Боец с планеты Земля - Владимир Тимофеев

— Врали, наверное, — усомнилась Анцилла.

— Может, и врали. Но нам-то с этого что?

— Что, что… — проворчала экселенса. — Можно подумать, мне очень хочется, чтобы нас тут застукали, да ещё и в одной кровати.

Я засмеялся.

— А я вас не заставляю. Моё дело только комфорт обеспечить.

— Да? Значит, ты полагаешь, что если нас здесь застукают, то и фиг с ним?

— А как по другому-то?..

Мы посмотрели друг на друга, потом на окно, потом на дверь…

— Ладно, — махнула рукой Анцилла. — Пусть будет, как будет. А ты пока тоже сходи что ли, ополоснись.

— Да без проблем…

Честно сказать, весь этот разговор мы отрепетировали заранее. Если за постояльцами тут и вправду подсматривают, то ни у кого из зрителей не должно возникнуть и тени сомнений, зачем мы сюда припёрлись.

Расклад предельно простой: любовник привёл в секретный отель свою имеющую положение в обществе пассию, чтобы провести с ней весёлую ночку, а она вроде бы и не против, но боится огласки. В любом случае, это гораздо надёжнее, чем, например, изображать начальницу и подчинённого, которые просто решили сменить рабочую обстановку, или прикидываться богатым клиентом и шлюхой, задумавшей раскрутить его на хорошие бабки.

В том, что нас будут искать здесь в последнюю очередь, я нисколько не сомневался. Лист надо прятать в лесу, а ценные вещи класть на видное место. Ну кто, блин, поверит, что представительница высшего общества будет скрываться от всех в весёлом квартале, да ещё и в не самой дешёвой гостинице, тем более что и денег у неё сейчас практически нет (это как раз на тот случай, если во флаере найдут её сумку и выяснят, что было внутри)? Я бы, например, не поверил. По крайней мере, про местное высшее общество, а не про наше земное — в нашем в «типа элиту» даже собачьих парикмахеров, бывало, записывали…

В санузле я пробыл недолго. В халат, как и герцогиня, одеваться не стал, потому что в подобном прикиде на её фоне казался бы полным придурком, а мне этого совсем не хотелось. Уж слишком высокую планку задала для меня моя спутница. Вроде аристократка и женщина всем на зависть, а ведь поди ж ты — и «простолюдинским» обществом не гнушается, и чванства в ней какого-то особого нет, и даже воюет по-честному, без скидок на титул и звание. Хорош бы я был, если бы оставил её здесь одну, пусть даже и по прямому приказу…

Едва я вышел из ванной, как сразу услышал:

— Там что-то звякнуло.

— Где?

— Там, — сообщила Анцилла и указала на дверь.

Возле входной двери на встроенном шкафчике горел огонёк.

— Наверное, ужин приехал.

Я не ошибся. В шкафчике обнаружилась небольшая тележка с тремя «заваленными» пищей подносами. Видимо, здесь и вправду старались не докучать клиентам, а возможно, даже и не подглядывали. Хотя надеяться на последнее стало бы с нашей стороны верхом глупости.

— Чего там? Чего? — заинтересованно приподнялась герцогиня, когда я вывез тележку из шкафа и покатил к столику.

— Романтический ужин при свечах, моя экселенса.

Насчёт свечей я, конечно, погорячился. Свечей там не было, зато были курительные палочки — аналоги земных сигарет без фильтра (не наркота, но и не никотин, а какой-то другой алкалоид, менее вредный). А ещё куча каких-то экзотических фруктов и овощей, тарелки с красиво уложенными бутербродами, кондитерские изделия, вычурные закуски, саморазогревающееся жаркое в специальном контейнере… столовые приборы из нержавейки, пара высоких бокалов… бутылка вина…

— С чего начинаем? — азартно потёрла руки Анцилла. — У меня от этого изобилия аж слюнки текут и глаза разбегаются.

— Сначала, я думаю, надо выпить.

— Согласна. Наливай полную, — протянула она мне свой бокал.

Я откупорил пробку, разлил по бокалам вино.

— Ну, за удачу!

— За нашу удачу, — скромно уточнила экселенса.

Мы чокнулись, выпили.

Вино показалось мне несколько странным на вкус.

— Что это?.. Что это было?

Я удивлённо посмотрел на Анциллу.

На ней буквально лица не было. С чего бы?

— А ну, дай сюда!

Девушка схватила бутылку, внимательно прочла этикетку.

— Ты что, вообще обладел?! Что ты мне дал, скотина?!

Глаза герцогини метали молнии.

— Вино, конечно, что же ещё? — я всё ещё не понимал, что случилось.

— Романтический ужин, романтический ужин… Так вот, значит, как ты решил меня обдурить, да? Знаешь, что антидот в сумке остался, и… А ну-ка марш в ванную и быстро там заперся!

— Зачем? — я хоть и не понимал её, но на всякий случай поднялся.

Анцилла тоже вскочила и резко махнула рукой:

— Нет! Ванна — бессмысленно. Мы просто дверь выломаем, вот и всё… Что делать? Что делать? Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Она принялась нервно расхаживать из стороны в сторону и бить кулаком о ладонь.

Потом неожиданно остановилась и посмотрела на меня пронзительным взглядом:

— Ты что, и вправду не знаешь, что это за вино? — кивнула она на бутылку.

Я помотал головой.

Герцогиня обречённо вздохнула и плюхнулась в кресло.

— «Чёрное Кардонийское» с Флоры. Сильнейший афродизиак, действует и на мужчин, и на женщин. Купируется универсальным антидотом, которого у нас нет. Кошмар! — всплеснула она руками.

Я потрясённо молчал.

Анцилла вдруг встрепенулась и снова вскочила:

— Так! А ну давай раздевайся!

Сказала и стала решительно расстёгивать пуговицы на блузке.

— Зачем?

— Зачем, зачем… Хочешь, чтоб мы одежду друг другу порвали, когда накроет?

— Нет, не хочу.

— Тогда раздевайся, не спи!

Я тоже принялся раздеваться. Происходящее казалось каким-то сном, наваждением, как в фильме про Шурика.

— Всё! Ща начнётся, — разоблачённая догола лейтенантша метнулась к кровати. — Ну! Где ты там, ёшки-матрёшки?!

Застряв в штанине одной ногой, я запрыгал по комнате и едва не упал. На герцогиню в костюме Евы мне было стыдно смотреть. Не потому что, что она мне не нравилась, а наоборот, потому что нравилась слишком сильно и…

Тут-то меня и накрыло.

Никогда раньше не ощущал ничего подобного.

Это было одновременно и страшно, и восхитительно.

Меня буквально распирало желанием, диким и необузданным.

Я абсолютно точно знал, что если его куда-то не выплесну, то разорвусь на тысячу мелких осколков.