Когда пришла чума - Василий Сахаров

Дах-дах-дах-дах! Четыре выстрела по внедорожнику, рассадил ему стекло и, кажется, задел водителя. Снова спрятался, а в помещение влетело несколько пуль.

Опять Андрей Иванович. Он полностью опустошил магазин и сел на пол.

Я выглянул. Второй уазик просел, как и первый, а водитель убегал в лес.

Да-дах! Две пули ему вслед. Но в этот раз я не попал, и он скрылся в зелёнке.

– Что они теперь предпримут? – весело спросил старший.

– В обход пойдут и попытаются атаковать с тыла, – отозвался я. – Или вызовут подмогу. Кстати, что пленный говорит?

– Ничего. Крепкий старик.

– Совсем ничего не узнал?

– Судя по наколкам, бывалый сиделец. Статьи разбойные. Не вор в законе, но бандюга в авторитете.

– А тот, кто над ним, наверное, покруче будет?

– Сто процентов. Какой-нибудь местный дон Корлеоне.

– Предложения есть, как выбираться станем?

– Пока нет. Нам бы ночи дождаться и самим в гости к бандитам сходить. Я сам пойду, а ты на охране.

– Нет уж. Если идти, так вместе.

– Посмотрим… – Дядька замолчал, и в этот момент включилась трофейная рация:

– На связи есть кто? Веретено, ты живой?

Голос басовитый, и сразу представился солидный мужчина, который привык принимать решения и отдавать приказы. Не иначе, главарь.

Дядька ответил:

– Веретено пока жив. Но говорить не может.

– Слышь, фраер. – В голосе главаря появилась угроза. – Ты ошибку совершил, что моего человека повязал и первым стрельбу открыл. Мы бы тебя и дружка твоего молодого отпустили. Но ты сам нарвался, и мы тебя на куски рвать будем, на ремни порежем.

– Так подходи. Чего в зелёнке спрятался? И буром на меня переть не надо. Не из пугливых. Лучше назовись. Кто такой?

В ответ ничего. Местный авторитет решил прервать беседу. А я заметил, как слева от дома шевельнулись кусты. Противник смещался, обходя нас по флангу. Опаньки! Посмотрим, что дальше.

– Дядька, – окликнул я родича.

– Чего?

– Нас обходят. Я на крышу полез.

– Давай. Только осторожней.

– Само собой.

Спустя минуту я был на крыше, которую покрывала жесть. Тут и там дырки от пуль. Торчат слуховые окна, так что есть где пристроиться, и я выглянул наружу.

Сначала ничего не заметил, а потом засёк двух мужиков с ружьями, которые перебежками приближались к хутору с тыльной стороны. Но бежали они не к нашему дому, а к соседнему. Понятно. Решили закрепиться и обстреливать нас с двух сторон.

Я попробовал прицелиться. Но ничего не вышло, не повернуться, не развернуться. Думал, что здесь будет удобная позиция, но ошибся. А на втором этаже окна расположены так, что с фланга мы не прикрыты. Дурацкая планировка, и выход один – идти на сближение с противником. Поэтому я спустился на первый этаж, на ходу предупредив родственника, что выйду из дома.

– Стой! – попытался меня остановить Андрей Иванович, но я сделал вид, что не слышу, и выскользнул через окно в палисадник и рванул к забору из плит.

Остановился возле калитки, замер. Противник рядом. Где-то очень близко. Но калитка без щелей, как и забор. Что делать?

Я решился. Потянул запор, выглянул в поле и сразу увидел вражеских бойцов. Два крепких мужика крались вдоль забора, обернулись на скрип калитки, и наши взгляды встретились.

Они находились в более выгодной позиции и открыли огонь раньше. Но я успел спрятаться во дворе и накинуть запор.

По калитке и плитам забора ударил свинец. Наверняка противник стрелял крупной картечью. А потом я услышал голос:

– Ушёл! Падла!

На лбу крупные капли пота, которые, стекая, заливали глаза. Нервы на пределе, и меня слегка колотило. Ведь только что я избежал смерти. Но дело не сделано, и, смахнув рукавом едкий солёный пот, я подошёл к забору в том месте, где должны находиться враги.

– Коля, не стреляй! – услышал я первого врага.

– Двигаем дальше, – отозвался второй.

«Ага, сейчас вы двинетесь. Только совсем не туда, куда вам надо».

Вынув из разгрузки Ф-1, я выдернул чеку и перекинул гранату через забор.

– Что это?! – встревоженный вскрик.

– Баран! Граната!

Взрыв! Я услышал, как осколки оцарапали стену, а потом стоны.

«Может, заманивают?»

Вслед за «эфкой» отправилась РГД-5. Опять взрыв, и всё стихло.

Я вернулся к калитке и, выставив перед собой ствол автомата, выбрался наружу. Враги находились под забором, и один, несмотря на два взрыва, ещё был жив. Его контузило и сильно посекло осколками, однако он пытался уползти в поле. Как пленный он бесполезен, и я его добил. Один выстрел в голову – и готов. Я забрал их оружие, два гладкоствольных карабина, сдёрнул охотничьи разгрузки с запасными магазинами и вернулся в дом.

– Ты что, дурак?! – Дядька встретил меня внизу. – Тебя подстрелить могли! А что, если их прикрывали из зелёнки?!

Я промолчал. Дождался, когда он перестанет орать и доложил, что сделано. Только тогда он успокоился и сказал:

– Ладно. Хорошо, что хорошо кончается.

Мы вернулись наверх и больше в тот день ничего особого не произошло. Нас осадили. Время от времени из рощи прилетали пули и некоторые задели наш микроавтобус. К счастью, повреждения не очень серьёзные. А вечером, когда нам отрубили электричество и всё вокруг погрузилось во мрак, Андрей Иванович в одиночку пошёл убивать недобитков. Я хотел отправиться с ним, но он меня обманул. Велел подождать пять минут, а сам вышел и растворился в темноте. Где его искать? Если вслед пойду, могу под свою пулю попасть. Он меня просчитал, и я остался караулить дом.