивающий шепот. Не чужак. Кто-то из наших. Но его слышу только я.

Я приподнялся. Барон повернул голову на мое движение. В глазах вопрос.

— Отолью… — одними губами сказал я.

Барон кивнул и снова уставился в темноту.

Бесшумной тенью я заскользил по камням. Минута — и я уже в расщелине. Хм… Знакомый силуэт.

— А ты быстро оклемался, — произнес я, тихо наведя арбалет на Самдана и одновременно пропуская энергетическую волну через все тело.

Степняк стоял возле моей кобылы и возился с подпругами. Я не удивлен, почему именно Снежинка. Самая лучшая лошадь не только в нашем отряде, но и во всем караване. Думаю, даже в Тулоне найдется лишь несколько лошадей, которые могли бы конкурировать с ней. Я помню восхищенные взгляды степняков, которые они бросали на Снежинку.

Хех… Еще бы! Эту лошадь выбирал видящий. Сильная, выносливая кобыла рыжей масти с белым пятном на лбу, похожим на снежинку, приковывала взгляды людей.

Степняк резко обернулся, одновременно выхватывая из-за пояса кинжал и метая его в меня. Отбив стальным плечом арбалета летящий в мое сердце клинок, я спокойно продолжил:

— Еще один такой фокус, и этот болт окажется в твоей башке.

На широком плоском лице Самдана застыла гримаса боли и изумления. Похоже, этими резкими движениями он потревожил свою рану.

Сказать по правде, будь я на его месте, меня бы тоже изумила реакция молодого дворянчика. Бросок был молниеносным. Самдан явно отрабатывал его с детства. Если бы не потоки энергии, что бурлили в моем теле, вряд ли бы я выжил.

— Брат был прав… — прошептал степняк, стараясь не делать резких движений. — Ты — другой…

Хм… Значит они с Барласом братья.

Я пожал плечами и спросил:

— Что на самом деле там случилось? Только не надо мне повторять ту чушь, что ты скормил сержанту и остальным.

Самдан набычился.

— Почему они убили твоего брата? — продолжил задавать вопросы я. — У вас ведь были договоренности. Что пошло не так?

Я блефовал, но, похоже, попал в самую точку. Самдан вздрогнул, но продолжал молчать.

— Ну? — приподнял я арбалет.

Степняк сглотнул, но не проронил ни слова.

— А знаешь… — сказал я задумчиво. — Зачем мне пачкать об тебя руки. Я сейчас позову остальных. Пусть сержант решает, что с тобой делать. Мне вот интересно, что скажут парни, когда поймут, что ты намеренно вывел погоню на нас? Чтобы потом по-тихому свалить, пока мы будем сражаться с дикими.

— Это не дикие, — выдавил из себя Самдан. Перспектива быть допрошенным с пристрастием его явно не обрадовала.

— А кто тогда? — я старался, чтобы мой голос не дрожал.

Эта паскуда навела на нас кого-то более опасного…

— Вернее, они тоже дикие, но они подчиняются колдунам… Отступникам… Страйкерам, которые не захотели служить королям. Мой господин ведет с ними дела уже очень давно…

— Кто твой господин? Капитан? Бургомистр?