Черное Солнце - Ребекка Роанхорс

Вокруг нее легко текли разговоры – о прошедшем дне и о том, как далеко они уплыли, и что для сезона штормов сейчас хорошая погода, и что это потому, что капитан – тик и они, как известно, удачливы. И все это время она ела, улыбалась и все думала о том, что же она скажет, когда все набьют брюхо и бальше закончится. Исчезнет ли это глубинное родство? Уйдет ли доброжелательность, словно и не было ее? А что будет, когда поднимутся волны и начнутся ливни – а это несомненно произойдет до того, как они достигнут Товы? Они по-прежнему будут считать, что она приносит удачу? Или она станет их проклятьем, плохим предзнаменованием?

Она еще немного помолчала, наслаждаясь тем сладостным моментом, когда солнце скрывается за горизонтом и луна восходит на его место. А потом еще немного помолчала, пока один из членов команды по имени Луб потчевал всех историей о плывущем ягуаре, который преследовал его через реку и загнал на дерево, пока его не спасли. В качестве доказательства мужчина повернулся спиной, показывая шрам там, где когти вырвали кусок из его плоти.

– Мой домашний кот делал и похуже, – ухмыльнулся другой моряк, Бейт.

– Проклятье, да твоя жена поступала со мной и того хуже! – обронила Ксиала, и Луб засмеялся первым.

– Жена Луба родом из Товы, – сказал Келло, – оттуда, куда мы направляемся. Может, ты сможешь привезити ей что-то с родины.

– Ты имеешь в виду Луба или капитана? – спросил Бейт.

Новый хриплый хохот – и Ксиала присоединилась к ним. Жестом попросила кого-нибудь передать ей раковину с бальше и вновь сделала большой глоток. Теперь она была готова.

Она встала, дожидаясь, пока все обратят на нее внимание.

– Давайте поговорим о Тове, – сказала она. Коряги, которые Пату кинул в огонь, чуть сдвинулись, раскидав по легкому ветру мелкие оранжевые искры, и костер вспыхнул ярче. В воздухе пахло океаном и приправами, а позади плескались в мерном ритме волны. Ксиала прочистила горло и заговорила, изо всех сил стараясь встретиться глазами с каждым.

– Господин Балам нанял всех нас, дал нам поручение на эту поездку. И хорошо нам заплатил. – Она указала на остатки пиршества. – Какао и едой.

Раздались радостные возгласы:

– За господина Балама!

– За господина Балама! – поддержали остальные.

– За господина Балама, – согласилась Ксиала, – который поручил нам сложную миссию. Сложную, но выполнимую.

Большинство поддержало ее слова радостными возгласами. Конечно, все знали, что начинается сезон штормов и их ждут проблемы, но более опытные моряки поняли, что она ведет к чему-то, и обменялись беспокойными взглядами, не уверенные, что им понравится, что будет дальше.

– Мы отправляемся в Тову, – сказала она, – но Балам хочет, чтоб мы были там через двадцать дней. Если считать от восхода солнца – девятнадать.

На миг повисла пораженная тишина, а затем послышались протестующие возгласы.

– Это слишком далеко! – закричал кто-то. – Путь займет тридцать дней, а то и больше, если море будет неспокойным или начнется шторм и мы будем вынужены переждать его на суше.

– Я сказала ему об этом, – сообщила она.

Луб нахмурился.

– Единственный способ успеть за девятнадцать дней – это плыть через открытое море и грести в две смены.

Послышались стоны.

– У нас недостаточно экипажа, чтоб грести в две смены, – выкрикнул Бейт. – За сегодня мы и так отмахали двойную норму, и у меня болит спина.

– И плечи, – добавил кто-то.

– Людям будет сложно поднажать, чтобы двадцать дней продолжать в том же духе, – согласился Келло.

– Но это можно сделать, – сказала она, обращаясь ко всем. – Я сказала Баламу, что с такими людьми, с такой командой я справлюсь.

Экипаж замолчал, не зная, как воспринять ее слова. Они вроде и оценили комплимент, но им совсем не нравилось, что под этим подразумевалось.

– И я буду с вами, – добавила она. – Я буду с вами, чтобы успокоить воду и убедиться, что вам повезет.

Ее намек был очевиден, и они сидели, пытаясь сообразить, не обещает ли она всю дорогу сохранять море дружелюбным. Что было глупостью, даже ложью, хотя они этого и не знали. У нее была Песнь и сила тика, чтоб успокоить или взволновать море, но она не смогла бы сделать многого, если бы ударила волна-убийца. Но что она еще могла сказать, чтобы убедить их? Попробуй скажи еще что-нибудь, и ее команда будет потеряна.

Некоторое время слышалось тихое бурчание, и Келло поднял руку.

– Говори, – сказала она.

– Я буду говорить от имени всего экипажа, – заявил он.

Никто с ним не спорил, и Ксиала сказала:

– Договорились.

Он встал, потирая подбородок. Две дюжины пар глаз повернулись к нему в ожидании. Ксиала затаила дыхание. Казалось, Келло на самом деле раскаивался в предательстве Уэчи, но он также признал, что считает ее наполовину рыбой. Теперь она понимала, что его предрассудки могут сыграть ей на пользу.

– Я уже раньше плавал в открытом море. – Его слова звучали медленно и размеренно. – Но не в это время года. В это время года осторожные люди остаются в порту и копят жир.

– Полок всегда жирный! – выкрикнул кто-то, и тут же получил толчок локтем от человека, сидевшего рядом, видимо Полока.

– Но мы лучше осторожных людей, – сказал Келло, игнорируя поддразнивание. – Мы храбрые, и я говорю «мы справимся» не только потому, что Балам хорошо заплатил нам, но и ради приключений.

– А я бы хотел остаться в живых, чтоб насладиться своими богатствами, – раздался голос издалека, от самого костра, – и я не смогу этого сделать, если волна-убийца настигнет нас и отправит на корм рыбам.

– Вы слышали капитана, – сказал Луб. – Она отошлет шторм прочь.

– Спокойное плавание через море Полумесяца. Хорошая история, чтоб рассказывать, – протянул Полок с ноткой благоговения в голосе.

– Наш капитан способна на это, – согласился Келло, и Ксиала даже сморгнула от удивления.

– Мы станем легендами! – Это сказал Бейт.

Ксиала выдохнула, но плечи оставались напряженными, поскольку она до последнего боялась, что все рухнет, так что она даже спрятала руки за спину, чтобы скрыть, как они дрожат. Поддержка Келло была неожиданной для нее, но в то же время приятной, и то, что другие люди быстро приняли его сторону, было и хорошо, и плохо. Хорошо – поскольку это пошло ей на пользу, но ей было интересно, что будет, если у нее и Келло начнутся разногласия. Чью сторону примет команда? По ее все еще напряженным плечам прокатилась дрожь дурного предчувствия. Оставалось только надеяться, что узнать этого никогда не придется.

– Тик! – выкрикнул Луб. – Тик! Тик!

Кто-то подхватил его крик. Затем присоединились и Келло, и Полок, и Пату, и Бейт, а потом уже и все скандировали: