Фригольд - Роман Прокофьев

— Очень интересно. То есть, получив Навык, ты сразу все знаешь и умеешь? — спросил я. — И даже практика не требуется?

— Практика требуется, конечно, — ответила Травинка удивленно. — Ты ведь тоже летал на самом деле после теоретических занятий?

— Да, летал, без этого не научишься.

— Вот и с Навыками похоже. Нужно обязательно осваивать их на практике, а долгой практикой — даже развивать, — сказала девушка, — Кстати, а на чем ты летал, помнишь?

— Нет, почти не помню. Но по идее, я — универсальный пилот, значит, могу пилотировать почти все, и маленькие, и большие. Винг-сьюты, винтокрылы, флаинги. Я, правда, не уверен, что сейчас смогу управлять воздушным аппаратом.

— Надеюсь, ты вспомнишь, Сигурд. Это очень редкий и крутой навык, я даже не знаю, у кого еще он есть.

— Я слышал, здесь Наблюдатели не очень любят полеты.

— Ну, не то чтобы не любят. Просто нельзя подниматься высоко, нельзя приближаться к небесным осколкам, есть некоторые запретные места…

— Да, я знаю. В таком упала моя капсула, ее сбили Руной.

— Правда? Интересно… Ты ведь упал за Бурной, недалеко от Стрелы, которая ведет в Море Трав? — уточнила Травинка. По движениям руки я понял, что она открывает свой Атлас.

— Да, примерно в дне пути севернее, — подтвердил я.

— Это земли Людей Реки, но сами они туда не ходят, — нахмурилась девушка. — Наши экспедиции так далеко пока не забирались. Плохие места — да, скорее всего, под защитой Наблюдателей. Что вообще там находится?

— Я жил на озере, а вообще к северу там развалины огромного города Кел. И он выглядит так, будто его хотели стереть с лица… Единства.

— Хм-м… интересно. Прямо огромный город? Ему, наверное, тысячи циклов… Я о нем ничего не слышала, но могу у мамы спросить, она знает все древности нашего Круга… Хочешь?

— Ну, только если она не поймет, что ты спрашиваешь для меня.

— Не переживай, я-то знаю, как с ней разговаривать, — улыбнулась Травинка. — Спрошу так, что не догадается… Ты лучше другое мне расскажи.

— Что?

— Про девушек, — лукаво прищурилась Травинка. — Другие девушки в твоих воспоминаниях были? Только честно!

— Если честно, мне вспоминается одна девушка, — признался я. — Мы как будто вместе на берегу моря, сидим на песке, разговариваем, как с тобой сейчас…

— Красивая? Вы были близки?

— Я не знаю. Я даже не помню ее имени. Какое это имеет значение, если мы больше никогда не увидимся?

— Да, наверное, ты прав, — задумчиво кивнула Травинка. — Твоя жизнь здесь начинается с чистого листа.

— А у тебя?

— Что у меня?

— Не поверю, что у такой красивой девушки нет армии поклонников.

— Ну… были, — боковым зрением я увидел легкую улыбку Травинки. — Только все боятся ко мне подходить. Из-за мамы. Она и тебя… отвадит. Лучше, чтобы она не узнала…

— Мне не страшно, — ответил я. — Вообще, она меня уже предупредила насчет тебя.

— Предупредила? — ноготки Травинки впились в мою ладонь. — Когда?

— Еще тогда, в медкоме, — усмехнулся я, — перехватила у выхода.

— Вот… мама! — с упреком произнесла девушка. — Я-то уже взрослая, а она меня как маленькую девочку опекает. А что она вообще тебе сказала?

— Чтобы я даже не смотрел в твою сторону, пока не стану Восходящим.

— Все мечтает меня выдать за какого-нибудь рикса! — раздраженно промолвила девушка. — «Подожди, Травинка, наступит время — и ты выберешь любого мужа…» Как будто мне это очень нужно!

— А что тебе нужно, Травинка?

— Ну… просто жить, как все, — чуть помедлив, сказала девушка. — Самой выбирать, с кем встречаться, и не чувствовать себя за это виноватой. Не отчитываться о каждом шаге, строить свою жизнь как мне надо… а не маме. Не прятаться и не бояться, что ты завтра сбежишь и навсегда поставишь меня в блок-лист, как будто я чудовище какое-то! Много я хочу, да?

— Нет, не много. И я не сбегу, Травинка, если ты сама не прогонишь.

— Точно? Я надеюсь, что не сбежишь, Сигурд. Ты мне нравишься… — неожиданно призналась девушка.

— Ты мне тоже. Ты очень красивая, знаешь?

— Ну, не знаю. Не такая красивая, как мама, точно, — засмеялась девушка. — Вот она — да!

— Ты себя недооцениваешь. На мой взгляд, ты гораздо красивее, Травинка.

Неподалеку вдруг послышался шорох шагов и звук человеческих голосов. Травинка насторожилась, коснулась моей руки, беря за локоть, и прошептала:

— Сигурд, сядь поближе, пожалуйста…

Я увидел открывшийся рунный круг, а затем девушка вытащила из него Руну, обратившуюся в ее руке затейливой золотой кафф-сережкой с сине-зеленой инкрустацией. Руна-Предмет! Травинка откинула волосы и надела ее на маленькое, чуть заостренное ушко. Артефакт засиял, и тени вокруг нас шевельнулись, как будто смыкаясь. Что-то изменилось в окружающем мире, огни фригольда словно померкли, а долетающие оттуда звуки — притихли.

— Теперь нас не увидят, даже если пройдут совсем рядом, — услышал я шепот Травинки. — Это Полог Ночи, моя бронзовая Руна… Подарок отца.

— Классно! У тебя, наверное, много Рун?

— Нет… всего пятнадцать. И в основном лечебные или связанные с Травами. Я очень слабая Восходящая. Меня же почти не выпускают за пределы фригольда, откуда взять Руны? — печально вздохнула Травинка. — Только то, что мама получает с Трав да иногда подкидывает фригольд… Вот после ваала мне дали две Руны Развития. Одна звезда осталась до бронзы в Духе…Но тебе, наверное, это все неинтересно?

— Наоборот, очень интересно! А ты помнишь, как стала Восходящей?

— Да, помню, хотя мне было всего шесть лет, — сказала девушка. — Такое не забывается…

— Расскажешь?

— Мама говорит, что отец тогда получил в награду от Наблюдателей Руну-Портал, — проговорила девушка. — Руна-Портал, Сигурд, это врата, ведущие в удаленные места Единства, расположенные, может, за сотни Кругов отсюда или вообще на Небесных Осколках, или в Изнанке. Никто не знает куда и что там встретится. Очень опасное дело, ведь Портал работает всего древодень… но отец рискнул, и ему повезло — он принес богатую добычу, много Крови, много Рун, много Звездных Монет. Затем мы поехали на большой тинг, к Древу. Там отец в Храме Вечности купил нам с братом стигматы, и мы прошли посвящение в Вечности.

— В Вечности? А как это происходит?

— В Храме Вечности есть жрецы. Они очень странные… вроде бы даже и не люди, — сказала Травинка. — Ты ложишься в Саркофаг Бесконечного Сна и засыпаешь, а в это время тебе вставляют стигмат…

Она подняла руку, демонстрируя чуть заметное зернышко гвоздя в запястье.